Всего в меру — «Овсянка для чемпионов» Константина Кости
В заповедном шотландском уголке каждый год проходят соревнования по приготовлению обыкновенной овсяной каши. Участвуют в нем и местные жители, съезжаются и чудаки со всего мира. Они-то и интересуют Константина Кости, режиссёра этой ленты, которую показывают на московском Beat Film Festival. О пропорциях каждой составляющей фильма рассказывает Илья Комисаров.
Когда Бог творил этот мир и подошел к созданию Шотландии, архангел Гавриил поинтересовался у него: «Боже, что ты сейчас делаешь?» — «Вот-вот я создам Шотландию». Тогда Гавриил, задумавшись, спросил: «Ты думаешь, это справедливо?» — «Что же в этом несправедливого?» — недоумевал Господь. «Ты даровал этим людям прекрасную страну, возможно, лучшую из тех, что ты когда-либо создавал. Люди в этой стране умные, и я предвижу, что они создадут одни из величайших изобретений, когда-либо известных человечеству. Ты действительно думаешь, что это справедливо?» Бог с облегчением ответил: «О, не беспокойся об этом, Гавриил. Подожди, пока не увидишь, кого они выберут себе в соседи».
Не оставляет сомнения, что к величайшим изобретениям, предсказанным архангелом Гавриилом, шотландцы отнесли бы porridge, то есть овсяную кашу. И если о праве ее первооткрывательства шотландцами еще можно было бы вести дискуссию (хотя поди тут поспорь), то о приоритете ее проповедования спора не выйдет точно.
В деревушке Каррбридж, что расположилась на склонах Северо-Шотландского нагорья, овсяная каша давно перестала быть только частью повседневного рациона — и превратилась в феномен всеобщего помешательства. Ежегодно там проходит чемпионат мира по приготовлению овсянки The Golden Spurtle (давший имя оригинальному названию фильма).
В качестве проводника в шотландский овсяный эдем австралийский документалист Константин Кости выбирает Чарли Миллера — пожилого организатора турнира, в последний раз возглавляющего соревнования перед уходом на пенсию. Дородный, низкого роста, редко улыбающийся, во внутрикадровых титрах он значится как chieftain — буквально «предводитель». Сменивший воинственность главы древнего клана на деловитость мужичка-распорядителя.
Вместе с Миллером мы за несколько минут посетим все основные места Каррбриджа: старый вьючный мост, который жители зовут Гробовой, потому как ведет он на кладбище; отель, который заодно играет роль паба; дом Чарли; леса, окружающие деревушку; здание, в котором проходит чемпионат.
Сельский мир самоценен, время, кажется, обходит его стороной, хотя оставляет свои маленькие приметы. В мастерской Миллера, где тот мастерит из букового дерева традиционные палочки для размешивания овсяной каши, те самые spurtles, на маленьком телевизоре крутится «Гарри Поттер и Кубок огня». В шкафчике действующего чемпиона мира по овсянке Лизы Уильямс между кубками и наградами выглядывает маленький бюст Ленина.
Каррбридж только и живет в ожидании момента, когда по гостеприимному зову участники и болельщики выведут его из инертной обыденности в яркость чистой событийности. Благо, все точки входа заданы. Вместе с Миллером мы уже бывали на железнодорожной станции, соединяющей деревушку с портовым Инвернессом на севере и с Глазго и Эдинбургом на юге, знакомились с приветливым станционным смотрителем Крисом Прайсом.
Условность состязания схожа с конвенциональностью кино или театра
Интерес режиссера Константина Кости к эксцентричным персонажам не приводит, однако, к цепочке открытий, проявляющей неочевидные связи между заурядной повседневностью и философским обобщением о ней (как это случалось, например, в «Полезных советах от Джона Уилсона»). Наконец, режиссер и не задается целью ответить на вопрос о значении подобного рода локальных явлений. Разве только играючи — как и положено на соревнованиях, где конкуренция вторична и скорее имитируется, чем происходит всерьез.
На чемпионате есть устоявшиеся ритуалы: например, перемешивать овсянку положено только по часовой стрелке, в противном случае можно ненароком получить дьявола в сообщники; во время варки нужно заставить хлопья «звучать». Между участниками распределяются определенные роли.
Ник Барнард — донельзя амбициозный основатель английской компании здорового питания, семикратный финалист предыдущих состязаний, настроенный в этот раз решительно на победу. Тоби Уилсон — австралийский шеф-повар, специалист по тако, отправившийся через полмира, чтобы попытать счастья с овсянкой во второй раз. Иэн Бишоп — житель Каррбриджа, выигравший чемпионат 15 лет назад и решивший напоследок тряхнуть spurtle’ом. Настоящего конфликта не случится — условность состязания схожа с конвенциональностью кино или театра.
Фильм, как овсяная каша, сложен из минимальной, но достаточной рецептуры. Герои оказываются равны сами себе так же, как они равны окружающим их шотландским пейзажам: они и есть эта земля, они и есть Каррбридж. И Чарли Миллер, уходя на покой, не без скрытой гордости скажет: «Как там говорил святой Павел? Я житель не самого заурядного города».
Читайте также
-
Человек идет на стену — «Мегадок» Майка Фиггиса
-
«Пока небо смотрит»: фрактальная вселенная Романа Михайлова
-
Правда и ничего кроме правды — «Ломаный английский» Иэна Форсайта и Джейн Поллард
-
Двойная доза от реальности: «Убить Билла» Квентина Тарантино
-
Парадоксы русского космизма: о фильме «Космос засыпает» с Марком Эйдельштейном
-
Проповедь на заданную тему — «Грация» Паоло Соррентино