«Мой сводный брат Франкенштейн” Валерия Тодоровского
Война еще не кончена (как бы неважно, какая), а Тодоровский делает про нее далеко идущие выводы, хотя умеет делать только жанровое кино. Не получает ни выводов, ни законченности жанра. Фильм парадоксальным образом можно назвать правдивым лишь за то, что он абсолютно фальшив, если фальшь считать сутью сегодняшней правящей идеологии. Вне кино.
Читайте также
-
Как Фредрик Джеймисон (не) понял «Сто лет одиночества»
-
«Декалог» как диалог: О «коротких» фильмах Кшиштофа Кесьлевского
-
Смех над страхом высоты. Интервью с Натальей Скороход к юбилею Мела Брукса
-
Пламя, писать, жить. «Ингеборг Бахман: та, кем я когда-то была»
-
Дорого яичко — «Курочка. Пух и прах» Дьёрдя Палфи
-
Как мы смотрим: О трудностях видеоперевода