Мой сводный брат Франкенштейн
Это подло — выбирать в качестве мальчика для битья, на наших глазах превращаемого авторами в опасного клинического дебила, человека, прошедшего войну, тем более что война у нас — занятие не добровольное.
Если речь о навязанной народу войне, снимать фильм так, чтобы симпатии зрителей оставались на стороне среды нормальных, чистых, здоровых и невоюющих, — низость. Ну хотя бы — фифти-фифти. После террористических актов придерживаться позиции «моя власть меня бережет» — все равно что носить грязные носки. И вообще: «Если у вас нет паранойи, это не значит, что за вами не следят».
Читайте также
-
Пламя, писать, жить. «Ингеборг Бахман: та, кем я когда-то была»
-
Дорого яичко — «Курочка. Пух и прах» Дьёрдя Палфи
-
И как один умрем — «Колония» Ён Сан-хо
-
«Курицы еще нас переживут»: интервью с Дьёрдем Палфи
-
Пляска смерти. «Скорбное бесчувствие» и эстетика модерна
-
Они меня фотографируют. Как жаль — «Самый старый человек на свете» Сэма Грина