1
Интригует нравственностью последняя новелла («Трофим»), где как бы сообщается, что киношники в джинсах специально еще дальше заховывают потерянную Россию, но она же была… И не просто хорошая была, а сложная, противоречивая, что куда лучше, чем просто «хорошая». Скажем, в литературе такой текст прозвучал бы слишком идеологично, в изобразительном искусстве — слишком попсово, а здесь — совершенно нейтрально. Кино — важнейшее из искусств: идеология с колеса скатывается.
Читайте также
-
Добро пожаловать, или — «Посторонний» Франсуа Озона
-
«Казалось, все было готово к провалу» — Разговор с Владимиром Головневым
-
Перемещенные города, перевернутые смыслы
-
Берлин-2026: Не доезжая до Мемфиса — «Самый одинокий человек в городе» Тиццы Кови и Райнера Фриммеля
-
Берлин-2026: Без усилий о Нью-Йорке и любви — «Единственный карманник в Нью-Йорке» Ноа Сегана
-
Берлин-2026 — «Моя жена плачет» Ангелы Шанелек