18+

Четыре журнала в год

Подписка!
29-30

Short Message Service

Первое «короткое текстовое сообщение», СМС, которое я получила в своей жизни, поздравляло меня с приобретением мобильного телефона. Тогда я даже и не подозревала, что с ним можно делать еще что-то, кроме как говорить в него вслух и слышать что-то в ответ. Возникшие на его дисплее незамысловатые русские слова, написанные латиницей, воспринимались в принципе как знакомая, родная речь, но внезапно зазвучавшая с каким-то загадочным иноземным акцентом. Та первая эсэмэска произвела на меня сильнейшее впечатление: несколько минут я завороженно рассматривала их, словно опасаясь спугнуть, и даже боялась неосторожно притронуться к аппарату, чтобы драгоценная записка не растаяла у меня на глазах так же неожиданно, как появилась. В общем, весь день ушел у меня на то, чтобы на это сообщение ответить — разбирательство с интерфейсом моего первого «Эриксона» вылилось для меня по неопытности в ужасную канитель. Нет, до этого у меня, конечно, был служебный пейджер, использовавшийся преимущественно в личных целях, и я, как и многие, наверное, испытывала некую тень неловкости, диктуя диспетчерше слова, которые на ее слух звучали странно или смешно, но для меня-то были наполнены завуалированным интимным смыслом. Появление мобильного телефона и возможности писать СМС одним махом снимало проблему посредника, промежуточного звена в общении двух людей, желающих напрямую сигнализировать друг другу о своей потребности в чем бы то ни было: во встрече, в информации, в подтверждении того, что о тебе помнят, где бы ты ни находился… То есть — в эмоциональном контакте.

Короткие текстовые сообщения как средство коммуникации никогда не казались мне удобными чисто технически: гораздо проще (и не так уж намного дороже) нажать несколько цифр или вообще одну кнопку и быстро поговорить, чем насиловать мелкую моторику пальцев, набирая на крошечной клавиатуре необходимую последовательность букв, промахиваясь, перескакивая через буквы, стирая ненужные, случайно выскочившие, заново набирая пропущенные. Ведь умение быстро и безошибочно нащелкивать текст СМС можно считать особым искусством, и способность точно рассчитать количество нажатий на одну кнопку для получения конкретной буквы требует обостренного чувства ритма. Ради кого попало тратить время и силы на эту процедуру попросту жалко, и, возможно, количество израсходованных на составление сообщения чисто физических усилий прямо пропорционально душевным ресурсам, которые ты готов израсходовать на своего адресата. В настоящую пытку телефонная переписка может превратиться, если СМС, допустим, застигло вас на морозе и вам некуда зайти, чтобы набрать ответ, — а одна из особенностей этого вида связи в том, что ответный ход не терпит отлагательства и, как в шахматах, промедление чревато цейтнотом. Если ты медлишь, значит, тупишь, тормозишь или, что еще трагичнее, в принципе не готов к контакту сейчас, сию секунду, требующую бросить все и забыть обо всем, кроме буковок на телефонном экранчике, — пусть даже у тебя в руках полные авоськи или руль продирающегося сквозь пробки «Фольксвагена». Подобно тому, как беременный очередной эсэмэской телефон нетерпеливо вибрирует и жужжит у вас в кармане, приковывая к себе все внимание, в вашем сознании зудит мысль о том, как с максимальной быстротой и по возможности с отточенным остроумием запульнуть далекому абоненту нечто такое, что заставит его, в свою очередь, нервно сдергивать теплые рукавицы и судорожно тыкать в клавиши коченеющими пальцами.

фото В. Бертельса

Главное, если не единственное, преимущество СМС перед обычной разговорной связью — то, что окружающие не знают, о чем ты переписываешься с неизвестным им абонентом. От этого человек, читающий и строчащий эсэмэски где бы то ни было: на совещании у начальства, в общественном транспорте, в ресторане или в бане, — неизбежно приобретает таинственный, заговорщический и подозрительный вид, даже если тематика его эсэмэсок сугубо деловая. Но вообще-то этот вид связи кажется не очень органичным для делового, официального общения — есть в нем какая-то легковесность и игривость, связанная с невозможностью выражаться в «коротких текстовых сообщениях» так же, как в звучащей речи или электронных письмах. Эсэмэски предполагают общение либо между хорошо знакомыми людьми, буквально понимающими друг друга с полуслова (ведь иногда бывает так, что именно полслова не помещается в «эсэмэску», а пока напишешь вторую в продолжение, далекий друг уже догадается, что ты имел в виду), либо между совсем не знакомыми. Однажды, отправляя подруге эсэмэску: «Вы все еще кипятите? Тогда мы идем к вам!», я ошиблась на одну цифру и незаметно для себя оказалась вовлечена в длинный диалог с незнакомым мужчиной; и наш обмен совершенно бессмысленными по сути своей репликами ни за что бы не достиг такого необычайного эротического накала, если бы мы проговаривали их в телефонную трубку.

