18+
17-18

Пушкин

По словам Ираклия Квирикадзе, продюсеры, затевая проект, отнюдь не имели в виду пушкинский юбилей, и, может быть, не подозревали о нем вовсе. Они желают получить Большое Романтическое Американское Кино, на создание которого будет выделен Большой Американский Бюджет. Квирикадзе, как и положено всякому уважающему себя сценаристу, с продюсерами немного поругался. Заявил без обиняков, что если им нужна мыльная опера, то они обратились не по адресу. Продюсеры не обиделись, и работа продолжается. На роль Пушкина предполагается пригласить Тима Рота. Одна из возможных кандидатур на роль Натали — Мила Йовович. Режиссер пока не известен. Квирикадзе заканчивает работу над сценарием.

…Oткуда ни возьмись появился «ХХ век Фокс» с предложением написать об «африканце» — Александре Сергеевиче Пушкине. Я испугался. Конечно, я понимал, что если сценарий Пушкин, дай Бог, будет написан, это будет моим по-настоящему большим голливудским контрактом. Но как рассказать о Пушкине?.. Это как гора Эверест, на которую надо взобраться. А я не альпинист, и нет снаряжения. Есть только домашние тапочки. То, что вы прочтете — не окончательный вариант. Эти отрывки, может, и не войдут в него. Я все еще меняю, тасую эпизоды…

Ираклий КВИРИКАДЗЕ

Фрагменты сценария

Графика Нади Васильевой

Провинциальный русский город. День.

Лето. Цветут яблоневые сады. На городской площади стоит большой чугунный памятник Александру Пушкину, великому русскому поэту. Камера внимательно разглядывает лицо поэта: чугунные бакенбарды, цилиндр, который он держит в руках. На постаменте надпись: Александр Сергеевич Пушкин 1799-1837. Одна странность — вокруг поэта кружит рой диких пчел. Они влетают и вылетают из чугунной головы, где небольшая трещина и течет струйками мед. Видимо, дикие пчелы устроили в глубине пушкинской головы улей.

ГОЛОС РАССКАЗЧИКА: Пушкин не дожил до изобретения Дагера всего несколько лет… Жалко, что мы не имеем его фотографии. Зато памятников, скульптур, бюстов множество. Сотни на территории России, десятки — в других странах, даже в Эфиопии стоит черный Пушкин… ведь в жилах великого русского поэта текла африканская кровь…

На экране как в хорошем старом кино листается книга. Гравюры, портреты предков поэта, его генеалоги­ческое древо.

ГОЛОС РАССКАЗЧИКА: Капитан Джеймс Коллинз в своей книге «Малоизвестный Пушкин», изданной в 1888 году, сообщает, что Абрам Ганнибал, черный прадед поэта, был сыном эфиопского князя. Девятилетнего мальчика захватили в плен турки и продали на стамбульском базаре. Купил его друг русского царя Петра Первого. Привез в Россию и подарил царю. Петр арапчонка крестил и послал учиться в Париж. Оттуда Абрам Ганнибал вернулся с большими знаниями по математике, механике, артиллерии… Он был любимцем Петра, жил долго, дослужился до генерал-аншефа, души не чаял во внучке, которая родила гения русской поэзии…

Артиллерийская батарея. День.

На холме стоят восемь пушек. Вокруг них бегают солдаты. Молодой офицер поднимает руку, весело улыбается, отхлебывает из стакана ром и досказывает товарищу анекдот.

ОФИЦЕР: Заяц кричит: теперь я тут хозяин!

Он опускает руку. Раздается залп.

ТОВАРИЩ ОФИЦЕРА: В честь кого салют?

Офицер смотрит на пушки, окутанные густым пороховым облаком.

ОФИЦЕР: Родилась внучка…

ТОВАРИЩ ОФИЦЕРА: У кого?

