Берлин-2026 — «Моя жена плачет» Ангелы Шанелек
Продолжаем рассказывать вам о кино, показанном в Берлине. Ангела Шанелек ломает привычные представления о берлинской школе, впуская в строгую форму фильма музыку и уязвимую речь. О том, как любовная боль превращается в речь и разрушает языковые барьеры, — в тексте Вероники Хлебниковой о фильме «Моя жена плачет».
Ангела Шанелек — дважды лауреат «Серебряного медведя» за лучшую режиссуру в фильме «Я была дома, но…» в 2019 году и за лучший сценарий в «Музыке» в 2023-м. За ней давно закреплен предостерегающий знак — берлинская школа кино, вход осложнен, у порога холод и семантическая непроницаемость.
Тем изумительнее легкость, с какой новый фильм ломает железобетонные клише и преодолевает птичий язык, демонстрируя необычайную прозрачность и ясность, и еще яркость красок на фоне строгих белых стен и тихой поглощающей зелени природы. Уж таков его сюжет — несоответствие формального и неформального, а также чувств, умения их выразить и цены высказывания.
В новом фильме Шанелек любовная боль рождает язык как из тарабарщины, так и из непроизносимого
В комнате моей светло: Берлинская школа — последний приют
Это фильм, в котором действует берлинский рабочий класс, в основном, приезжие и иностранцы, но также появляется один нобелевский лауреат по имени Ласло, тоже не вполне немец. Он нарушает монополию образованных сословий и коренного населения на тонкость чувств и выбор слов.
О времени и утешении. Разговор с Ангелой Шанелек
Персонажам больно, и они уже научились не смешивать социальную приветливость на работе с дружбой вне оной. Но это изменится, потому что в центре фильма кипит строительная площадка, и она в том числе существует для проявления языка, человеческих связей.
В новом фильме Шанелек любовная боль рождает язык как из тарабарщины, так и из непроизносимого. Истории фильма, их несколько, как будто полностью рассказаны, буквально, изъяснены в нескольких монологах и диалогах, но прежде чем они сложатся в целое, все персонажи непринужденно и смешно танцуют под «Lover Lover Lover» Леонарда Коэна, вдруг напоминая экзотический птичник.
Говорить трудно, понимать себя и других адски трудно
Музыка Шанелек всегда включается, если включается, когда ничто не предвещает. Малообещающий и деревянный диалог внезапно приводит молодых женщин к сестринским объятиям и кусту духового оркестра, расцветшему среди Тиргартена. И так же внезапно он опадет под припустившим дождиком, распавшись на зонты и валторны. Необязательность и фабульная беспричинность этого музыкального момента, наверное, одно из главных событий фильма Шанелек и в целом кинематографа.
Совесть и трансильванцы — «Континенталь ’25» Раду Жуде
Как и другие работы Шанелек «Моя жена плачет» не желает транскрипций и экспликаций, из этого чисто реализованного нежелания рождается форма. Но слова Рильке «сквозь нас безмолвный зверь глядит спокойно» к ней больше не применимы. Речи персонажей звучат особенно искусственно и иногда монотонно, как топики на курсах иностранных языков, что на сей раз обусловлено их происхождением и ситуацией. Слова капают или льются из раненых людей, уязвимых в любой момент и лишь в неотложных случаях способных это сформулировать. Камера оператора Мариуса Пандеру, работавшего с Раду Жуде, очень ненавязчиво модерирует ритмы этих речевых потоков.
Берлин-2026: Любить Билла — «Все тащатся от Билла Эванса» Гранта Джи
Крановщик Томас не сразу понимает, что пытается сказать ему Карла, чем расстроена его миниатюрная жена, когда они толкают велосипеды пока еще идут в одном ритме, но это ненадолго. Карла начинает издалека. Когда до Томаса дойдет, не сразу, но настанет черед и его монологу, настолько интенсивному, что он лишится чувств. Еще один работник стройки, Валентин, в свой день рожденья покажет несколько фотографий и тоже выдаст несколько слов. Говорить трудно, понимать себя и других адски трудно. Формальное всегда приходит на помощь, застегивает на пуговицы и отодвигает личные катастрофы в область несуществующего для социума, неприметного и неизъяснимого, но моя неверная жена плачет, какие уж тут формальности.
Читайте также
-
Берлин-2026: Терпение, победившее нетерпимость — «Дао» Алена Гомиса
-
Берлин-2026: Любить Билла — «Все тащатся от Билла Эванса» Гранта Джи
-
Про сломанность и нежность — «Кухня» Алонсо Руиспалашиоса
-
Берлин-2024: Границы бессилия — «Мелочи жизни» Тима Милантса
-
Жуан Канижу: «У моих героев нет шансов понять друг друга, но у нас они есть»
-
Берлин-2023: Пустыня, тайники и травма — «Лимб» Ивана Сена