Поддержать «Сеанс»
Павел Лунгин
Павел Лунгин

Что вы думаете об Андрее Панине?


Впервые я увидел Панина в спектакле Машкова «Смертельный номер»: уже там он меня зацепил. Спустя два года я пробовал его жену на одну из ролей в «Свадьбе». Панин пришел вместе с ней. Я посмотрел, как он сидит, как он ждет, как он курит. Что-то было в этом замечательно подлинное. Тогда как раз произошел некий перелом, и все известные актеры вдруг оказались во времени прошедшем. В нем же — я это внезапно почувствовал — клубилась новая жизнь. Панин был на 10–15 лет старше Гаркуши, героя фильма, но мне неожиданно это показалось совершенно неважным. И я стал его пробовать. С первой же секунды стало очевидно: это он, Гаркуша. Вечный наш герой, тот, кто сеет смуту. Как говорят американцы — troublemaker. Человек, который являет собой ходячую проблему и приносит неприятности всем, кто его окружает, — пьяница, врун, герой, предатель, талант, не способный реализоваться… У Панина удивительная пластика — как у молодого Джека Николсона. И та же бьющая энергетика, то же отрицательное обаяние, которое, тем не менее, разит тебя наповал. В его обществе тебе все время тревожно, он искрит какой-то угрозой. К сожалению, сейчас с Паниным происходит то же самое, что с большей частью наших артистов: бесконечные сериалы навязывают ему маски, гораздо более примитивные, чем его личность и его актерская природа. Ему самому решать — продолжать ли телевизионную жизнь или беречь себя для николсоновских выстрелов. Эволюция героев Панина говорит об эволюции нашего социального героя. Если начинал он как хулиган, пьяница, поэт — то сейчас все больше играет кагэбэшников. Видно, насколько этот образ сегодня востребован. Хотелось бы снова вернуть его к лирическому герою, потому что лично я пьяниц люблю гораздо больше.

дата первой публикации

Читайте также

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Отправить