Пушки заряжены вновь. Офицер поднимает руку. Вдалеке загудели церковные колокола. Их много: все большие, малые московские колокола поднимают над городом радостный перезвон. Офицер подает знак. Гремит пушечный залп.

ОФИЦЕР (отвечает запоздало): Родилась внучка у императора Павла.

Дом Пушкиных. День.

Туалет. Кафельные стены разрисованы цветными пейзажами с пастухами и пастушками. На медном крючке висит большая стеклянная клизма. Конец ее тянется к голому заду здоровенного мужчины, стоящего на коленях на кафельном полу. Это Михей Хохлов, конюх из Болдинского имения, принадлежащего Пушкиным. Над ним стоит аккуратная, чистенькая медицинская сестра. Она смотрит на стеклянную клизму, которая опорожняется. Слышны колокола и выстрелы пушек. А также громкие стоны роженицы, Надежды Осиповны Пушкиной, урожденной Ганнибал. Лицо конюха, красное от натуги, смотрит снизу вверх на фарфоровую медсестру.

МЕДСЕСТРА: Голубчик, когда все это вольется в тебя, сядешь на стул, очистишься… и подождешь доктора…

Коридор. День.

Слышны громкие крики роженицы. Медсестра идет по коридору. Столкнулась с Марьей Алексеевной — бабушкой будущего поэта. Она из тех, которые командиры всего дома.

МАРЬЯ АЛЕКСЕЕВНА: Как Михей?

МЕДСЕСТРА: Чистит желудок, потом доктор его осмотрит…

Этот разговор слышит Сергей Львович — отец будущего поэта, он поднимается по лестнице на второй этаж, там господские комнаты.

СЕРГЕЙ ЛЬВОВИЧ: Самое время заниматься желудком Михея.

Комната роженицы. День.

Молодая, красивая Надежда Осиповна стонет, кричит под звуки артиллерийских залпов. Рядом с постелью стоят два врача. Они пытаются облегчить тяжелые роды. Сергей Львович обращается к жене с улыбкой.

СЕРГЕЙ ЛЬВОВИЧ: У императора внучка родилась!

НАДЕЖДА ОСИПОВНА: Я не хочу девочку.

Туалет для прислуги. День.

Кончилась вода в стеклянном баллоне клизмы. Конюх встал с колен, оглянулся, увидел сундук и сел на него. Он дословно понял медсестру: после клизмы на стул. Сидит на сундуке, игнорируя стульчак, и ждет врача.

Артиллерийская батарея. День.

Пушки стреляют. Солдаты подносят снаряды. Нетрезвый офицер со стаканом рома смешно пританцовывает. Его товарищ очищает вареное яйцо.

Комната роженицы. День.

Надежда Осиповна вся в горячих каплях пота. Стонет.Туалет для прислуги. День.

Конюх сидит на сундуке, стонет, смотрит на стульчак, скрипит зубами, но терпит. Входит доктор, велит встать, нагнуться. Все это без слов, жестами. Доктор вынул из своего саквояжа что-то вроде воронки, вставил конюху в зад. Тот застонал. Доктор повернул конюха к свету из окошка, приложил к глазу увеличительное стекло, наклонился…

Комната роженицы. День.

Надежда Осиповна в крике. Врачи держат ее тело, которое бьется, дергается… Медсестра помогает движению невидимого нам дитяти. И вдруг раздался слабый писк и тут же громкий крик. Родился Пушкин Александр.

МЕДСЕСТРА: Мальчик. Чудесный. Большой!

Туалет для прислуги. День.

Из двери выскакивает, как очумелый, конюх Михей. Он бежит по коридору со спущенными штанами, не замечая радостных лиц прислуги. За ним, также никого не замечая, с криком выбегает весь испачканный доктор. Доктор лупит конюха по заду и спине поленом. Конюх почему-то бежит вверх по лестнице, доктор за ним. В это время медсестра выносит из комнаты роженицы малыша, завернутого в одеяло. Огромный конюх натыкается на них. Младенец выпадает из рук фарфоровой медсестры, и… конюх успевает поймать его у самого паркетного пола. Конюх растянулся во всю свою длину, но Пушкина держал на руках. Бабушка Марья Алексеевна, отец Сергей Львович, доктор видят, как улыбается, точнее, смеется в голос крошечный Александр Сергеевич Пушкин. Гремят колокола. Грохочет пушечный салют.

