Трагедия районного масштаба — «Маша» Анастасии Пальчиковой
В кинотеатры наконец добралась «Маша» — призер «Кинотавра», режиссерский дебют сценаристки Анастасии Пальчиковой. О лихих девяностых глазами девочки-подростка пишет Павел Пугачев.
У Маши счастливое детство: добрый мамин брат берет с собой на прогулки и вечеринки, а пацаны из спортзала, где он работает, разруливают любые вопросы и дарят то плееры, то магнитолы. Чем обусловлен такой комфорт, и что за боксеров тренирует дядя, Маше до поры до времени невдомек. Выстрелы вдалеке она не слышит из-за своего пения (Маша мечтает вырасти в Аню Чиповскую и петь джаз), а остальные ужасы жизни заглушает русская попса. Тишина разве что на похоронах, которые для Маши — обычное дело. Когда Машина мама порывается от всего этого уехать, дядя заметно нервничает.
![](https://seance.ru/wp-content/uploads/2021/04/masha_01.png)
Ударная пятилетка отечественного сериала
Считается, что для того, чтобы делать выводы об эпохе, нужна дистанция. Кинематографическая мифология российских «лихих 90-х» начала активно складываться еще до завершения десятилетия, которое госпропаганда сначала тщетно и спешно попыталась забыть, а затем не менее суетливо, но более успешно назначила универсальной страшилкой, отвечающей на любые вопросы социально-политического характера («Не нравится? Хотите как в девяностые?»). Рефлексию подменили набором клише: героев американских гангстерских фильмов одели в пиджаки земляничные не по размеру и наспех обучили фене. Уже «Бандитский Петербург» и «Бригада» начали торжественно девяностые хоронить. Процесс растянулся на десятилетие, но быстро завалить братские могилы землей не получилось. От переизбытка (скорее психологического, нежели реального) фильмов жанра «про 90-е», вышедших в нулевые, может показаться, что тема давно закрыта, хотя уже новое поколение кинематографистов (Акопов, Балагов, Жук, Аксенов, Лапенко) так не считает. Все чаще условные 30-летние обращаются к тем временам, пытаясь найти в них помимо приевшихся аудиовизуальных артефактов (от «Ласкового мая» до свитера из секонда) новые возможности интерпретации современности.
Фильм избегает социальных обобщений и не пытается пугать, но оттого кажется и точнее, и страшнее.
Не всегда их взгляд дает что-то принципиально новое, но здесь как раз важен вопрос оптики. «Машу» легко описать как «90-е глазами ребенка», с одним важным уточнением: это еще и женский взгляд. Традиционно в кинематографическом мире мужских разборок женщина сведена до объекта купли-продажи, торга, залога, миф 90-х видел ее вторым планом, оттеняющим героя с пушкой, где-то объектом неземной любви, воплощающей «материнское начало», где-то — источником угрозы (показательна в этом плане «Бригада», где все женские персонажи строго делятся на две категории: мамочка или шлюха). Героиня, наделенная субъектностью, явление относительно недавнее — и тут список короткий: «Теснота» да «Хрусталь».
![](https://seance.ru/wp-content/uploads/2021/04/masha_03.jpg)
Кинотавр-2017: «Теснота» Кантемира Балагова
«Маша» целиком посвящена выживанию женщин в мужском царстве. Женщин здесь много, это героини разных поколений и социальных страт, у каждой своя драма. Самая страшная и зловеще тлеющая сюжетная линия связана с местной певичкой (Ольга Федотова), которую поочередно пользуют крестный отец и крестный сын местной братвы. Но не только она зависима от мужчин и их воли. Зависимы все. Забота, которую проявляют герои-мужчины, крайне специфического толку: сегодня люблю, завтра — убью. Хозяин-авторитет, в очередной раз блестяще сыгранный Максимом Сухановым (как будто и не выходившим из «Топей» и «Гипноза»), воплощенная осмысленно-беспощадная власть, существующая по законам животного мира: «кто сильнее, тот и прав», «не укусишь первым — укусят тебя» и так далее.
Взгляд ребенка конкретен и позволяет говорить правду, избегая обобщений, логических уверток и оправданий мира вокруг.
«Не мы такие. Жизнь такая», — рекламный слоган фильма «Бумер» идеально подходит для большей части фильмов «про 90-е». И «Маша» спорит с такой позицией тихим, но уверенным голосом. «Не мы эту страну разграбили», — оправдывает себя и своих братков герой Суханова, но как и сидящие вокруг него люди, так и зрители в зале прекрасно понимают, что и эти герои активно поучаствовали в грабеже. Фильм избегает социальных обобщений и не пытается пугать, но оттого кажется и точнее, и страшнее.
На постере неспроста красуются розовые очки, он словно через них и снят. Линзы с перманентным легким расфокусом, в теплых оттенках, с дымкой. Эта мягкость не вредит фильму. Для автора это предельно личная, едва ли не автобиографическая история, и тут необходима как минимум эстетическая дистанция, парадоксальным образом позволяющая говорить как можно более прямо. Взгляд ребенка конкретен и позволяет говорить правду, избегая обобщений, логических уверток и оправданий мира вокруг. Прекрасно сыгранная Полиной Гухман главная героиня многому изумляется, но понимает все довольно быстро: и кто здесь прав, и кто здесь виноват. Только не знает, что с этим делать.
![](https://seance.ru/wp-content/uploads/2021/04/masha_02.jpg)
«Бык»: Песни на ушельском языке
Странноватый и многих смутивший финал разворачивается будто бы в воображении девочки, которая не владеет ситуацией: вот выйду на сцену в красном платье, спою, и…. Он как раз про невозможность выхода. Как прекратить бесконечную цепочку насилия в ответ на насилие? Как смириться с тем, что такие люди все еще живут рядом с тобой и занимают властные позиции? Увы, никак. Первоначально финал (на всякий случай сняли два варианта) был другим и настаивал если не на примирении, то на принципиальном отказе от сопротивления и мести. Но поверить в него было бы сложнее, чем в сбывшиеся грезы и кровавую мелодраму.
Драматургия ведет «Машу» куда-то в сторону трагедии: герой Суханова хоть и зовется Крестным, но без «Короля Лира» там явно не обошлось. Но что-то в этом маршруте мешает всю дорогу. Возможно, дело в том, что виноват здесь никакой не злой рок, никакая не судьба, а очень конкретные люди и очень конкретные поступки. А «те времена», которые так долго хоронили, и не думали заканчиваться.
Читайте также
-
Жизнь за работой — «Комната по соседству» Педро Альмодовара
-
Все хороши — «Плохая девочка» Халины Рейн
-
Почему у тебя такие большие туфли? — «Планета Джанет» Энни Бейкер
-
Журавлики оригами — «Чистый лист» Полины Кондратьевой
-
Плакали, знаем — «Ворон» Руперта Сандерса
-
Чужие новости – «Месье Кляйн» Джозефа Лоузи