Рецензии

Эти глаза напротив: «Увидеть все» Филдера/Оппенгейма

Нэйтан Филдер — неловкий трикстер, в своих проектах готовый прийти на помощь любому незнакомцу. Элизабет Холмс — героиня его новой картины, снятой совместно с молодым коллегой Лэнсом Оппенгеймом. Хотя возможно, что это они — герои невидимого театра, руководимого ею. Чтобы разобраться, придется отправиться в кинотеатр: докуфикшн «Увидеть все», претендующий на звание события года, уже в прокате. Спешите видеть.

Впервые имя Элизабет Холмс прогремело на весь мир в далеком 2010-м. Блондинка с глазами цвета ультрамарин, с детства увлеченная химией, объявила о стартапе, по сути, означавшим революцию в сфере медуслуг. Технология Theranos — так называлась компания Холмс — обещала значительно ускорить и удешевить процессы, связанные с анализом крови. Капелька крови помещалась на презентациях в устройство размером с принтер. Пара кликов, несколько минут обработки данных и вуаля! У вас на руках результат исследований, обычно требующий гораздо больше крови, а еще денек-другой ожиданий и ощутимую сумму за услугу. Theranos продавал личную портативную лабораторию.

К началу 2010-х в Theranos набежали инвестиции на миллиарды долларов; в совете директоров грели кресла бывшие сенаторы, боевой генерал и целый Киссинджер; все они могли прикрыть, если вдруг кто нагрянет с проверкой; в 2014-м Forbes поставил Холмс на обложку, назвав ее главной миллиардершей планеты.

Год спустя имя Холмс прогремело во второй раз, еще звонче. Wall Street Journal выпустил расследование, где сделал вывод: Theranos — пшик, Холмс — мошенница. До появления чудо-коробочки, которая действительно работала бы так, как уверяла Холмс и ее бизнес-партнер Рамеш «Санни» Балвани, дело даже не дошло. Тут уж за дело взялись такие важные структуры, что даже генеральский патронаж был бессилен. Компания закрылась, Холмс обанкротилась; начался судебный процесс, и в 2023-м бывшая героиня обложек отправилась за решетку на 11 лет. Там по сей день и чалится.

Истории взлета и падения Theranos посвящена документалка Алекса Гибни 2019 года. Смотреть ее, впрочем, не обязательно: создатели «Увидеть все» предусмотрительно вынесут во вступление титр с кратким рекапом перечисленных выше событий. Куда веселей сериал «Выбывшая» 2023 года с Амандой Сейфрид в роли Холмс. Там, по крайней мере, что-то додумали для красного словца. «Увидеть все» — вот где настоящий разговор о том, кто такая Элизабет Холмс. Во всяком случае, попытка разговора.

*  *  *

Пока Гибни выведывал подробности личной жизни Элизабет, а Сейфрид училась не моргать как можно дольше, режиссер Нэйтан Филдер воссоздавал реальность обыкновенных американцев в телешоу «Репетиция». Суть сериала до абсурда проста. Филдер приходит к незнакомцам, находящимся в непростой жизненной ситуации. Например, одна дамочка боится завести ребенка и хочет к этому событию подготовиться. Что делает Филдер? Нанимает пару десятков детей-актеров, от младенцев до 18-летних, и проводит для дамочки экспресс-курс родительства. Все максимально приближено к правде: бессонные ночи, совмещение материнства и работы, подростковые бунты и т.д. Режиссер репетирует с героиней разговоры о важном, арендует дом, договаривается с идеальным, в представлении женщины, мужчиной, который мог бы стать отцом — и сыграл бы соответствующую роль. Каждая встреча, каждое слово, каждое пространство реконструируются под запрос будущей мамы. В конце концов, Нэйтан сам берется сыграть роль отца, чтобы еще глубже проникнуть в мысли молодого родителя.