Двор дома Пушкиных. День.

Михей Хохлов запрягает семейную карету. Двое парней, из прислуги, обвязывают дорожные чемоданы широкими ремнями.

ГОЛОС РАССКАЗЧИКА: Дядя Василий Львович предложил определить Александра в только что открытый Императорский Лицей.

У кареты собрались провожающие. Вышел Василий Львович Пушкин, рядом с ним Александр — курчавый мальчик одиннадцати лет: худой, полногубый, со смешной, подпрыгивающей походкой. В руках у него большой желтый барабан.

НАДЕЖДА ОСИПОВНА: Александр, зачем в Лицее барабан? Там тебя встретит сам император. А ты с барабаном…

АЛЕКСАНДР: Император поймет, зачем я с барабаном.

Сергей Львович встал на сторону сына.

СЕРГЕЙ ЛЬВОВИЧ: Император сам любит бить в барабаны.

НАДЕЖДА ОСИПОВНА: В Лицей с желтым барабаном… Как в желтый дом…

СЕРГЕЙ ЛЬВОВИЧ: Я твою логику не понимаю.

Дядя поманил Александра. Тот, прервав объятья, поцелуи сестры, младшего брата, няни, забрался в карету вместе с барабаном. Карета тронулась.

Дорога. День.

Александр смотрит на поля, где под легким ветром волнами колышутся травы. Он что-то тихо шепчет. Дядя сидит с закрытыми глазами.

АЛЕКСАНДР (шепчет): Ты много обещаешь… Исполнишь ли?

Карета переезжает вброд широкую реку. Едет сквозь стадо коров. Медленно плывет в густом тумане. Восходит солнце. Рядом с каретой бежит кабан, за которым гонятся охотники. Слышны выстрелы.

ГОЛОС РАССКАЗЧИКА: Капитан Джеймс Коллинз, автор популярных книг о знаменитых европейских дуэлянтах: Джакомо Казанове, Морелли, Роджере Ортоне, был восхищен, узнав, что Пушкин тринадцать раз дрался на дуэли. Коллинз написал биографию великого русского поэта-дуэлянта. Если верить автору «Малоизвестного Пушкина», первая дуэль произошла в Лицее.

Петербург. Утро.

Карета Пушкиных едет по петербургским улицам. Александр смотрит на огромные роскошные дворцы, на чугунную решетку Летнего сада, разглядывает прохожих, спешащих по Невскому проспекту. Люди на улицах совсем другие, не такие как москвичи. На перекрестке карета остановилась. Василий Львович выглянул в окно и изменился в лице. Александр, заинтересо­вавшись тем, что увидел дядя, потянулся к его окну и заметил мужчину, переходящего улицу. Это был император Александр I, имевший привычку по утрам гулять в одиночестве по улицам своей столицы.

ВАСИЛИЙ ЛЬВОВИЧ: Александр, это император!

Мальчик перебрался к другому окну кареты. Император шел посередине улицы легкой, чуть покачивающейся походкой. Казалось, что он ничего не видит вокруг. На самом деле, Александр I был сильно близорук, что и создавало впечатление его отрешенности от всего окружающего. Маленький Пушкин смотрел на удаляющуюся лысину императора, пока подъехавшая карета не закрыла его. В ней сидели высокая красивая женщина с голубыми перьями на шляпке и чернокожий мальчик-слуга в голубом шелковом наряде. Пушкин разинул рот от изумления: император был не так интересен, как этот черный мальчик.

АЛЕКСАНДР: Кто это, дядя?

ВАСИЛИЙ ЛЬВОВИЧ (смеется): Это ты.

Демутов трактир. Ночь.

Дядя храпит за стеной в соседней комнате. Александр встал со своей скрипучей кровати, тихо прошел через комнату Василия Львовича и еще одну, маленькую, где за перегородкой спали прислуга и дядин повар Блез, и вышел в коридор. Демутов трактир был знаменитым местом в Петербурге. Здесь останав­ливались иностранцы, тут были богатые номера-люкс с внутренними бассейнами, в которых плавали рыбы. Сюда приезжали светские проститутки. Европейские жуаны кутили с ночи до рассвета. Маленькому мальчику нравились крупнотелые горничные в белых плиссированных чепцах.

Коридор трактира. Ночь.

Александр ходит по коридорам в поисках одной из горничных по имени Соня. На втором этаже он столкнулся с ней. Большеглазая полногрудая Соня улыбнулась ему. Александр протянул руку, раскрыл кулачок. На ладони лежит мелкая золотая монета. Соня удивленно смотрит, оглядывается. В коридоре пусто.

СОНЯ (шепотом): Ты что, серьезно?

АЛЕКСАНДР: Ты же сказала: за золотой поцелуешь по-настоящему…

СОНЯ: Украл у дяди?

АЛЕКСАНДР: Нет, это мой.

Из номера напротив выходят какие-то люди. Александр стоит с раскрытой ладонью, на которой сверкает монета. Глаза его горячо смотрят на девушку. Он не замечает шумную компанию. Соня двинулась в глубь коридора, обернулась и тихо сказала мальчику…

СОНЯ: Завтра поцелую…

Номер Пушкиных. День.

Дядя, радостный, оживленный, проходит по комнатам, кричит…

ВАСИЛИЙ ЛЬВОВИЧ: Александр Сергеевич Пушкин!.. Вы приняты, за номером четырнадцатым, в Императорский Лицей!

В комнате Александра пусто.

Императорский Лицей. День.

Царское Село. Загородная резиденция императора. 19 октября 1811 года. Император Александр пришел на открытие Лицея пешком. От дворца до Лицея всего сотня шагов. По замерзшему озеру ходят расстроенные лебеди. Их примерно двадцать. Они сердито шипят. Двое бросились на императора, словно он виноват, что озеро замерзло. Зима в этом году началась необычно рано. Множество карет прибыло из Петербурга. Это почетные гости, учителя, родители и их дети — тридцать счастливых лицеистов. В синих вицмундирах, белых жилетах и белых панталонах, в высоких ботфортах с треугольными шляпами в руках стоят лицеисты, построенные в три шеренги. По залу плывет сизый дым от благовоний и курений, дышать которыми любит император. Дамы в черных платьях с высокими талиями, голыми плечами, гладкими прическами — тоже любимый стиль императора. Мужчины в черных и синих фраках, белых панталонах. Генералы в орденах и лентах, при осыпанных алмазами портретах императора на груди. Александр I в центре залы, между двумя императрицами — матерью и супругой. Тридцать мальчиков смотрят на своего государя. Тот милостиво им улыбается, с любопытством разглядывает юные лица. Вот, в очках, маленький барон Антон Дельвиг. Длинный, неуклюжий мальчик — Кюхельбекер. Князь Саша Горчаков, красавец, будущий канцлер Российской Империи. Вот еще будущая знаменитость — барон Модест Корф, он напишет книгу о восшествии на престол Николая I. Вот Александр Пушкин. Рядом с ним — Ваня Пущин, они сдружились с Пушкиным с первого дня, видимо, из-за схожести фамилий. Здесь граф Сильверий Броглио. Он погибнет в Греции, рядом с лордом Байроном. В окнах валит снег, такой густой, что не видно парка, разбитого по плану Версаля. Куницын, молодой профессор, произносит речь.

КУНИЦЫН: …Вы ли захотите смешаться с толпой людей обыкновенных, пресмыкающихся в неизвестности и каждый день поглощаемых волною забвения? Нет! Любовь к Славе, Любовь к Отечеству должны быть вашими руководителями! Вы сохраните сию невинность, которая блистает на лицах ваших…

Александр Пушкин вздрогнул от холодных брызг. Митрополит, слушая речь, кропил святой водой то лицеистов, то императора. Пушкину захотелось в туалет, но можно ли выйти из этого строгого построения?.. Он стоял в задней шеренге, рискнул и, беззвучно пятясь, вышел из актового зала. Император смотрел в лорнет на профессора. Императрицы дремали. Куницын говорил громко. Когда речь закончилась, император захлопал первым. Проснулась вдовствующая императрица. Она властно подозвала сына. Тот наклонился к ней и услышал…

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА: Я только сейчас поняла, зачем тебе этот Лицей. Хочешь, чтобы братья учились у тебя под боком. Ты боишься их… Вырастут на стороне неизвестно чему обученные и сделают с тобой то, что сделал ты…

Вдовствующая императрица выдержала паузу. Лицо ее налилось кровью, она часто задышала.

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА: …со своим отцом.

Александр I улыбнулся широкой актерской улыбкой. Играл оркестр. Продолжая улыбаться, император пошел мимо дам, кавалеров, услышал свое прозвище «ангел» — так его звали женщины, и оказался в коридоре. Распорядитель и кто-то еще зашагали за ним, но он жестом отослал их. Зашел в туалет.

Туалет в Лицее. День.

Император подошел к большому инкрустированному зеркалу. Пустил воду в рукомойник. Посмотрел на себя и заплакал. В высшем свете было известно, что император не может сдерживать слез. Они текли непроизвольно, в любой волнительный момент. Маленький лицеист смотрел в щелку полуоткрытой дверцы туалетной кабинки на большого, красивого человека, из глаз которого текли ручьи. Александр I услышал шорох, оглянулся. Пушкин вышел.

ИМПЕРАТОР: Это болезнь моих глаз… Стань доктором… Вылечишь меня…

Мальчик молча смотрит на императора.

ИМПЕРАТОР: Ты кем хочешь быть?

АЛЕКСАНДР: Поэтом.

ИМПЕРАТОР: Жаль…

Отвлекшись разговором с мальчиком, император успокоился. После злых материнских слов слезы высохли.

ИМПЕРАТОР: Как тебя звать?

АЛЕКСАНДР: Александр Пушкин, Ваше Императорское Величество.

Классная комната лицея. День.

В классе тишина, только слышно, как скрипят перья. В открытые окна влетает тополиный пух. На доске аккуратным почерком написана математическая задача. В тетради Пушкина многократно перечеркнутый столбик стиха и рисунок: горничная Соня из Демутова трактира, с гофрированной короной в волосах. Рука Александра выводит слова: «стать сильным!»

Комната Пушкина в лицее. Вечер.

На полу лежит мешок, полный песка. Александр взваливает его на плечи, приседает — поднимается, приседает — поднимается… Нательная рубашка взмокла от пота. В комнату заглядывает мальчик, живущий в соседней комнате, — Пущин. Он смотрит на упражнения Александра.

ПУЩИН: Ты что — верблюд?

Александр продолжает приседать. Но вот он остановился, сбросил мешок на пол.

АЛЕКСАНДР: Я не верблюд, но у меня есть одно дурное качество — я обижаюсь любой насмешке, самой невинной.

Пущин сел на стул, смотрит на Александра.

ПУЩИН: Это ты о верблюде?

АЛЕКСАНДР: Да.

Пущин взглянул на листы, разбросанные на конторке.

ПУЩИН: Пишешь стихи? Хотел сказать: и ты стихами балуешься, но подумал — вдруг слово «балуешься» тебя обидит.

АЛЕКСАНДР: А кто еще балуется?

ПУЩИН: Дельвиг, Горчаков, Малиновский, Кюхельбекер… У Дельвига стихи самые лучшие. И еще, он может съесть одиннадцать яиц всмятку…

Александр снова взвалил мешок с песком на плечи и начал приседать.

ПУЩИН: А зачем ты это делаешь?

АЛЕКСАНДР: Хочу быть самым сильным.

ПУЩИН: Зачем?

АЛЕКСАНДР: Чтобы съесть двенадцать яиц.

Пущин рассмеялся, с любопытством смотрит на лицейского товарища.

Комната Александра. Ночь.

На кровати, на полу сидят человек пять лицеистов, в ночных рубашках, с колпаками на головах. В комнате идет спор. Корф, высокий, сильный мальчик, говорит, с трудом сдерживаясь, тихим голосом…

КОРФ: Все ты врешь!

Говорит он это Пушкину. Тот, бледный, с бешенством в глазах, смотрит на Корфа.

КОРФ: То Соня, горничная в трактире, теперь Наташа, горничная старой Волконской, ждет тебя по ночам.

АЛЕКСАНДР: Я никогда ничего не вру.

ПУЩИН (смеясь): Я свидетельствую: он два раза выходил в окно и по трубе спускался вниз.

КОРФ: В кустиках покакал, листиком подтерся и… по трубе вверх. Вот, мол, полакомился Наташей.

Лицеисты громко рассмеялись, но тут же приглушили голоса.

ПУШКИН: Барон Корф, я вызываю вас на дуэль!

Сказал он это тихо, но так жестко, что все напряглись. Только Корф продолжает держать шутливый тон.

КОРФ: На чем будем драться?

ПУШКИН: Выбор оружия за мной.

Бильярдная Лицея. День.

Гувернер Фома сидит у стены просторного зала с бильярдными столами и следит, как лицеисты развлекаются в бильярдный час. Александр Пушкин разговаривает с кем-то, высунувшись в окно. Закончив разговор, подходит к гувернеру.

АЛЕКСАНДР: Вас господин инспектор вызывает. Он в теплицах…

ФОМА: В теплицах?

АЛЕКСАНДР (указывает на окно): Человек сказал: там что-то срочное.

Фома встал, подошел к дверям. Александр взял со стола, на котором играл Корф, бильярдный шар.

АЛЕКСАНДР: Барон, я выбрал оружие, достойное дуэли с вами. Мы будем драться бильярдными шарами.

КОРФ: Это как?

Кюхельбекер смотрит в окно на спешащего к теплицам гувернера. Пушкин стоит у стены. Корф у противоположной. Лицеисты смотрят, как Александр метнул бильярдный шар. Шар с силой ударился о стену, оставив вмятину, Корф тоже промахнулся. Еще раз обменялись бросками — пока что страдают стены бильярдной. Зрелище смешное, но жуткое… Третий шар попал Корфу в плечо. Он взвыл. Дуэль закончилась.

Кабинет директора Лицея. День.

В кабинете Василия Федоровича Малиновского идет учительский совет. Докладывает инспектор Пилецкий…

ПИЛЕЦКИЙ: …Пушкин Александр Сергеевич, проницателен, даже умен. Жарок, порывист, вспыльчив… Читает множество книг, но без разбора. Пишет стихи. Приставленный к нему гувернер по моему указанию переписывает их и доставляет на рассмотрение.

Инспектор делает паузу, во время которой открывает портфель и кладет на стол кипу листков, заполненных стихами.

ПИЛЕЦКИЙ (продолжает): Хотелось бы знать, когда Пушкин успевает их писать? Все время он в центре всевозможных проказ… Никак не удается выяснить, что же произошло в бильярдной. Разбитая ключица барона Корфа…

Директор Малиновский поморщился.

МАЛИНОВСКИЙ: Я уже просил не упоминать титулов. Все они пока ученики нашего Лицея.

