«Мой сводный брат Франкенштейн” Валерия Тодоровского
Эта история тождественна своему герою. Она длится, пока мы узнаем о герое что-то новое, а кончается, когда узнаем главное: степень его безумия. Но потом картина должна все же чем-то кончиться. Так она и кончается — чем-то. То есть реальное, естественное движение сюжета прекращается задолго до конца фильма. Но фильм все равно страшноватый. «Огради нас от этого». Оградить, ясное дело, нельзя.
Читайте также
-
Всего в меру — «Овсянка для чемпионов» Константина Кости
-
Человек идет на стену — «Мегадок» Майка Фиггиса
-
«В кино мы больше философы, чем в жизни» — интервью с Эдгаром Мореном
-
«Пока небо смотрит»: фрактальная вселенная Романа Михайлова
-
Правда и ничего кроме правды — «Ломаный английский» Иэна Форсайта и Джейн Поллард
-
Двойная доза от реальности: «Убить Билла» Квентина Тарантино