«Репетиция», сезон 1. Реж. Нэйтан Филдер. 2021

Главный конек Филдера в его работе — наблюдательность. Другая ключевая черта — дотошность. Просчитать возможные ответы собеседника, продумать реакцию на ту или иную шутку, выведать словечки, которыми тот воспользуется и маршруты, которыми пройдет — чтоб сконструировать реплику идеального мира. При этом Нэйтан не стесняется расширять границы дозволенного (дозволенного бюджетами HBO, где и транслируется шоу). Утаить какие-то детали от героев, обойти законодательство штата, построить целый бар, идентичный реальному бару, соорудить новые и новые проекции разыгрываемого мира — возможно все. Вот в чем хорош Нэйтан, который всегда идет к вам на выручку. В этом смысле знакомство с Элизабет Холмс стало для него новым вызовом.

Встреча Филдера, чья дальновидность соразмерна лишь его эмпатичности, с Холмс, чьи эмоции и мотивы практически невозможно определить — все равно что столкновение непреодолимой силы с неподвижным объектом. Проникнуть в ее голову, поставить себя на ее место — задача практически невозможная. В «Увидеть все» Нэйтан оказывается в среде, которую не мог отрепетировать при всем желании. Лэнс Оппенгейм, сорежиссер и давний друг Филдера, рассказывал, что проект не был их планомерно продуманной затеей. Просто A24 собирались снять фильм о Холмс до того, как она сядет в тюрьму, но запустить его никак не удавалось. Холмс, не дававшая интервью семь лет, тоже была не против представить свою версию истории. То, что съемки начались за 34 дня до начала тюремного срока, не часть коллективного замысла, а попытка студии запрыгнуть в уходящий поезд.

На протяжении этих 34 дней Филдер пытается выведать у Холмс, действительно ли она виновна в махинациях с миллиардами долларов. Та в ответ, с широко раскрытыми глазами, округлив брови в немыслимые арки, чуть приоткрыв рот и зациклено покачивая головой, будет отвечать: «Нет, я всего лишь хотела сделать мир лучше».

«Увидеть всё». Реж. Нэйтан Филдер, Лэнс Оппенгейм. 2026

Поначалу режиссер находится вне кадра, присматриваясь к ней и ее мужу, ушлому айтишнику Билли Эвансу. Поговорка «Муж и жена — одна сатана» как раз про них. Билли то и дело пытается влезть в разговор Нэйтана и Элизабет, мешая их доверительным диалогам. Кажется, он намерен контролировать каждое слово или действие супруги. Доходит до того, что Билли перехватывает тарелку, когда Лиз взбивает яйца для омлета. Ну нельзя так готовить омлет, женщина! Закрадывается скепсис: как могла настолько несамостоятельная особа надурить серьезных дядь и теть с восьмизначными суммами на счетах?

Постепенно Филдер вовлекается в общение с Холмс и Эвансом все активнее, превращаясь не в наблюдателя, а в третьего героя своего же фильма. Расстояние между ним и Элизабет сокращается. Крупные планы учащаются и — явно решение Оппенгейма и его оператора Дэвида Болена — укрупняются до неприличного масштаба. Но чем больше Нэйтан слышит перешептываний между супругами, чем больше вопросов он задает им и чем больше сомнений скапливается с полученными ответами, тем очевиднее, что холодный расчет Филдера в попытках расколоть эту пару орешков дает сбой. Если раньше он подвергал проверке опыт увиденного зрителем, как в «Репетиции», когда репетировал репетиции, то теперь уже сам не понимает, насколько может полагаться на явленные свидетельства. Словам верить нельзя. Как и истинности видимого. Персона на экране режиссерского плейбека стала неразличима даже для самого режиссера.