ПИЛЕЦКИЙ: Разбитая ключица ученика Корфа, вмятины в стене и всеобщее молчание… но пахнет…

Инспектор потянул носом воздух.

ПИЛЕЦКИЙ (продолжает): …пахнет Пушкиным…

МАЛИНОВСКИЙ: Я бы закрыл эту бильярдную. Там все время кипят нездоровые страсти.

ПИЛЕЦКИЙ: Но бильярд любимая игра Его Императорского Величества…

Императорская бильярдная. День.

Посреди цветущей поляны стоит просторный навес. От легкого ветра шуршит парусиновая ткань. Под навесом — бильярдный стол. Император Александр I играет со своими двумя младшими братьями. Стройные, в военных мундирах, юноши смеются тонкими голосами. Тут же их мать, вдовствующая императрица, в окружении старых дам, похожих на часовых-гренадеров. Император нервничает, он считает себя непобедимым в бильярде, но видит, что на этот раз может проиграть. Великий князь Николай счастливо смеется, вбивая шар в лузу. Император положил кий и прервал игру.

ИМПЕРАТОР: Лицей собрал замечательных молодых людей…

Вдовствующая императрица покосилась на старшего сына, взяла из рук камеристки веер.

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА: Твои замечательные молодые люди совершают безнравственные поступки… я даже не могу произнести вслух…

ИМПЕРАТОР: Маман, что же это такое, что Вы не можете произнести вслух?

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА (решительно): Скажу. Ночью к дворцу подошел мальчишка. Я смотрела в окно, не спалось. Мальчишка этот оголил зад, постоял так с минуту и бегом в кусты, а оттуда еще четверо выскакивают и к лицею… Я долго думала, что это значит…

Фрейлины заволновались. Одна из старых дам, невероятно толстая немка, высказывает свое предположение.

ТОЛСТАЯ НЕМКА: Первый поспорил с остальными, что покажет зад…

ИМПЕРАТОР: Кому?

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА: Дворцу, императору, всем нам… Сейчас вольно­думство в моде. В Европе и не такое показывают… Наполеон Бонапарт, которого ты изволил назвать братом…

ИМПЕРАТОР (уклоняясь от неприятной темы): Маман, но вам уже мерещилась девушка с бородой. Она тоже, помнится, подходила к окнам дворца.

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА: Она мне приснилась. А этот наяву… Я решила пойти в Лицей, посмотреть на героя.

ИМПЕРАТОР: А вы узнаете его, маман, вы же видели только его… (смеется).

Столовая Лицея. День.

Тридцать лицеистов сидят за длинным столом. Разносят обед. Вдоль стола медленно шествует вдовствующая императрица, рядом с ней толстая немка. Они улыбаются мальчикам, которые застыли над тарелками с супом в ожидании, когда можно будет приступить к еде. Императрица пристально разглядывает лицеистов. Пушкин смотрит на старых дам и приветливо улыбается. Неожиданно старая императрица останавливается возле Александра, жестом требует у сопровождающего ее повара подать ложку.

ВДОВСТВУЮЩАЯ ИМПЕРАТРИЦА (Пушкину): Кароши суп?

Ложка императрицы потянулась к тарелке с супом. Александр, желая помочь императрице, приподнял тарелку. Но вечная его порывистость привела к тому, что весь суп вылился ей на платье.

ГОЛОС РАССКАЗЧИКА: 12 июня 1812 года армия Наполеона вторглась в пределы России. Можно сказать, что Наполеон спас Пушкина, так как Александр I собирался провести серьезное расследование дела о голой заднице. Но началась война. Лицей готовился к эвакуации. Пушкин жил войной и стихами. Прошло три года. Победоносная русская армия вступила в Париж. Наполеон отрекся от престола. Пушкин написал свое знаменитое произведение «Воспоминания в Царском Селе» и прочел его на лицейском экзамене.

Комната Пушкина. Ночь.

Александр дремлет на кровати, зажав в руке гусиное перо. На конторке красного дерева разбросаны листы, исписанные стихами. В окне, сквозь снег, видны темные окна дворца, где живут фрейлины императорского двора. На втором этаже появился силуэт девушки со свечой. Это Наташа, горничная княгини Волконской. Александр открыл глаза, вскочил и подбежал к окну. Он видит, как девушка поднимает с постели старую даму, набрасывает ей на плечи теплую шаль и нагнувшись достает из-под кровати фаянсовый ночной горшок. Александр садится за конторку, пишет…

АЛЕКСАНДР: …часы беспечности я тратил золотые…

Свеча на конторке догорает и гаснет. В темноте Александр пытается найти новую свечу, не находит и выбегает в коридор.

Гардеробная лицея. День.

С улицы в открытую дверь влетел вихрь снега. В лицей вошла Наташа, горничная княгини Волконской. Она растеряно огляделась… Мраморная лестница вела на верхний этаж, откуда доносился громкий голос Александра Пушкина. Он читает «Воспоминания в Царском Селе». Вокруг Наташи — вешалки с шубами, пальто, шляпами, цилиндрами. Швейцар, гардеробщики, лицейский врач Дементьев, сгрудились вокруг княгини Волконской, которая сидит в кресле и нюхает флакончик с нашатырем. Наташа поспешила к княгине. Та подняла на нее глаза.

КНЯГИНЯ ВОЛКОНСКАЯ: Там жарко, мне стало дурно. Но сейчас…

Княгиня с благодарной улыбкой посмотрела на врача.

КНЯГИНЯ ВОЛКОНСКАЯ (продолжает): …я немного отошла.

НАТАША: Мария Павловна, я отведу вас домой…

КНЯГИНЯ ВОЛКОНСКАЯ: Нет, я еще посижу, а ты поднимись, послушай… Этот мальчишка — настоящий поэт. Я же говорила тебе (смеется) — не рви его любовные записки… Иди, иди.

Наташа поднимается по мраморной лестнице. Голос Александра приближается.

Актовый зал. День.

Двери актового зала открыты настежь. Множество гостей. Петербургский свет устремил свои взоры на юношу, который виден Наташе, через спины, эполеты, страусовые перья шляп. Александр Пушкин стоит возле стола, покрытого зеленым сукном. Знаменитый поэт Державин слушает юношу, приложив к уху ладонь.

АЛЕКСАНДР: И там, где роскошь обитала
В сенистых рощах и садах,
Где мирт благоухал и липа трепетала,
Там нынче угли, пепел, прах…
Веселье шумное туда не полетит,
Не блещут уж в огнях брега и светлы рощи:

Наташа приподнялась на цыпочках и больно стукнулась носом о чей-то эполет.

АЛЕКСАНДР: И струны гордые посыплют огнь в сердца,
И ратник молодой вскипит, и содрогнется
При звуках бранного певца.

Александр закончил свою поэму. Раздался гром аплодисментов. Поэт Державин обходит стол, чтобы обнять мальчика. Но тот побежал к выходу сквозь толпу аплодирующих генералов, князей, придворных дам… Наткнулся на Наташу, не узнал. Лицо его было раскаленное. Он вырвался в пустой коридор. Наташа позвала…

НАТАША: Александр!

Он не оглянулся, побежал вниз по лестнице, открыл дверь и исчез в снежной пурге…

Царскосельский парк. День.

Александр бежит по заснеженному парку, сквозь кусты… Он в белых панталонах, в синем вицмундире. Александр выскочил на замерзшее озеро. В центре него стоит зимний домик для лебедей. Неожиданно падает, поскользнувшись на льду, смотрит на дом лебедей и вползает в него. Ветер крутит снежные хлопья. Александра ищут, не могут найти.

Лос-Анджелес — Москва
1998

Охотник
Subscribe2018
Канны
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»