18+
// Рецензии / Хроника

«С широко закрытыми глазами»: Фейк и Fuck!

«Мне двадцать лет», — мог бы сказать фильм «С широко закрытыми глазами», если бы кино умело говорить. О последнем и самом загадочном фильме Стэнли Кубрика рассказывает Артемий Королев.

 

 

Сплетаются в одно и «ложь» и «правда», И «жизнь и «сон». Уверенности нет. Вся жизнь — игра. Мудрец, кто понял это.
Артур Шницлер.

Технически самыми последним кадром, предъявленным Стэнли Кубриком городу и миру, стало изображение волн. Свирепый атлантический прибой, наложенный на мрачный авторский текст о гибели Амстердама, Венеции и Нью-Йорка — недалёкое будущее человечества, мир в котором место детей и домашних животных заняли роботы. Вергилием, который помог вывести проект «Пиноккио» (будущий «Искусственный разум») из самых нижних кругов тридцатилетнего «производственного ада», оказался Спилберг, но сегодня можно только гадать, каким стал бы последний фильм великого английского затворника, сними он его сам. Почти наверняка — более мрачным и провокативным, парадоксальным, саркастическим и отстранённым, лишённым спилберговской сентиментальности. В принципиальном и безжалостном взгляде Кубрика была своя правда.

За три года до смерти он навёл свою ледяную оптику на самую известную голливудскую чету и препарировал тему супружеских отношений с таким тщанием, что, если верить таблоидам, разрушил реальный брак.

 

 

Напомним предысторию. В основу фильма «С широко закрытыми глазами» легло произведение классика австрийской литературы Артура Шницлера Traumnovelle (название, как и содержание рассказа, подразумевает многозначительность: это и «История снов», и «Новелла о снах» или даже «Роман о мечтах»), впервые опубликованное по частям в берлинском журнале мод Die Dame в «золотые двадцатые». Права на экранизацию Кубрику удалось купить ещё в 1968 году. Изначально он собирался снимать сексуальную комедию, чуть ли не в духе Вуди Аллена, со Стивом Мартином в главной роли, благо гипотетическое еврейство главного героя — Фридолина к этому располагало. Но проект всё время откладывался, до тех пор, пока в 1994 году режиссёр не обратился к именитому британскому сценаристу Фредерику Рафаэлю с предложением адаптации. К тому моменту концепция коренным образом изменилась, действие было перенесено из Вены начала века в современный Нью-Йорк, о комедии более не шло и речи. Работа над сценарием заняла два года, главные действующие лица — доктор Фридолин и его жена Альбертина стали соответственно Биллом и Элис Харфорд, пианист Нахтигаль («Соловей») — Найтингейлом, кроме того, были задействованы, вполне узнаваемые в литературном источнике, больная сифилисом проститутка, самоотверженная баронесса, торговец карнавальными костюмами и его распутная дочь.

 

 

Traumnovelle — нарратив, густо замешанный на модном фрейдизме, переживании зыбкости бытия в недолговечной паузе между двумя мировыми бойнями, предощущении будущих «хрустальных ночей» и газовых камер Маутхаузена и Аушвица, стал для Кубрика идеальным материалом для воплощения его фантазмов. Мотив еврейства персонажей важный и для Шницлера, и для Рафаэля был отброшен как ненужный. Но тема хитросплетения чувств внутри союза мужчины и женщины, призрачность и ненадёжность границ между снами и явью — это то, что, очевидно, по-настоящему увлекло его.

По сюжету фильма благополучные супруги Харфорд (Том Круз и Николь Кидман), выясняют отношения после одной из утомительных рождественских вечеринок: Биллу на ней пришлось выводить из передоза одну девицу, а Элис — флиртовать со словоохотливым венгром. На следующий день, раскурив косяк, она признаётся мужу, что прошлым летом едва не бросила его и их шестилетнюю дочь, «и всё моё треклятое будущее», ради мельком увиденного в холле отеля морского офицера. «И в то же самое время, ты мне был дорог как никогда. И моя любовь к тебе была и нежной, и грустной…» Откровенность жены потрясает Билла. Дальнейшему развитию конфликта мешает телефонный звонок: умирает пациент, и доктор в расстроенных чувствах срывается с места. С этой секунды начинается его фантасмагорический ночной трип, который в конце концов приведёт Билла в таинственное поместье, где он подвергнет себя и своих близких смертельной опасности…

 

 

Продюсер настаивал на том, чтобы в будущем фильме были заняты настоящие «звёзды», Кубрик согласился. В это же самое время в Англии на съёмках экранизации «Портрета леди» по Генри Джеймсу находилась Николь Кидман. Том Круз сопровождал молодую жену. Последовало приглашение, знакомство и предложение работы.

Любимцы Америки отдались в руки демиурга, как жертвенные агнцы, с беспрецедентной для Голливуда доверчивостью: согласно контракту, они обязались сниматься в будущей картине ровно столько, сколько потребует от них режиссёр. Поначалу оба отнеслись к новому проекту с энтузиазмом, ещё бы — вместе сниматься у живого классика! — но очень скоро, что-то пошло не так.

«С широко закрытыми глазами» должен был стать их третьей, после «Дней грома» и «Далеко-далеко», совместной работой. Всеамериканский good boy Том Круз в середине девяностых уже являлся признанной суперзвездой: за его плечами были такие несомненные хиты, как «Цвет денег», «Человек дождя», «Фирма» и «Интервью с вампиром», «Рождённый четвертого июля». Триумфы Кидман были ещё впереди, хотя критики уже успели отметить её гротескное исполнение роли журналистки Сьюзи «Бульдозер» Стоун в картине Гаса ван Сента «Умереть во имя».

 

 

Хрупкая фигура и острый взгляд Кидман были идеальны для Элис — Алисы: самый первый эпизод начинался и заканчивался у зеркала, только в Зазеркалье отправлялась не она, а Билл. Интересно, что режиссёр намеренно сделал персонажа Круза наивнее его литературного прототипа: в новелле Фридолин, в ответ на откровенность Альбертины, сам признаётся ей в своих сексуальных фантазиях. Кубрик подчинял историю одной из своих магистральных тем — «приключению простака». Разговор с женой не просто уничтожал уверенность главного героя в своей традиционной мужской власти, он разрушал привычную ему реальность. Она давала трещину и гнала на улицу, в холодный и опасный ночной город, воплощение бессознательного, туда «где кончается радуга» — в традиционных культурах мост между миром живых и царством мёртвых.

 

 

«Радугой» называется в фильме магазин карнавальных костюмов, в котором Билл берёт напрокат смокинг, плащ и маску — пропуск в мир иррационального. Зеркало, маска, карнавал — так в кинополотно вторгалась тема Венеции — самого нереального города на свете, чью лагуну Павел Муратов сравнивал с летейскими водами, Венеция как угроза, с её инквизицией, тюрьмой Пьомби и трупами в зелёных, дурно пахнущих каналах, Венеция как сон, как момент шаткого равновесия между жизнью и смертью. Образ Города в фильме не просто двоится, а троится: ведь и Нью-Йорк у Кубрика фальшивый — снятый на улицах Лондона и в павильонах британской Pinewood Studios. Ничему нельзя доверять, всё искусственно и ненадёжно. Всё — фейк.

 

 

В ноябре 1996 года в обстановке секретности началась работа на съёмочной площадке, которая продлилась 46 недель, войдя в историю как пример самой продолжительной непрерывной киносъёмки. Перфекционист Кубрик без конца переписывал сценарий, контролировал каждую деталь реквизита, гонял своих ассистентов за океан, на Манхеттен, чтобы те произвели точные замеры нью-йоркских улиц, вплоть до расположения автоматов по продаже газет. И делал дубли, дубли, дубли. Из-за конфликтов в расписании проект покинули Харви Кейтель и Дженнифер Джейсон Ли. Актриса Винесса Шоу, сыгравшая проститутку Домино, должна была сниматься в фильме две недели, но в результате потратила на работу у Кубрика два месяца. В качестве музыкального сопровождения для оргии в Сомертоне Кубрик намеревался использовать стихи из «Бхагавадгиты», но после протеста индусов Warner Bros. пришлось приносить официальные извинения и удалить трек.

 

 

Действие Traumnovelle развивается в канун Великого поста, на Марди Гра — кельтского аналога Масленицы, тем не менее, режиссёр самовластно заменил символические проводы Зимы на Рождество, главный семейный праздник Запада. И не случайно (а у Кубрика ничто не бывает случайным), ведь один из мотивов фильма — «мысль семейная». Разбирая сценарную структуру ленты нетрудно заметить, что вся одиссея главного героя состоит из цепи искушений: действительность всё время провоцирует его на измену жене, но тут же предъявляет цену, которую придётся заплатить за адюльтер. Бывшая королева красоты, едва не умирающая от передоза в ванной комнате, внезапное появление жениха Марион Натансон у гроба её отца, уличная проститутка, больная СПИДом, участие в вакханалии, плата за которую — жизнь… Эрос неразрывно сплетён с Танатосом. Но в финале Билл возвращается к жене и ребёнку. С этой точки зрения «С широко закрытыми глазами» должен устроить даже самых строгих моралистов: выходит, в своей последней картине Кубрик, пусть и на таком нетривиальном материале, недвусмысленно высказался на тему ценности брака, семейных уз. Однако, как справедливо замечено, это Рождество без рождественского духа, хотя почти в каждом кадре присутствуют и ёлка, и праздничные гирлянды. Правда, слегка размытые: режиссёр снимал «С широко закрытыми глазами» в том шикарном расфокусе, в котором делал своего «Барри Линдона», стараясь использовать только естественные источники освещения. И в голову зрителя невольно закрадывается сомнение: в этой рассеянной атмосфере неуместна проповедь в стиле Диккенса.

