Artdocfest 2019 — что смотреть? 22 фильма программы
В Москве и Петербурге вовсю идет Artdocfest, один из самых важных и представительных фестивалей документального кино в России. «Сеанс» посмотрел почти все фильмы программы и выбрал самые любопытные, стараясь уделить внимание главным темам фестиваля — молодости, политике и особенностям осмысления постсоветского пространства.
Конкурсная программа
«Акция» Реж. Алексей Суховей
«Акция» стартует с небольшого (и довольно увлекательного) фрагмента учебного фильма о способах ведения пропагандистской войны, который показывали еще в советских военных училищах, а продолжается документацией новейшей пропагандистской акции: это кино про поезд «Сирийский перелом». Прибытие состава — классическое кинематографическое событие. В данном случае локомотив тащит за собой выставку военных трофеев из далекой арабской страны. Маршрут следования — вся Россия. Роуд-муви Алексея Суховея складывается как медитативное наблюдение за сопровождающими триумфальную процессию солдатами и разглядывающей захваченную самопальную технику публикой (особенно прекрасна женщина в «баленсиаге»). Добавляют перца провинциальные пропагандисты, которые вещают с больших и малых сцен о «переломанном хребте однополярной гибридной гидры».
Русское заполярье, стылую тьму озвучивает лишь глубокий гул товарного состава. Город-рудник, выворачивающий наизнанку свои недра ради насыщения неведомого и далекого остального мира. В благодарность мир насыщает город идеологией с «внешним врагом», уроками патриотизма, секциями и другими нехитрыми поводами не сгинуть по одиночке в этой мерзлоте. Раньше в этих нечеловеческих условиях выживали — и умирали — по распределению и замыслу сверху. Теперь тут теплится добровольная жизнь. Существование в Апатитах режиссер Ксения Охапкина называет «вредным для жизни спектаклем», пытаясь понять, почему жители продолжают принимать в нем участие. Автор и прежде искала места высокой смертности («Завея», «Приходи свободным») — но в Апатитах нашла материал не расследования или критического взгляда, а монументальной северной симфонии.
Режиссер и издатель Сергей Лозница представляет вниманию публики старательно отреставрированные архивные кадры траурных процессий и митингов по случаю похорон Иосифа Сталина, снятые лучшими советскими режиссерами и операторами в 1953 году. Зрелище завораживающее и в чем-то инопланетное. Читайте интервью Алексея Артамонова, сделанное после премьеры в Венеции.
В программе «Артдокфеста» есть несколько фильмов, которые так или иначе говорят о поколении детей родившихся в XXI веке и сейчас вступающих во взрослую жизнь
«Приднестровье» Реж. Анна Эборн
Неожиданный фильм непостижимой красоты. Снятое с каким-то софткорным, хармони-кориновским смакованием подростковое лето в глуши непризнанного Приднестровья. Половина очарования состоит в мягкой пленочной картинке (лето, солнце, трава и пленка — беспроигрышное сочетание), другая половина — в героя (девочка Таня и ее вечно пребывающие в томлении друзья), а третья (да, очарования тут все 146 процентов) — в музыкальной дорожке, на которой Виктор Цой встречает Антоху MC. В общем, «Приднестровье» — тот приятный случай, когда фильм хочется пересмотреть сразу после выхода из зала.
Жизнь замечательного 16-летнего человека по имени Иван, комсомольца и секретаря по идеологии, который сопровождает в Москву каких-то китайских товарищей. В школе Ваня плохо успевает по английскому (из большой общественной нагрузки), зато он регулярно ходит на похороны, классно танцует с одноклассницами в школьном коридоре, бодро шагает по Красной площади в буденовке и уже почти познакомился с товарищем Зюгановым. Наверно, метящего в КПРФ Ваню можно было бы назвать оппортунистом или карьеристом, если бы на календаре не значился XXI век, а у самого Вани было бы не такое мультипликационное лицо, выдающее малейшие движения души.
