«Мой сводный брат Франкенштейн” Валерия Тодоровского
Эта история тождественна своему герою. Она длится, пока мы узнаем о герое что-то новое, а кончается, когда узнаем главное: степень его безумия. Но потом картина должна все же чем-то кончиться. Так она и кончается — чем-то. То есть реальное, естественное движение сюжета прекращается задолго до конца фильма. Но фильм все равно страшноватый. «Огради нас от этого». Оградить, ясное дело, нельзя.
Читайте также
-
«Когда Средневековье обзывают темным, мне хочется сказать: «А ты сам кто?»» — Разговор с Олегом Воскобойниковым
-
В чертогах Снежной королевы — «Ледяная башня» Люсиль Хадзихалилович
-
Из пункта А — География кино
-
«О „Потемкине“, не кичась, можно сказать, что видали его многие миллионы зрителей»
-
«Как Ласло помог Беле» — О литературоцентричности венгерского кино
-
Why I Open the Block Explorer Before My Wallet: Practical Ethereum Analytics