Мечтатель как ребенок
Фарятьев
«Фантазии Фарятьева», 1979, реж. Илья Авербах
Спросите Фарятьева, к кому он ходил сегодня в гости, и он ответит: к Александре. Спросите Александру, кто явился сегодня к ней, — и она ответит: Павлик.
Павлик — дантист, приблизительно сорока лет. Павлик пришел к Александре в первый раз с пустыми руками и полным доверием. Едва хозяйка выставила за дверь ученика, вяло долбившего по клавишам недоученную пьесу, Павлик сделал Александре предложение.
Чтобы сделать герою подчеркнуто «неприятное» лицо, Андрей Миронов лично просил у гримера «нарисовать» ему побольше прыщей. Режиссер Илья Авербах не противился — герой должен был получиться отталкивающим настолько, чтобы услышать отказ старой девы с музыкальным образованием. И так, чтобы через 31 минуту экранного времени от нее же услышать согласие. Нет, Фарятьев не хорош собой, не владеет искусством обольщения, не излучает уверенности в себе, не создает ощущения столь желанного тыла. Он просто знает великую тайну человечества: люди прилетели с другой планеты.
Фантазии Фарятьева, 1979, реж. Илья Авербах
Александра называет эту мысль фантазией, ее мама собирается проверить, не было ли в роду Фарятьева душевнобольных, тетя считает «теорию» Павлуши его работой, хотя сама больше дорожит собственными снами; и только сестра Александры, Люба, тайно верит нелепому гостю.
Однажды, когда Люба плачет, Шура сурово кидает ей: «Москва слезам не верит». Но
Читайте также
-
Пляска смерти. «Скорбное бесчувствие» и эстетика модерна
-
Они меня фотографируют. Как жаль — «Самый старый человек на свете» Сэма Грина
-
Этот город не похожий ни на что вокруг — «Город утопии Ле Корбюзье» Карин Бухер и Томаса Каррера
-
Всего в меру — «Овсянка для чемпионов» Константина Кости
-
Человек идет на стену — «Мегадок» Майка Фиггиса
-
«В кино мы больше философы, чем в жизни» — интервью с Эдгаром Мореном