СЕАНС

78

СЕАНС — 78

СЕАНС - 78 СЕАНС – 78

Я злой человек

Этот номер — хроники пандемийной зимы, попытка понять, где мы оказались за год карантинов. Прошлой весной, в изоляции, мы делали журнал о хрупкости нашего мира. С надеждой, что скоро все вернется на круги своя. Но вот снова весна, а ощущение изоляции только усилилось. Мир раскололся на тысячи фрагментов, и каждый в нем — наедине со своей тоской. Время похоже на бесконечную заснеженную пустыню, в которой никогда не столкнутся атомы человеческого вещества. Одна из главных тем этого журнала — человек на голой земле. Очнувшийся и обозленный, понявший, что живет в обнулившемся мире. В этом мире страшно, и хочется спрятаться за маленькими вещами, маленькими делами, чужими словами, пока «бесчисленные „завтра“, „завтра“, „завтра“ крадутся мелким шагом, день за днем, к последней букве вписанного срока». Главные фильмы номера — о вечном кружении и вечном замешательстве: историческом и сказочном (как у Андрея Хржановского и Ренаты Литвиновой), социальном (как у Адама Кертиса и Хлои Чжао) и личном (как у Корнеля Мундруцо и Оксаны Бычковой). Главные герои — люди, которые пытаются найти себя среди развалин, а точнее, сохранить свой кусочек развалин. Это номер о памяти, которая стала фрагментарной. Она осыпается (смотри фильмы Билла Моррисона) и пересобирается, словно пазл, в новые мифы — в «Перевале Дятлова», в ревизионистских опусах Райана Мерфи, «Внутри Лапенко», в новом дневниковом кино, в «Манке» Дэвида Финчера, который стал поводом для очередного витка разговоров о том, нужен ли автор. Способен ли он склеить распавшуюся связь времен? Время перезапускать мир и перепридумывать себя, но сделать это чертовски трудно: хоть в якутской мерзлоте, хоть в кресле у московского терапевта. От чего можно оттолкнуться, чтобы жить дальше? Ренуар когда-то сказал: «Я могу принести в этот жестокий и нелогичный мир только свою любовь». После обнуления было бы правильно начать именно с этого. Поэтому первым стоит в номере текст Александра Расторгуева, — закадр к его небольшому фильму «Родина», — о любви, о памяти, о попытке себя отогреть.



БЕЗ ПАМЯТИ

Лавина смыслов | Разговор о «Перевале Дятлова»
Борис Клюшников

Удиви историю | Фальсификация и адаптация прошлого
Василий Корецкий

«Его поймали сетью: только пленку»
С Биллом Моррисоном беседует Егор Сенников


АВТОР БЕЗ АВТОРА

Похвала сложности | «Манк» Дэвида Финчера
Максим Эйдис

Вечное возвращение | Дэвид Финчер, инженер и художник
Павел Пугачев

Автор умер, да здравствует экономика авторов
Андрей Карташов


НУТРО

Внутренняя реальность | «Псих» и его мир
Зинаида Пронченко

Союз выздоравливающих | Психотерапевт на экране
Алексей Артамонов

Я в онлайн-речи | Новое дневниковое
Максим Селезнев

Нет мне дороги в мой брошенный край | «Внутри Лапенко» и постсоветского ума
Маргарита Кирпикова


ЛИЦО

Евгений места | Портрет Евгения Цыганова, написанный слезами
Зинаида Пронченко

Коллективный портрет | Актер как лицо эпохи
Алена Солнцева


СНЕГ

Во взгляде сплошная неправда | Снежный экран
Михаил Щукин

Якутское кино в пяти словах
Алексей Медведев

«В якутском кино собрались упорные ребята»
С Дмитрием Давыдовым беседует Константин Шавловский

Якутия: мечты и страхи | Прокопий Бурцев, Владимир Мункуев, Марианна Сиэгэн, Костас Марсан, Эдуард Новиков, Сарданна Саввина, Степан Бурнашев, Михаил Лукачевский
Материал подготовил Сергей Дешин


ПРОЦЕСС

«Волны бьются»
С Михаилом Брашинским беседует Василий Степанов

«Отрастить режиссерский характер»
С Любовью Мульменко беседует Василий Степанов

«Я не говорю „стоп“»
С Николаем Хомерики беседует Василий Степанов

«Как нас учит Пруст»
С Дмитрием Фальковичем беседует Василий Степанов

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: