Урод, боксер с нечеловечески доброй душой — Каменная Башка настолько же целен и прост, насколько витиеват был Меченосец. Но провалы в памяти остались. Не будь их, создавать конфликт и двигать сюжет в обоих фильмах было бы значительно тяжелее. После экзистенциальных метаний душегубца с лицом херувима Валуев в амнезии, пожалуй, единственно правильный вариант. Если поворачиваться, то «кругом». И до того резко, чтобы свист ветра в ушах вызвал и у аудитории частичную амнезию. Стерильность Башки, его идеальность для жанра любого вида не оставляет места памяти, кажется, что Янковский начал снимать именно отсюда. Однако это не так. И поглядев на персонажей Хабенского, Ткаченко и Валуева, невольно подумаешь: а странных все-таки героев выбирает Янковский!
Читайте также
-
Пламя, писать, жить. «Ингеборг Бахман: та, кем я когда-то была»
-
Дорого яичко — «Курочка. Пух и прах» Дьёрдя Палфи
-
И как один умрем — «Колония» Ён Сан-хо
-
«Курицы еще нас переживут»: интервью с Дьёрдем Палфи
-
Пляска смерти. «Скорбное бесчувствие» и эстетика модерна
-
Они меня фотографируют. Как жаль — «Самый старый человек на свете» Сэма Грина