В фильме по-чеховски несобытийная обыденностъ как бы принимает в себя фабульную конфигурацию из Достоевского. Противоестественный на первый взгляд, этот меланж неожиданно громко аукается с новой реальностью, в которой добро и зло не то чтобы перестали существовать или перепутались местами, но преспокойно пожали друг другу руки. Обжитая и по-своему налаженная частная жизнь, в которой еще недавно худо-бедно теплилось воспоминание об изначальных заповедях, этически сравнялась с социумом. А тот, как известно, в наших палестинах давно являет собой территорию с затоптанными линиями моральных демаркаций. Это страшненько и без прямого авторского негодования.
Читайте также
-
Жизнь за работой — «Комната по соседству» Педро Альмодовара
-
Все хороши — «Плохая девочка» Халины Рейн
-
Киномеханик — К 80-летию Анатолия Загулина
-
Территория свободы — Польша советского человека
-
Почему у тебя такие большие туфли? — «Планета Джанет» Энни Бейкер
-
«В нашем мире взрослые сошли с ума» — Кирилл Султанов о «Наступит лето»