хроника

Сеанс-дайджест №108

«Трудно быть богом» с юмором и «молодым режиссером Германом». — Содерберг и коронавирус. — Российские режиссеры говорят о тесте Бекдел. — Педру Кошта вспоминает советское кино. — Дерзкие годы Пэм Грир. — Скандал в «Кайе».

Документ месяца: в петербургском отделе ЦГАЛИ нашелся утраченный сценарий Стругацких по «Трудно быть богом», а также сценарное дело фильма, из которого следует, что уже в 1967 году ставить картину должен был «наш молодой режиссер А.Ю. Герман». Впрочем, некоторое время проект затевался вовсе без режиссера:

«В «сценарном деле» сохранился протокол заседания редсовета от 1 июня 1966 года, из которого следует, что во втором варианте сценария было много юмора. Впрочем, сцену с пьяным Руматой, которая присутствовала в первом варианте, авторы убрали. Но сценарий все равно был достаточно веселым и приключенческим. И тут встал вопрос о том, где взять подходящего под это настроение режиссера. «И это сложный вопрос — надо делать азартно, легко», — говорится в протоколе».

Эпидемиолог Гарварда говорит, что коронавирусом переболеет до 70% населения Земли. Фестиваль SXSW в Остине на всякий случай уже отменен, а жюри для ММКФ в этом году будет собрать даже труднее, чем в прочие. Зато в хит-парады врывается кино Стивена Содерберга «Заражение» (2011) о том, как американцы пытаются перестать заражаться смертельным вирусом. В прошлом году он был на 270-м месте среди самых популярных фильмов Warner Bros. — теперь на второй строчке.

«Это пугающее кино! Я смотрела его и мысленно прикидывала, в чем вспышка вируса здесь похожа и непохожа на то, что происходит у нас сейчас — уровень распространения и смертности, попытки его смягчения. А еще я стала цепляться за всё, что в «Заражении», вопреки очевидному, утешало — прежде всего, здесь не все умирают. Есть какой-то пробирающий ужас в том, как Содерберг показывает распространение болезни, через безобидные кадры рук, касающихся коктейльных бокалов, человека, ухватившегося за поручень в автобусе; ведь всё это встречается нам в повседневности. Но после того как нас обуял ужас, постепенно запускается механизм, который должен всё исправить».

В Москве идет программа «Идентификация женщины», подготовленная Алисой Таёжной. С ней о ретроспективе фильмов, снятых советскими женщинами, поговорил Константин Шавловский.

«Женский взгляд — это спокойное приятие слабости человека. Это предоставление человеку на экране пространства для сомнения, которым режиссер таким образом — через героя — делится со зрителями».

Вместе с этим разговором вышел текст Игоря Гулина о женщине в позднесоветском кино. И тоже о взгляде.

«Это особенный взгляд, исполненный укора. Он неотделим от образов Гурченко, Тереховой, но лучшей мастерицей таких виноватящих взоров была Ирина Купченко. Фильмы с ее участием, от картин Авербаха, Мельникова и Абдрашитова до поденщины вроде драмы «Одинокая женщина желает познакомиться» Вячеслава Кришторовича, — пронзительная эпопея укора.

Укор — форма признания мужчины (героя, автора, зрителя) как недостойного, но единственного. Незаслуженная и сладостная награда за несовершенство. Награда, возможная только из рук кого-то, кто стоит неизмеримо выше. Эту иерархию можно критиковать, подрывать, но ее данность невозможно поставить под сомнение. Не в поэтической оттепели, а в эпоху застоя женщина была высшим существом — жестоко-милостивым и одиноким, недоступным не только подчинению, но и любовному равенству, объектом культа и богоборчества».

Раз уж такой день, посмотрите забойное видео, в котором российские режиссеры рассуждают о тесте Бекдел.

 

В любой день хорошо послушать, как Уэс Андерсон отбирает музыку: Ив Монтан, Нико, Эллиот Смит и группа Love в подкасте Льва Ганкина «Шум и яркость».

 

Недавно у Педру Кошты спросили, какой классический фильм он хотел бы посмотреть на большом экране. Оказалось, что «Зачарованную Десну» Юлии Солнцевой и Александра Довженко, поскольку он никогда не видел его с 70-миллиметровой копии. А его любимый кинотеатр Imperio в Лиссабоне с некоторых пор стал штаб-квартирой Всемирной церкви «Царство Божие».

