Парадокс «Вудстока»

Надвигается ливень. Техники в спешке оборачивают полиэтиленом аппаратуру и советуют зрителям слезть с конструкций, на которых крепится свет («Отсюда лучше видно», — говорят невозмутимые взобравшиеся). Незаземленные кабели, по которым проводится ток с напряжением «в полмиллиона вольт, если не больше», могут стать причиной гибели тысяч милейших молодых людей, пришедших на «Вудсток». Вдруг микрофон вырывает Кантри Джо Макдональд, солист «Country Joe and the Fish», скандируя: «Нет дождю! Нет дождю!». Грозовые тучи от этого не рассеялись, но мир точно немного изменился. Шел третий день «Вудстока».

Это сейчас «Вудсток» спокойно встроен в мифологию американских шестидесятых. Главное событие музыкального мира, кульминация эпохи хиппи, ее эффектный финальный аккорд — все эти слова приходят на автомате. Как и прочие эпитеты из лексикона бесхитростного пиарщика — «самый большой», «самый массовый», самый-самый-самый. Но его могло и не быть. Фильм Барака Гудмана и Джеймилы Эфрон «Вудсток: Три дня, изменившие поколение» как раз об этом. В отличие от культовой ленты Майкла Уодли «Вудсток», здесь фокус переводится с выступающих на простых зрителей и организаторов мероприятия. Проблемам обеспечения безопасности, логистики, медийного освещения уделяется едва ли не большая часть фильма. Где найти площадку для нескольких десятков тысяч людей? Как всех там разместить? Как договориться с местными жителями? Откуда взять столько еды на всех? Что делать с улетевшими в дурной наркотический трип? Как следует из фильма, все эти вопросы разрешались либо сами собой, либо не разрешались вовсе. Дух свободы рождался во многом из раздолбайства и удивительного везения. Практически никто из команды не обладал опытом организации такого рода событий, все важные решения принимались в последний момент. Вошедшие в историю эффектные образы были цепью случайностей: приземления артистов на вертолетах были вызваны многокилометровыми дорожными пробками, свободное посещение фестиваля — потерей контроля за продажей билетов, отсутствие заборов и границ — банальной нехваткой времени на строительные работы. Весь антикапиталистический запал возник, кажется, только из-за того, что организаторы вовремя поняли: «Денег мы на этом точно не заработаем». В общем, просто так звезды сложились.

«Вудсток: три дня, изменившие поколение». Реж. Барак Гудман, Джамиля Эфрон. 2019

«Вудсток» был не первым, но единственным в своем роде. Схожие музыкальные фестивали тех лет — Monterey Pop, Newport Pop Festival — собирали десятки, а то и сотни тысяч зрителей, но рано или поздно заканчивалось массовыми беспорядками и полицейским вмешательством. Случай «Вудстока» уникален тем, что все прошло на удивление мирно: жители окрестных городков и деревень помогали с доставкой еды, зрители спокойно спали в обнимку под открытым небом, а часть публики даже помогла с уборкой тонн мусора, оставшихся на некогда чистом поле. Хотевшая было вмешаться национальная гвардия покружила на вертолетах над площадкой и спустила лекарства, вовремя одумавшись и решив не тревожить миролюбивых меломанов.

У «Вудстока» много чему можно научиться. Ведь конец шестидесятых не располагал к дружелюбной манифестации. Вьетнамская война не собирается заканчиваться, Ричард Никсон занял овальный кабинет, Бобби Кеннеди убит. Каннабиноидный дурман вскоре развеется тяжелым опиоидным приходом семидесятых — с всеобщей конспирологией, развенчиванием мифов и потерей веры во всякие перемены. Последний и самый громкий возглас протестного движения оказался не криком отчаяния, а стоном. Можно долго рассуждать о том, как тогдашние хиппари выросли в руководителей транснациональных корпораций и сенаторов, а их ценности стали рекламными и политическими лозунгами, но интересно другое. Когда Кантри Джо Макдональд словами пытался разогнать тучи, кое-что у него действительно получилось — люди восприняли неизбежность как забаву. Залитое дождем поле превратилось сначала в мокрое месиво, а затем в игровую площадку.

«Вудсток: три дня, изменившие поколение». Реж. Барак Гудман, Джамиля Эфрон. 2019

Со стороны это наверняка выглядело не так забавно (грязные люди прыгают в грязи), но все решает верно выбранные ракурс и оптика. «Люди снаружи думали, что мы все в аду, но нам так не казалось», — говорит одна из участниц фестиваля. Дело не в эскапизме, нет, к нему и без того привыкли люди, без особого умысла идущие на очередной рок-фестиваль вместо очередной акции протеста. Осуждать их незачем, да и, в общем-то, не за что. Но ненадолго выдохнуть и поверить в чудо всем бы не помешало. Вдруг хоть это поможет.


Читайте также

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: