18+
// Хроника

Виталий Мельников. Автор народного кино

Материал подготовили Никита Смирнов , Егор Сенников

Завтра, 13 мая, на Ленфильме пройдет ретроспектива фильмов Виталия Мельникова — блестящего ленфильмовского мастера, которому в мае исполнилось 90 лет. По просьбе «Сеанса» о любимых картинах Виталия Вячеславовича рассказали его соавторы и зрители.

Виталий Мельников на съемках фильма «Чича»

Юрий Клепиков, сценарист

Мельников — замечательный режиссер, который когда-то снял один из моих первых фильмов, «Мама вышла замуж». Но затем у него случились фильмы и получше. Мой любимый — «Старший сын». Восхитительная картина с прекрасной сценарной основой, актерами. Это, несомненно, классика Ленфильма. Очень люблю и ту картину, с которой он начал работу на Ленфильме — это «Барбос в гостях у Бобика». Совершенно другой, и тоже прелестный фильм.

Мельников всегда был тружеником экрана, человеком, который ежедневно ходил на работу. Он не оказался в числе передовых, прославленных, легендарных режиссеров. Избрал себе другой путь. На этом пути ему понадобились определенные режиссерские инструменты, которыми он пользовался, как пользуются рабочими инструментами, будь это топор или рубанок. Сильнейшая сторона Мельникова — не утрачивать качество сценария. А ему всегда хотелось снимать по интересным сценариям. Во-вторых, он умеет и любит работать с актером. А в отсутствие претенциозности, намерения быть новатором, он и занимал какое-то такое место. Но Ленфильм как раз и отличался тем, что тут работали режиссеры, которые не стали легендами — но стали репутацией студии. Это такие мастера, как Микаэлян, Виктор Трегубович.

Сегодня Ленфильм — это масса людей, в большинстве уже ушедших, которые неутомимо трудились, преодолевали гигантские трудности, сопротивлялись как могли требованиям безграмотной, беспардонной, грубой власти. Седели от этого, умирали. В этой когорте за Мельниковым замечательная роль. Он — прекрасный человек, отличный, многое умеющий профессионал, настоящий художник. Всячески желаю ему долголетия и не утраты интереса к жизни.

 

Максим Павлов, куратор кинопрограмм Третьяковской галереи

Фильмы Мельникова часто приходили к зрителям через телевизионный экран. Наверное, поэтому, когда мы стали готовить юбилейную мельниковскую ретроспективу в Третьяковской галерее, мы столкнулись с необычной вещью: многие зрители не сопоставляют фамилию Мельникова с фильмами, которые прекрасно знают.

Мы попытались объяснить себе, с чем связан такой феномен. Прежде всего, Мельников из тех классиков советского кино, которые проявили себя в совершенно разных жанрах, и даже видах кинематографа. Виталий Вячеславович начинал в научно-популярном кино, в котором смело использовал и игровые вставки, и анимационные, его игровой дебют на «Ленфильме» — «Барбос в гостях у Бобика» — трюковое кино с животными, совсем особый жанр.

«Барбос в гостях у Бобика». 1964

Далее были экранизации классики, и какие! «Женитьба» — это самая близкая попытка передать художественный мир живописца Федотова средствами кинематографа, тончайшая работа со светом, с цветовым решением.

При этом и его исторические фильмы — разных жанров. Эта удивительная способность работать с жанром, с одной стороны, отличительная черта Мельникова, с другой, вероятно, именно по этой причине люди напрямую не ассоциируют фильмы с автором. Ведь считается, что авторский кинематограф — это когда человек работает в одном стиле, жанре, внутри которых могут происходить важные изменения. Мельников не снимал всю жизнь один фильм — он снимал разные, но всегда оставался верным своему внутреннему этическому, художественному выбору. Вот эту всеохватность мы попытались показать в ретроспективе. В этом смысле, его фильмы — подлинно народные.

Я считаю, что фильм «Мама вышла замуж» — это удивительная фиксация времени. Сейчас, с дистанции, мы смотрим этот фильм и понимаем, насколько верно Мельников выбирает детали, отражающие время. Например, эта раздолбанная машина, такая, которая была в каждом дворе, у которой работал только клаксон. Ты залезал в нее, и обязательно какая-нибудь бабка из окна кричала «а ну-ка, вылезайте из нашей машины!», хотя ты эту машину никогда не видел на ходу. Я, конечно, в детстве тоже сидел в такой же машине. Когда ты живешь в этом времени, очень сложно вычленить такие типические детали — чтобы это не был автомат с газировкой, не общее место для ностальгии. Такая машина — важная примета организации жизни внутри дворового пространства, в котором мы все жили, неважно, в Ленинграде или Москве. Все тогда было организовано по принципу слободки, в которой все друг друга знают. Мельников это очень хорошо чувствует и показывает, насколько квартира того или иного жителя могла противостоять той жизни, которая была за окном.

Через такие детали понимаешь, что Мельников — уникальный хроникёр в высшем смысле этого слова. Он умеет схватить время, а это — очень редкое качество.

 

Олег Кашин, журналист

Если долго и много смотреть советское кино, очень быстро научишься отличать Ленфильм от Мосфильма, поскольку на ленфильмовских картинах есть отпечаток, который даже довольно трудно точно классифицировать. Непонятно по какому критерию отличаются фильмы — не по качеству картинки же, а по чему-то неуловимому. И есть несколько имен — тех, кто создавал вот это «неуловимое» — от Германа и Арановича до Масленникова. И, конечно, Мельников — одно из этих «ленфильмообраазующих» имен.

У меня любимый, пусть и не самый очевидный, фильм Мельникова — «Две строчки мелким шрифтом». Начало 1980-х, картина по сценарию Шатрова, в главной роли — Сергей Шакуров. Фильм об истории КПСС и о молодом историке, который ведет свое расследование и доказывает, что герой Богатырева до революции не был провокатором.

«Две строчки мелким шрифтом». 1981

На самом деле, не так уж и важно, о чем фильм, главное здесь то, что Мельникову удалось каким-то чудесным образом передать позднюю КПССовскую атмосферу — от сушек на столе в ЦК, железных Лениных на стене, даже особого света, падающего через окна. Мельников это чудесным образом воссоздал. У нас есть некий каноны того, как могут выглядеть различные исторические эпохи в кино — например, эпоха, изображенная в мельниковском «Бедном, бедном Павле». А канона фильма о КПСС у нас в принципе нет. И если бы Коммунистическая партия при Брежневе ценила настоящее кино о себе, то я думаю, что «Две строчки мелким шрифтом» были бы на первом месте условного рейтинга «Топ-100 фильмов о КПСС».

 

Сергей Астахов, оператор

Виталий Мельников — это очень смелый режиссер. Его фильмы — например, «Начальник Чукотки» или «Отпуск в сентябре» — впечатляли еще и тем, что он отважился такое снимать. Ведь тогда все было довольно жестко, особенно с точки зрения цензуры. И для меня Мельников — это второй после Германа режиссер, который находил в себе силы донести до экрана те темы, которые были не то, чтобы крамольными… Просто требовалась большая смелость, чтобы их отобразить.

Самая главная его отличительная черта — неординарная подача материала. В «Женитьбе», в «Здравствуй и прощай» есть очень много приемов, которые противоречили соцреализму и его методам. Мельников находил те формы, которые такие темы делали очень интересными, по-другому воспринимаемыми. И это его очень выделяло — было попросту невозможно перепутать его с кем-то; у него была некая ирония, а иногда даже и гротеск — в той же картине «Ксения, любимая жена Федора» или в «Начальнике Чукотки». Я не могу назвать другого режиссера, у которого это получалось делать так же удачно — может быть, только у Данелии был несколько похожий взгляд и талант делать вещи, которые одновременно и страшно серьезные, и удивительно смешные. Мне трудно найти определение этому взгляду, но одно я знаю точно — это очень интересно смотреть, это факт.

Мне с ним было не очень тяжело работать — когда человек точно знает, что он хочет, особых проблем нет. Мне, как опытному оператору, снявшему достаточно большое количество фильмов, было с ним легко. Он всегда ставит конкретные задачи, понимает свои цели и планы — и, как правило, все это выполнить можно. Работать с ним — всегда удовольствие.

Мы знакомы с Виталием Мельниковым уже, наверное, лет тридцать пять. Когда я только пришел на киностудию, он, безусловно, знал меня — я уже у Сергея Микаэляна снял картину. Тогда мы были с ним просто знакомы, встречались на худсоветах, здоровались — но не работали вместе. А тесный контакт начался на картине «Бедный, бедный Павел» — у фильма были проблемы, существовала угроза закрытия. И я помогал выручить эту картину.

Один из моих любимых фильмов Мельникова — это «Начальник Чукотки». Но мне очень нравится и «Ксения, любимая жена Федора», и «Женитьба», «Здравствуй и прощай», словом, большинство его ранних фильмов — даже сложно выделить что-то одно.

 

Владимир Непевный, режиссер

Сложно выбрать любимый фильм Мельникова: как пересмотришь какой-нибудь, так кажется, что вот он и есть самый замечательный и любимый. В этом смысле последним открытием для меня стал фильм «Мама вышла замуж», когда я посмотрел его с пленки. До этого я к нему спокойно относился, а после показа на большом экране был поражен эпизодами, отдельными планами, интонацией.

«Мама вышла замуж». 1969

У Мельникова вообще очень мягкая, неуловимая интонация. Как ни странно, на ум приходит Одзу — такое сочетание нежности и юмора по отношению к своим героям. У Мельникова нет пафоса: ни к персонажам, ни к себе самому. Нет стремления выпячить авторское видение, хотя оно, несомненно, есть. Его автобиографическая книга «Жизнь. Кино» тоже такая, пронизанная самоиронией.

Больше всего я, наверное, все-таки ценю фильм «Ксения, любимая жена Федора» — мне кажется, это такая почти антониониевская картина про рабочего человека. В нашем кино соотнести ее можно разве только с фильмом Муратовой «Познавая белый свет». Хотя стилистически они разные, оба показывают экзистенциальную драму там, где ее никто никогда не видел, среди простых людей, работяг.

 

Виктор Матизен, киновед

Я посмотрел «Отпуск в сентябре» в 1987 году, после снятия с полки, перенесся на 8 лет назад, и понял, что он был снят как раз как раз тогда, когда был нужен — в апофигей застоя, после фильма Эфроса «В четверг и больше никогда» (1977), который впервые в советском кино коснулся (но лишь коснулся) классической темы «лишнего человека», одновременно с «Осенним марафоном» Данелии и за три года до «Полетов во сне и наяву» Балаяна. Это был первый фильм о моем поколении «семидесяхнутых», как его назвал Леша Ерохин, а на гениально прописанную Вампиловым роль Зилова Мельников пригласил единственного актера, который мог войти в нее без зазора, поскольку был так же изломан временем и, как мне казалось, источал с экрана самый его дух. А рядом с ним — Купченко, Гундарева, Богатырев, Леонов и точеный Бурляев, который тогда еще был актером…

«Отпуск в сентябре». 1979

Таким же снайперским был выбор исполнителей главных ролей в «Бедном бедном Павле» — ну, кто еще, кроме Виктора Сухорукова с его бешеным актерским темпераментом мог сыграть полусвихнувшегося императора всея Руси? И кто, кроме Янковского, который в зрелые годы одним движением бровей выражал такие состояния души, на выражение которых многим его товарищам по профессии не хватало и целого фильма, мог в полной красе показать инициатора заговора против царя без царя в голове графа Палена, понимавшего все, за исключением того, что на всякого мудреца довольно простоты, а сделавший свое дело мавр должен уйти?

Но восхищение актерским ансамблем — всегда восхищение человеком, который собрал его и мастерски им управлял, однако, в отличие от дирижера, управлял так же незримо для непосвященных, как упомянутый выше граф, хотя с совсем другой целью.

 

Станислав Ф. Ростоцкий, кинокритик

Вопиющее безвременье начала девяностых по-всякому сказалось на отечественных кинематографистах, которые тогда все еще почему-то продолжали снимать. Весьма своеобразно отреагировал на смену парадигмы Леонид Иович Гайдай (к слову, в «Вареном» на правах символа эпохи звучит песня про кооператив из гайдаевского «Частного детектива»), но даже ему было далеко до Виталия Мельникова. Под названием «Последнее дело Вареного», подходящим более всего для сюжета перестроечного «Фитиля», скрывается (да, пожалуй, что совершенно и не скрывается) пример абсолютно оголтелого exploitation movie, в котором замаскированный под детское питание кокаин остается условным «макгаффином» ровно до того момента, как не достигает ноздрей пепрсонажей. Невообразимая синтезаторная аранжировка «С одесского кичмана», неожиданно густые, почти муратовские матюки, общая нервозная атмосфера — ровно так же и о том же снимал лет тридцать тому назад Хершел Гордон Льюис. В год выхода картина получила приз имени Г. Козинцева за лучшую режиссуру.

 

***

Расписание ретроспективы — на официальном сайте Ленфильма.

Subscribe2018
Beat Weekend
Сеанс68
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»