«Я не боюсь — я ходил на «Пентхаус»»
Якутский хоррор под предводительством режиссера Степана Бурнашева выходит на мировую арену, точнее, в пространство глобальной Азии. В «Пентхаусе» говорят по-английски, живут в Малайзии, а помимо якутской актрисы Ирины Михайловой в главной роли Содзи Араи, японский актер, игравший в том числе у Миике и Хамагути. Глеб Колондо нашел страхи интернационального «Пентхауса» хорошо нам знакомыми.
Давным-давно, еще в 1990-е годы, жил был на свете мальчик. Однажды, когда мама и папа были на работе, он, роясь там, где рыться не следует, нашел кассету с загадочной надписью «Penthouse». Вставил ее дрожащими руками в магнитофон. Запустил и… получил опыт, который останется с ним на всю дальнейшую жизнь.
Потом этот мальчик вырос, женился, и у него тоже родился мальчик. И однажды этот мальчик, ковыряясь у отца в компьютере, обнаружил там файл с названием «Пентхаус (2026)». Щелкнул по нему и… ничего особенного с ним не произошло. У современных детей нервы покрепче будут. А всякие-разные синефильские штучки и рассуждения о смыслах — это для взрослых. Ребенок выключил фильм и пошел на Ютуб в поисках неизысканного крышесносящего трукрайма.
Якутское кино в пяти словах
Очевидно, что Степан Бурнашев сносить своему зрителю крышу и не планировал. И правильно: в том, чтобы просто следить за выверенным в духе старого Голливуда сюжетом есть свое особое удовольствие. Мы радуемся, предугадывая сюжетные повороты, наслаждаясь тем, что всё идет своим чередом. Мы довольны собой, когда понимаем метафоры. Вот, например, супруги спорят, и в это же время их автомобиль хрипит, не желая заводиться. Но вот пара пришла к согласию — тут же машина довольно заурчала и поехала. Отрадно сознавать, что это «тыр-тыр-тыр» было неспроста.
Не менее здорово въезжать в основной конфликт. Вот наша героиня Саина (Ирина Михайлова), она выросла в Якутии и в пластмассовом мире малайзийского мегаполиса чувствует себя, как цветок, который вырвали из родной почвы и теперь пытаются заставить расти на голом асфальте. А вот ее супруг Дэвид (Содзи Араи) — горожанин до мозга костей. Вкалывает на работе с упорством персонажа Дастина Хоффмана из «Крамер против Крамера», а на иррациональные страхи Саины, реагирует, как муж Кэти в начале первого «Паранормального явления», — мол, успокойся, дорогая, выпей таблеточку.
Степан Бурнашёв: «Мы снимаем о себе, а значит, не можем врать»
Однако ни лекарства, ни психотерапевт, чьи монологи один в один напоминают успокаивающее бормотание сердобольной нейросети, тут не помогут. Как видно, уроженцы республики Саха, куда бы ни направлялись, берут с собой из дома всё, что могут унести. Волчью траву, от которой расцветает фармацевтический бизнес Дэвида, варган, восхитительно звучащий на фоне небоскребов, и злых духов, которым, как видно, всё равно, что Якутия, что Малайзия — всегда есть на кого жути нагнать.
Не стоит забывать, что под маской, как правило, скрывается еще одна маска
Но режиссер не дает иррациональному началу слишком уж разгуляться. Словно рассудительная Велма из мультсериала «Скуби-Ду» он хватает всё, что можно отнести к категории «если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое» и говорит: теперь я вам объясню, что это такое, следите за руками. Вспоминается выдающийся киноозорник Уильям Касл, никогда не скрывавший ниточек, с помощью которых двигались его чудища. Он вообще всегда был рад сделать зрителю приятное — например, дарил значки с текстом «Я не боюсь — я ходил на «Мрак»». Оно и правильно, это людей надо бояться, а кинопленку-то чего уж.
Есть, впрочем, в фильме моменты, которые сложно объяснить с кондачка. Например, почему сына Саины и Дэвида в каждой сцене с его участием предъявляют не как человека, не как персонажа, а как безмолвный объект, куклу, которую можно таскать туда-сюда, отбирать друг у друга, не получая никакой реакции? Или почему частный детектив получился до того потешным, что в одиночку умудряется заставить «Пентхаус» балансировать на грани черной комедии?
Коль скоро нам не всё понятно, значит, и синефильское ощущение, что свет в квартире героев постепенно становится «газовым», может оказаться уловкой. Не стоит забывать, что под маской, как правило, скрывается еще одна маска, а за попыткой объяснить необъяснимое — уж такое необъяснимое, что и совсем с ума можно спрыгнуть.
И это, пожалуй, хорошо.
Читайте также
-
Как я стал предателем. — «Самурай и пленник» Киёси Куросавы
-
О трепете времени: «За нашим домом сад» Антона Нефёдова
-
«Лето будет общим» Даниила Меркулова: герой (не) нашего времени
-
Сизифов труп. Заметка о «Непокое» Леонида Шмелькова
-
Материя живая и мертвая: «Одиссея» Кристофера Нолана
-
По старой памяти: «Голубая цапля» Софи Ромвари