В российском кино конца нулевых подобные фактуры и истории стали делом привычным и обыкновенным. Если провинция — то безликая и убогая, с хрущевками и совковыми ПАЗиками на извозе; если история про женщину и других обитателей этого пейзажа — то она, конечно, будет про всеобщее отчуждение. Героиня, библиотекарь с двумя высшими, без семьи и квартиры — хоть и стерва, но не дура. Все в этом пространстве подчинено простой логике лжи: чего не видно — того нет, а о другом помалкивай. До боли похоже на реальность, но, к сожалению, только в пересказе. Как будто и снимался фильм в декорациях для многоразового использования, и по полочкам все разложено, которые кем-то были построены и пронумерованы. Врач, мент, уголовник, одинокая женщина; одиночество, полукриминал, всеобщая разобщенность, убогость быта и бытия.
Читайте также
-
«Соавторы»: фрагмент сценария Павла Кошелева
-
Как я стал предателем. — «Самурай и пленник» Киёси Куросавы
-
Родом из детства: с чего начинал Пол Томас Андерсон
-
О трепете времени: «За нашим домом сад» Антона Нефёдова
-
«Да, они уязвимы»: беседа выпускников школы «Сеанс» и Михаила Ямпольского с Соней Райзман
-
«Лето будет общим» Даниила Меркулова: герой (не) нашего времени