«Увидеть всё». Реж. Нэйтан Филдер, Лэнс Оппенгейм. 2026

Когда он показывает Холмс комедийный скетч Эббота и Костелло, в котором шутка построена на игре слов, она недоумевающе на него смотрит. А он на нее. Две бездны играют в переглядку, не мигая друг другу в ответ. Тут-то до Нэйтана (и до нас) начинает доходить: Холмс воспринимает формулировки иначе, чем простой человек. «Она особенная», — намекает Филдеру ее муж. Подтверждение этому — диалог о том, как работало устройство, придуманное Холмс.


— Оно проводило анализ.
— Проводило анализ или обеспечивало его выполнение?
— Да.

Первая половина фильма, вплоть до проводов Холмс в тюрьму, полагается на вопросы, которые предполагают ответы безусловные, однозначные, юридически точные. Разговор Филдера с доверившейся ему мошенницей — или «мошенницей»? — напоминает работу с нейросетью. Недостаточно обратиться к ней с задачей; нужно детально сформулировать каждое условие, если рассчитываешь на релевантный отклик. И мы, вовсю вовлеченные в эту битву умов, тем не менее, остаемся с носом. Нет ничего лучше, чем быть одураченным пассами виртуозного иллюзиониста. Кто в «Увидеть все» иллюзионист, а кого обвели вокруг пальца, уже решительно неясно. Ни нам, ни им.

*  *  *

27 апреля 2023 года Холмс начала отбывать срок за решеткой. На руках кинематографистов остались многочасовые записи, где так и не видно настоящей Элизабет. Поэтому Филдер, теперь сомневающийся, кажется, вообще во всем, решает продолжить расследование. И тут начинается новая «Репетиция». Режиссер обращается к знакомой актрисе, чтобы та воспроизводила реплики Холмс; Нэйтан заново анализирует пережитое и пересказанное. Этого мало. Нэйтан идет к Билли Эвансу. Тот, представьте себе, в ус не дуя, ведет соцсети жены от ее имени и даже работает над ее ИИ-копией. Они ведут долгие споры, в которых Эванс выглядит совсем уже неприятным малым, а Филдер озадаченным сильней, чем когда-либо.

«Увидеть всё». Реж. Нэйтан Филдер, Лэнс Оппенгейм. 2026

Это уже не «Увидеть все», а «Показать все, что скрыто». Потому как выведать у Билли Эванса даже частичку правды или того, что на нее походит, невозможно. Он-то, в отличие от Элизабет, прекрасно отдает себе отчет в сказанном и в том, что говорить не стоит. Попытки Нэйтана связаться с заточенной в темнице Холмс — конечно же, через Билли — оказываются безрезультатны почти до самого финала. Когда эта встреча все же происходит, ключевой, как надеется Нэйтан, разговор мы услышим лишь в разыгранной версии между ним и актрисой. И тогда, у потрескивающего камина, прозвучит вопрос, который Филдер наверняка задавал себе не раз, боясь признать очевидный ответ. «Не мог ли он сам умолчать о важнейших фразах Холмс, будучи очарованным ею?»

Это, кажется, единственный вывод, к которому мы, зрители, одураченные двусмысленностями Холмс и многомерностью наблюдений Филдера, можем прийти. Даже такой мастер подмены зримого и истинного, попался на удочку, которой вилял много лет перед зрителями. Пытаясь выведать ответы у женщины, сидящей в паре сантиметров от него, он не заметил, как мир вокруг оказался симуляцией, возведенной ею. Игры в гляделки с бездной привели к близорукости.

*  *  *

2026 год — лучшее время для выхода «Увидеть все». Каких-нибудь лет пять назад такой фильм не вызвал бы подобного фурора. Вызвал бы он, разве что, шуршания в глубинах потаенных синефильских подземелий. Фильма Гибни — формального как треп в курилке — было достаточно. «Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой», — как-то сказал француз. Что ж, нынче так утруждать себя нет нужды: степень правдивости искомого ответа определяется лишь точностью формулировки в вопросительном промпте.


Читайте также

Нашли ошибку?
Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: