Мой сводный брат Франкенштейн
Это подло — выбирать в качестве мальчика для битья, на наших глазах превращаемого авторами в опасного клинического дебила, человека, прошедшего войну, тем более что война у нас — занятие не добровольное.
Если речь о навязанной народу войне, снимать фильм так, чтобы симпатии зрителей оставались на стороне среды нормальных, чистых, здоровых и невоюющих, — низость. Ну хотя бы — фифти-фифти. После террористических актов придерживаться позиции «моя власть меня бережет» — все равно что носить грязные носки. И вообще: «Если у вас нет паранойи, это не значит, что за вами не следят».
Читайте также
-
Как я стал предателем. — «Самурай и пленник» Киёси Куросавы
-
Родом из детства: с чего начинал Пол Томас Андерсон
-
О трепете времени: «За нашим домом сад» Антона Нефёдова
-
«Да, они уязвимы»: беседа выпускников школы «Сеанс» и Михаила Ямпольского с Соней Райзман
-
«Лето будет общим» Даниила Меркулова: герой (не) нашего времени
-
Никогда не возвращайся. О замысле и ловушках «Одиссеи»