18+
7

Бармалей и Айболит

О серьезности, с которой Корней Иванович Чуковский относился к своим героям, свидетельствует вступление 1924 года к киносценарию «Приключения Крокодила Крокодиловича»: «Это поэма героическая, побуждающая к совершению подвигов… Здесь под шутливыми образами далеко не шуточная мысль». (1) Нам следует, видимо, с такой же серьезностью проследить особенности взаимоотношений Айболита и Бармалея.

Айболит известен по нескольким произведениям, но со своим непримиримым соперником Бармалеем он встречается в стихотворении «Бармалей» и в повести «Доктор Айболит» (по Гью Лофтингу). Уже в самом желании отдать каждому из героев по названию проявляется понимание их определенной равнозначимости. (2) Весьма существенна внешность героев. Бармалей неимоверно усат. Очевидная и закрепленная в фольклоре связь волосатости и вирильности исчерпывающе проявляется в этом образе. Напротив, Айболит с бородкой пожилого профессора достаточно стереотипен. Айболит — это, по сути, Депутат Балтики. Со своей суетливостью, со своей привычкой подолгу сидеть под деревом, он наглядно воплощает старческую немощь.

Айболит, очевидно, вегетарианец. Об этом можно судить по тому, что в доме у него на правах друзей живут утка Кика и свинка Хрю-хрю. Пираты преисполнены плотоядности. Они постоянно угрожают съесть и уточку и свинку (3). Бармалей же — это плотоядность, доведенная до своего естественного предела: пожирания себе подобных. Скверная страсть Бармалея к маленьким детям и его наклонность к каннибализму общеизвестны. Как признается он сам: «…мне не надо ни мармелада, ни шоколада, а только маленьких (да, очень маленьких!) детей!». (4) Эта преступная любовь, любовь страсть, не может быть удовлетворена в рамках конвенциального общества. Недаром автор переносит события в Африку, страну так называемых дикарей, где ни инцест, ни промискуитет, ни ритуальный каннибализм не подлежат безусловному осуждению.

Но и здесь мечта не может осуществиться, поскольку Айболит, приземленный моралист и резонер, становится на пути у героя. Айболит и Бармалей — антиподы, но разница между ними не так уже велика. Они близки как А и Б. (5) Если Айболит воскрешает детей и зверей для краткой жизни, то Бармалей навечно приобщает их к лику целительной смерти.

Образы эти далеко не так просты, как хотелось бы иным интерпретаторам.

Стоит хотя бы обратить внимание на морфологию имен. Положительного героя зовут Айболит, Айболит — это, несомненно, крик о помощи, раз и навсегда его имя ассоциируется с болью. Имя Барма-лей выглядит значительно более мирным, в нем проливается нечто умиротворяющее, мирра, елей, в то время как Барма — это ожерелье со священными изображениями, которое носили государи и высшее духовенство; Риза белая, бармы золотые — указывает Даль. (6)

***

Как это часто бывает, экранизация едва не скомпрометировала глубину оригинала. «Айболит-66» стал разочаровывающей встречей с условностью.

Вместо романтического героя перед нами оказался предельно неудачливый злодей. Произошло резкое и намеренное снижение образа. Формальное раскрепощение кинематографа смешало добро и зло. Парой высокому Айболиту-Ефремову стал низенький Бармалей-Быков. Быков в роли Бармалея был смешон, трусоват и глуп, его кошачьи усы торчали как некая мужская компенсация. Он был исключительно безопасен. Если это было сделано с целью умаления зла, то добро тем самым не возвышалось и не увеличивалось, ибо добро и зло — две грани одного предмета.

Прощай, Бармалей! Мы так и не увидели твоей африканской страсти. Дети в богатых странах имели большой выбор великолепных кинематографических страхов.

Нам же остались только самодеятельные страшки про черные перчатки и гроб на семи гвоздях.

Примечания

  1. Чуковский К. Предварительные замечания к киносценарию «Приключения Крокодила Крокодиловича», 16 февраля 1924 г. — архив К. Чуковского. Цит. по кн.: Петровский М. Книги нашего детства. М.: Книга, 1986, с. 38 — 39.
  2. Чуковский К. Чудо-дерево. М.: Детская литература, 1975. Далее — Дерево.
  3. Доктор Айболит. — Дерево. С. 383 — 384.
  4. Бармалей. — Дерево. С. 75.
  5. Сочетание А и Б не случайно. Хотя Чуковский в первом фильме про доктора Айболита отказался от Бармалея, но заменил его на морского пирата Бинариса. В связи с этим роль Бармалея, отданная Быкову, кажется событием знаменательным.
  6. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. М.: Государственное издательство иностранных и национальных словарей, 1955. T. I. C.50.
Сеанс68
Beat Weekend
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»