Режиссер-француз отправляется в далекую и такую фантастическую Россию, чтобы встретиться с Екатериной, которую узнал по интернет-переписке. Екатерина живет в Нижнем Тагиле, и нужно, конечно, слышать как чудно это название звучит на французском. В два с лишним часа этого фильма умещается многое: это и поэтичный травелог, и барочное в своем изобилии любовное письмо и пристальный чужой взгляд на знакомую вроде бы Россию с ее домами-панельками, фабричным дымом, покосившимися заборами, пыльными вытоптанными газонами, народными гуляньями и парадами на 9 мая. Спасибо за него.
Если мы уж и заслужили какое-то поколенческое кино, то только вот такой двухчасовой документальный мамблкор.
«Стриптиз и война» Реж. Андрей Кутило
Краткое содержание фильма исчерпывается названием: на экране описание совместной жизни мужской семейной ячейки из Беларуси — дедушка военный-пенсионер и внук стриптизер мирно препираются, готовят обед, поливают рассаду, время от времени занимаясь тем, что считают действительно важным: старший читает лекции и закатывает банки с соленьями и компотом, младший репетирует очередной номер с обнаженкой и хочет вывести стриптиз на новый художественный уровень.
Фильм с ироничным началом: мусорный пакет летит контейнер, но не долетает и рассыпается стыдным салютом. Без пяти минут 18-летняя Наташа смущенно глядит на это и выходит из кадра. Наташа живет с бабушкой, любит ее, но ждет формального взросления как освобождения. Вокруг звенящая тишина села Шелемишево. Нужно выбрать, куда пойти учиться: ехать в Рязань или в Скопино? В программе «Артдокфеста» есть несколько фильмов, которые так или иначе говорят о поколении детей родившихся в XXI веке и сейчас вступающих во взрослую жизнь, но «Где Матрена?», пожалуй, наименее политически ангажированный из всех.
Монолог 90-летней бабушки из Сибири — в нем она раскрывает личную тайну, пронесенную через всю эту долгую, «нехорошую и незавидную» жизнь. Немецкий режиссер Ольга Делан родом из этих краев, и несколько лет назад снимала здесь «Любовь по-сибирски». Историю бабушки Делан решила исключить из полного метра и представить отдельно. Смотря «Дорочку», возвращаешься мыслями к проблеме репрезентации подлинной жизни советского человека. Мы видим женщину на пороге смерти, на чью молодость пришлись большие потрясения. Но советское искусство рисовало эту молодость с азартом Пырьева и оптимизмом Дейнеки. Восстановить справедливость сегодня, увы, уже невозможно.
для женщин в колониях дети суть разменная монета, и практически никто не готов в неволе нести материнские обязанности
«Карабаш» Реж. Илья Комаров
Этот город самый грязный город на Земле, или добро пожаловать в Карабаш. Документальное эссе Ильи Комарова о городе-демотиваторе само норовит сузить оптику до мема или глянца. Рабочие медеплавильного завода встают по указке режиссера с касками в руках, без проблем выдерживают взгляд камеры и о себе, разумеется, ничего не выдают. Выловленные в более естественной среде столовой, они косятся на оператора — в гладеньком «Карабаше» действительно чувствуется рука заезжего. Фильм интересно рассматривать в паре с «Бессмертным», хотя этот ситуативный брак выйдет крайне неравным.
Перед нами — гражданка Белова, отбывающая 10-летний срок в колонии за убийство сожителя. У нее на руках 9-месячная дочь Юлия. С мамой она может остаться до трех лет, затем государство определит девочку в приют. Фильм Натальи Кадыровой не случился бы без ее прошлой работы «Анатомия любви» — о матерях в заключении. Тогда Кадырова пришла к неутешительному выводу: для женщин в колониях дети суть разменная монета, и практически никто не готов в неволе нести материнские обязанности. Одна из зрительниц «Анатомии» связалась с Кадыровой, озаботившись судьбой маленькой Юли, дочери Анны Беловой из фильма. Так Кадырова спровоцировала сюжет, который не могла не снять. Еще удивительнее, впрочем, что смогла: за следующие несколько лет маленькая Юля побывала в двух семьях и дождалась маму — всю дорогу за ней следовала режиссер.
Центральная система отопления — главная скрепа более-менее всех постсоветских людей.