 

 

Николь Кидман — идеальный performer, восхитительный пустой сосуд, который режиссёр, в зависимости от меры отпущенного ему таланта, может наполнить любым содержимым. Кубрик вскрыл и продемонстрировал тот широкий актёрский диапазон, что на рубеже столетий вывел Николь в первые лица мирового кинематографа. Но в тот период она — очередная «девушка Бэтмена», безоговорочно доверилась пожилому мэтру, допустив с ним ту меру откровенности, которую до тех пор позволяла себе, очевидно, только с мужем. Сайентолога Круза, самого помешанного на тотальном контроле, это не могло не раздражать. С каждым съёмочным днём жизнь всё больше походила на сценарий фильма, в котором они снимались. Реальность дала трещину, жуткая сказка для взрослых становилась былью.

Именно сказка! Сама фабула Eyes Wide Shut безупречно ложится на архетипическую модель, предложенную Яковом Проппом в его «Морфологии волшебной сказки»: отлучка — нанесение ущерба — встреча с дарителем — попадание в Тридевятое царство… Змееборчество. В кульминационной сцене Билл во всём признаётся жене. Искомый «змий» — недоверие, которое герой должен побороть самостоятельно. И, наконец, «Возвращение домой» — «Fuck!» произнесённое Элис: пора вернуться из зазеркалья в реальный мир, а что может быть реальнее в нём, чем старый добрый трах?

 

 

Вообще fuck и fucking, сказанные на все лады, претендуют на роль второго, «несуществующего» пароля в этой сновидческой картине. Первый, как мы помним, Fidelio — не только единственная опера Бетховена, но и «Верный». Третий ключ — это, безусловно, fake. «Это была шарада, инсценировка, это был фейк!» — произносит Циглер, объясняя Биллу подоплёку его опасного приключения. И нам, живущим в мире постправды и фейк-ньюс, очень легко поставить себя на место главного героя: а может, действительно, ничего не было? Ни оргии, ни убийства, ни ночных блужданий, ни даже того морского офицера, которого якобы вожделела его жена? А была травка, оскорблённое самолюбие, усталость, бред сознания, сон. Фантазия Кубрика, как и другие великие фильмы об иллюзорности бытия: «Женщина в окне» Ланга, «Фотоувеличение» Антониони, «Ребёнок Розмари» Поланского не даёт однозначного ответа. Но и спустя годы невозможно вытравить из памяти зловещие карнавальные маски, соблазнительный кукольный шёпот: «Вам нужен плащ, подбитый горностаем», вальс Шостаковича и молодую прекрасную женщину под ритм старого шлягера демонстрирующую не в меру настойчивому поклоннику своё обручальное кольцо: «Я не могу. Я замужем».

Съёмки были закончены в 1998 году, после начался длительный, как у всегда у Кубрика, монтажно-тонировочный период. Вопрос о том, удалось ли ему довести до конца работу над своим пятнадцатым фильмом по сей день остаётся открытым. 1 марта 1999 года Кубрик показал смонтированную версию руководству Warner Bros., а спустя шесть дней умер.

 

 

Сейчас это выглядит странно, но релиз последнего киношедевра XX века был встречен мировой прессой неоднозначно, мнения критиков разделились, а на 56-м Венецианском кинофестивале «фильм открытия» обошли призами, за исключением третьестепенной «Премии Бастоне Бианко». На Мостре Круз и Кидман, в отсутствии автора, представляли картину вместе. В 1999 году Фредерик Рафаэль опубликовал свои воспоминания о работе с Кубриком, которые были раскритикованы друзьями и членами семьи покойного. После прохладной встречи в США «С широко закрытыми глазами» имел успех в Латинской Америке, Италии, Испании и Японии, фильм полностью окупился в прокате, став при бокс-офисе в 162 с лишним миллиона долларов самым кассовым в карьере великого кинематографиста .

Divine
Каро
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»