18+
// Рецензии

Ли Чхан Дон: «Тайное сияние»

В прокат выходит «Пылающий» Ли Чхан Дона, фильм-рекордсмен Каннского фестиваля по положительным оценкам. В преддверии премьеры мы решили рассказать о других фильмах режиссера. Алексей Филиппов написал о «Тайном сиянии», первом фильме, снятом Ли Чхан Доном после периода работы министром культуры.

 

Мать-одиночка Ли Шин Э (Чон До Ён) переезжает с сыном Джуном в городок Мирян, где жил её погибший в автокатастрофе муж. Смелая женщина не бежит от памяти о семейной трагедии, но решительно направляется с ней на свидание, поселяясь в местечке, где многие переулки помнят тень мужа, а местные навязчиво причитают, как ей, должно быть, тяжело. Ли открывает курсы игры на фортепиано — когда-то давно она могла стать известной пианисткой, но помешала семья. Она отмахивается от неловкой помощи влюбленного мужичка с приятным, но глуповатым лицом (Сон Кан Хо), и с понимающей улыбкой игнорирует совет женщины из аптеки «обратиться к богу». Когда же Ли совсем выпадает из образа «скорбящей вдовы» и решает вложиться в участок земли, сына — единственное святое — у неё крадут, требуя баснословный выкуп.

 

 

Главный «грех» Ли — нежелание сочетаться с местностью и местными, ее стремление менять под себя ландшафт. В том числе буквально: с порога она дает торговке советы по интерьеру, не боится открыть в городке новое дело, помышляет о владении землей. Пианистка-вдова отказывается от устоявшейся модели скорби, поднимая тем самым бунт не только против обывателей и их представлений, но и — транзитом — против их бога. В сущности, Ли Чхан Дон в неспешную драму заключает античный конфликт человека и небес, намеренно не разделяя толком мирское (то есть социум) и надмирное (если оно вообще есть).

После дебютной «Зеленой рыбы» Ли Чхан Дон не снимал картин короче двух с горкой часов, всякий раз выстраивая подробный романный нарратив, — и в «Тайном сиянии» строгая структура ощущается едва ли не сильнее всего. Ироничный европейский интеллектуал обязательно разбил бы повествование на главы, чтобы эту преемственность игриво подчеркнуть, но Ли эти позы ни к чему. В хитросплетениях «Тайного сияния» можно увидеть горькую усмешку над крылатой фразой о «неисповедимых господних путях»: не найти в ней успокоения. Сила кинематографа Ли Чхан Дона именно в том, что он при взгляде очевидно стороннем (а порой и «над схваткой») не уходит в холодное хирургическое созерцание, не проповедует, не помыкает и не юродствует. В определенном смысле все его фильмы — иммерсивные, складывающиеся в глазах смотрящего. «Тайное сияние» пересобирает себя раз за разом. Как Ли Шин Э вынуждена заново, под давлением внешних обстоятельств, выбирать стратегию жизни после трагедии (от пригодной для себя до одобряемой местным сообществом), так и зрителю приходится наощупь вести счет этого поединка человека и фатума.

 

 

Следом Ли Чхан Дон снял «Поэзию» про завораживающую и поэтичную безобразность обыденного и «Пылающего» — про невозможность услышать и понять окружающих и себя. Сама драматургия его фильмографии понуждала повышать ставки до самого «большого голода», как говорят бушмены — то есть, до копания в вопросах все более глобальных и проклятых. Однако этот масштаб никак не мешает затаить дыхание от одного лишь подмигивания солнечного зайчика, пробравшегося на экран.

Subscribe2018
Beat Weekend
Сеанс68
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»