«Обязательная программа» Реж. Эва Коханска
Юля для мамы: украинское семейство пробует зацепиться в Польше, и 10-летняя дочь может добыть путевку в жизнь. Юля готовится к чемпионату по фигурному катанию, и чем он ближе, тем требовательнее становится мать. Режиссер Эва Коханска обнаружила Юлю во время учебы в киношколе Анджея Вайды, и после короткого этюда о спорте взялась за большой фильм о семье. По ее словам, это кино о «фундаментальной позиции родителей», знакомой каждому: дети должны жить лучше. Это и есть та самая обязательная программа для Юли. Фильм снят с короткой дистанции, и успевает показать больше обязательного. Помимо вечного сюжета о родительских ожиданиях, Коханска рассказывает про европейскую интеграцию и проблему коммуникации на постсоветском пространстве.
Иван Васильевич меняет профессию. Но не сегодня — впереди отопительный сезон. Председатель профсоюза коммунальщиков, ответственных за отопление, собирается уходить на пенсию. На тяжелой, нервной и выматывающей работе его держит только хобби — полупрофессиональный хор, исполняющий украинские народные песни. Слезами делу не поможешь, как и, к сожалению, песнями. Протекающие батареи, прорывы труб, перебои с финансированием — проблем не оберешься, как с клиентами, так и с властью. Центральная система отопления — главная скрепа более-менее всех постсоветских людей.
Империя рухнула, а колонии никуда не делись. В «Тени империи» рассказывается о трех семьях, чьи жизни напрямую затронули военные конфликты на постсоветских территориях. Родители молодого рэпера Александра (выступающего под псевдонимом Арцах) уехали из Армении в Донецк после начала военного конфликта в начале 90-х, а с 2014-го года война застала их и там. Еще один переезд — уже обратно, в Нагорный Карабах — тоже не привел ни к чему хорошему. Другой герой Тимур, уехал с женой из Крыма после его присоединения. Но не ради мирной жизни, а ровно наоборот — он записался в добровольческий батальон. Третий персонаж — Алексей, от такой жизни уже устал. На его глазах прошло несколько объявленных и необъявленных войн. Литовец, женившийся на грузинке, вот уже который год не может выбраться с территории абхазо-грузинской границы. Сражения и бомбежки, вызванные малопонятными простому человеку «геополитическими» вопросами, то и дело возникают на многих рубежах бывшего СССР. И если авторы настаивают на том, что во всем виновата исключительно российская агрессия и неизжитые имперские комплексы, то из этих трех историй можно сделать куда более сложные выводы.
«Ни семьи, ни родины, ни планов — только сутками на работе». Работникам медучреждений некогда рефлексировать. «Лебеди» — позывной скорой помощи в белорусском городке Светлогорске. Сотрудников не хватает, загруженность дикая, пациенты хамят и относятся к врачам как к прислуге. Но они держатся, улыбаются на камеру, смешно и злобно шутят, разъезжают по колдобинам под песни группы «Петля пристрастия». Местами все это напоминает то фестивальный хит «Полуночная помощь» про полулегальную мексиканскую неотложку, то «Аритмию», а то и вовсе социальный ролик, но трудно не поддаться обаянию главных героев. Белорусские проблемы здравоохранения едва отличимы от российских. Разве что у них есть вытрезвители. Впрочем, и к нам они вроде бы возвращаются. Братские народы, что поделать.
Тот самый фильм, из-за которого разгорелся летний скандал во ВГИКе. Артем Фирсанов собирался снимать дипломную работу о судебном деле «Седьмой студии» и Кирилла Серебренникова, но деканат отказался поддерживать его работу. По осторожности, по трусости, по глупости ли — уже никто и не вспомнит, с чего все началось, но последствия надолго испортили репутацию крупнейшего киновуза страны. Шумный визит ОМОНа, не менее громкое появление драматурга «Гоголь-центра» Валерия Печейкина, скандальная переписка с руководителем местного киновидеоцентра, изъятие отснятого материала фильма, напряженные переговоры с хамящей университетской верхушкой. Рукописи может и горят, а с включенной камерой телефона и скоростью распространения информации в социальных сетях ничего не поделать. Фирсанов зафиксировал основные этапы разгорающегося, а затем и полыхающего скандала вокруг его дипломной работы, так и не защищенной в стенах альма-матер. А кино все равно получилось.