СМС-сообщения — это либо анонимность, либо интимность, а когда и то и другое соединяется вместе, еще и порочность. Вот уже несколько дней на мой телефон приходит сообщение с абсолютно незнакомого мне номера. Каждый раз, открыв его, я не обнаруживаю внутри ровным счетом ничего. Возможно, там есть какая-то картинка или даже звуковой файл, но в силу своей примитивности, мой телефон считать их не может. Скорее всего, загадочный аноним просто ошибся номером, но повторяемость регулярных приветов от него заставляет меня вздрагивать. Чувство такое, что к тебе кто-то пристает; но если в реальности у тебя есть способы положить конец самому наглому харассменту, то как пресечь эти изощренные телефонные домогательства, совершенно непонятно.

В последний раз я не выдержала и ответила вопросом: «А конкретнее?» Теперь не ем, не сплю, жду ответа и, чтобы скоротать время, пользуюсь платным СМС-сервисом, среди услуг которого, наверное, есть какие-то объективно полезные и осмысленные (МТС, например, обожает будить своих абонентов рассветной «эсэмэской» о катастрофическом состоянии лицевого счета), но преобладают в основном увеселительные, с оттенком порочности.

Отправив эсэмэску на соответствующий номер, можно за сущие копейки получить массу удовольствия. Разучить, например, эротический стишок, с которым уместно подкатиться к новой пассии: «У тебя сегодня шальное настроение — давай устроим грехопадение», или даже узнать свое ближайшее будущее: «Тайну одного сюрприза тебе открою я сейчас: ожидает тебя вечерина, романтический вечер и джаз». Но больше всего завораживает опция, имеющаяся на некоторых телеканалах: если отправить СМС куда следует, твои слова через мгновение возникнут титрами в низу экрана, в ряду аналогичных посланий сотен, тысяч, миллионов твоих соотечественников, неистово рассылающих друг другу поцелуи и признания. Я, сознаюсь, для смеху пробовала отправлять туда нецензурные сообщения, но они, к сожалению, не проходили, хотя возможность использовать обсценную лексику любой жесткости — одно из самых ценных завоеваний, которым мы обязаны Short Message Service, выгодно отличающейся в этом смысле от все той же благополучно канувшей в Лету пейджинговой связи.

На любой из находящихся в обслуживании номеров ты можешь в любой момент отправить практически что угодно и что угодно получить в ответ — тем самым СМС создает пространство бесконтрольной свободы, в котором нет никакой цензуры и никаких четких правил. Пока ты в зоне покрытия, ты связан со всеми, хотя вроде бы не связан ни с кем, и какое тоскливое чувство заброшенности, покинутости, одиночества охватывает, когда твоя любовно, тщательно заточенная под чувство юмора данного конкретного абонента записка напрасно уходит в «буфер», как в мокрый песок острова Борнео, на который абонент, зараза, ускользнул от твоего телефонного сачка, соскочил с твоего телефонного крючка. Потому что каждая эсэмэска, даже не содержащая прямого вопроса или просьбы, не имеющая практической цели, всегда предполагает ответ, который в свою очередь тоже требует ответа, и каждый из участников коммуникации всегда, пусть даже бессознательно, стремится, чтобы последнее слово осталось за ним. Если же абонентам не удалось зацепиться, что называется, языками и нанизать ожерелье из как минимум четырех высказываний, не считая символов, обозначающих улыбки типа :)))), значит акт коммуникации провалился и взаимопонимания не случилось. Меня, например, до конца дней будет мучить мысль, что я не придумала и никогда уже не придумаю достойный ответ на одно сообщение, набранное все той же латиницей, нечаянно создающей у русских слов некую подкладку, в которую будто зашит тайный смысл: «Okazyvaetza, u blatnykh tatuirovka SNEG oznachaet Silno Nravyatsya Edinstvennye Glaza. I love this language!»

Panahi
Subscribe2018
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»