Трое юных белорусских кинематографистов сняли по новелле о нескольких днях из своей жизни. Никакой драмы тут, разумеется, нет. Есть целомудренное хоум-видео (никакого секса — миллениалам это не интересно), эмбиент-зарисовки в стиле школьных презентаций и двадцатиминутная немая проходка от метро до дома. Миловидные юноши и девушки обсуждают котиков и хомячков на свиданиях, в обнимку смотрят сериальчики, пьют пиво и думают о высоком. А потом смиренно топают на скучную работу, просыпают выходные и в гордом одиночестве смотрят лайфы уже мертвого Лил Пипа. «В общем, дурачки мы», — говорит одна из героинь. Хочется с ней согласиться, попутно пнув нынешних 20-летних за столь скучный образ жизни, но с эффектом узнавания ничего не поделаешь — кажется, мы и правда такие. Если мы уж и заслужили какое-то поколенческое кино, то только вот такой двухчасовой документальный мамблкор.
За кадром звучит голос Николая Хомерики, но это фильм не о нем
«Тася из Томсино» Реж. Елена Хорева, Мария Павлова, Андрей Киселёв, Максим Пахомов
12-летняя Тася из села Томсино доит козу, ухаживает за козлятами и телочкой Карамелькой, варит для другой скотины кашу с рыбьими головами и пишет письмо президенту Путину: «Живу я хорошо, моя мама медсестра, работает на двух работах, я вижу, как ей тяжело, пожалуйста, помогите сделать ей подарок — мотоблок или минитрактор, чтобы можно было лучше обрабатывать землю». Односельчане расценивают это послание как предательство, и жизнь семьи стремительно превращается в ад.
«Тася из Томсино». Реж. Елена Хорева, Мария Павлова, Андрей Киселёв, Максим Пахомов. 2019
«Обитель. Кто мы?» Реж. Элла Тухарели
Еще одна история про парижанина, который отправляется за чем-то смутным в далекую и непонятную Россию. От французского хип-хопа к колокольному звону Соловецкого монастыря. Поначалу кажется, что это что-то вроде съемок документального фильма, поездка, затеянная по просьбе отца, чей дед Георгий Михайлович Осоргин был расстрелян на Соловках в 1929-м, но постепенно превращается в долгое путешествие к самому себе.
на «Артдокфесте» в этом году с избытком фильмов о поколении детей, выросших при Путине
«Санитар» Реж. Елена Дубкова
Санитар морга Тема похож скорее на барабанщика хардкор-группы или на бармена в ночном клубе, чем на работника мертвецкой, но Артемий своим ремеслом не тяготиться — он пишет и издает книги, травит байки, дает интервью, в которых рассказывает, как собирался работать в морге начиная с раннего детства. Раскрыть тайну Артемия Ульянова этому фильму едва ли удается — но портрет человека непростой судьбы из «Санитара» получился по-своему увлекательный.
«Как мы с Диной ездили в Челны» Реж. Стася Гранковская
За кадром звучит голос Николая Хомерики, но это фильм не о нем, просто так вышло, что снят он Стасей Гранковской, его женой. Главную героиню, на которой сосредоточилась камера режиссера, зовут Дина, и вместе они, как и сказано в названии, едут в Набережные Челны. Это отличный маленький фильм-путешествие, наблюдательный, лиричный и не вдающийся в излишние разъяснения.
Этот фильм на фестивале попал в секцию спецпоказов, но под его названием можно было бы собрать отдельную программу — на «Артдокфесте» в этом году с избытком фильмов о поколении детей, выросших при Путине. Кто они? Чего хотят? Против чего протестуют? Об этом так или иначе размышляет каждая третья картина. Немецкие авторы решили подойти к определению «поколение Путина» с завидной точностью: в кадре те, кто появился на свет 31 декабря 1999 года, в момент начала новейшей политической эпохи.
Для функционирования сайта мы используем файлы cookie и данные о вашем IP-адресе. Если вы не хотите, чтобы эти данные обрабатывались, вам придется покинуть сайт. Если вы не против, нажмите «Хорошо».
Сергей Лозница — От «Процесса» к «Государственным похоронам»
«Флаэртиана»: Сериальная форма, война и границы
Кинотеатр Кирилла Серебренникова