Другие португальские новости — у Новой Голландии. 12 марта здесь состоится встреча с Ритой Азеведу Гомеш. Она покажет «Пляску смерти»:

««Пляска смерти» — беседа-расследование во время прогулок писателя между Парижем и Португалией с режиссерами Ритой Азеведу Гомеш и Пьером Леоном, фильм, сыгранный в шесть рук. Эта лента — об удовольствии и радости обмена, о том, как щедро можно делиться друг с другом мыслями и идеями. И о том, как можно смотреть на мир и на искусство (в том числе на жизнь как на искусство и на искусство как на способ разгадывать загадки жизни)».

Это петербургское эхо «Духа огня» дополнит также встреча с отцом-основателем жанра terrir Иваном Кардосо, которую себе дороже упустить — 11 марта попробуйте найти время. Все события по предварительной регистрации. Самых же смелых зовем в «Порядок слов», где 10 марта в традиционные 19:30 в подворотне нарисуется киноманьяк Гурчиус Гевднер, покажет свою последнюю работу, после чего поговорит с Иваном Кардосо о хорроре. Напоследок Кардосо обещает показать фильм-сюрприз — свой любимый хоррор!

Иван Кардосо

Келли Рейхардт. Орегонские тайны Келли Рейхардт. Орегонские тайны

Келли Рейхардт набрала в скайпе Пона Чжун Хо, или наоборот — не важно, просто почитайте трогательную стенограмму их беседы.

«У меня есть айпад и беспроводная клавиатура, с ними я хожу в кофейни, прячусь в углу и пишу там сам по себе. Мне необходима кофейня и шум вокруг, дома я всегда засыпаю, когда пишу.

Рейхардт: Ох, понимаю. Но теперь тебе нельзя в кофейню! Ты слишком знаменит и упустил свой шанс!

Пон: Я всегда найду, в каком углу спрятаться!»

В прокат все чаще выходят фильмы прошлых лет. Алиса Таежная разбирается, почему так. Вот емкий ответ Бориса Нелепо:

«Фильмы XX века снимали для показа на большом экране — это одно из определяющих свойств кинематографа. Просмотр в кинозале — эталон полноценного опыта проживания фильма. Время идет, поколения меняются, даже фильмы Тарантино и Триера мы можем считать уже старыми и должны давать возможность новым зрителям увидеть их в тех условиях, на которые они были рассчитаны».

Раз уж вы отмотали сюда, почитайте еще о «Дау». Вот хорошее, хотя и не слишком настойчивое интервью с великим оператором Юргеном Юргесом. Внутри о том, сколько было камер, как работали со светом в декорациях института, и так далее. Присутствует странный врез: фотография с подписью «Юргес Юргес (справа)».

«В Институте мы совсем не проводили времени с главными героями. Для них мы отсутствовали. Мы были спрятаны за накрытыми черными покрывалами камерами, всегда одетые в черное, чтобы избежать отражения в полированной черной плитке. Мы старались избегать зрительного контакта с ними. Так как им было запрещено использовать такие слова, как «камера», они называли нас «черные ангелы». Камеры при этом всегда были включены».

«Мир становится все более вегетарианским в своих воззрениях, вкусах и разрешениях, что можно и что нельзя в искусстве».

Хржановский рассказывает о «Дау» и рабстве в подкасте «Медузы».

 

Кожа, в которой я живу Кожа, в которой я живу

О мире, который не был вегетарианским, вспоминает культовая героиня blaxploitation Пэм Грир: как ей приходилось пробивать себе дорогу кулаками, как ее выгнали из клуба на пару с Джоном Ленноном, и как она едва не наваляла Сэмми Дэвису-младшему. А вот короткий фрагмент о сложных отношениях с Ричардом Прайором.

«Когда он снова развязался, это произошло из-за дружбы с мужчинами — очень сильными мужчинами, которые манипулировали и помыкали им и всячески на него влияли. Они предположили, что это я ему наказала не пить, а дело обстояло совсем иначе. Однажды я пришла домой, и меня словно атаковали. Я стояла перед, кажется, шестеркой очень крепких мужиков. И тут Ричард говорит так пугливо: «Вы не на ту женщину напали». Мы оба посмотрели в сторону ножей на кухонном столе, и я сказала: «Без паники, я не собираюсь их хватать»».

Photo Краткая история «Кайе дю синема» купить

С прискорбным опозданием сообщаем о том, что редакция «Кайе дю синема» десять дней назад ушла в отставку в связи со сменой владельцев. В числе новых акционеров журнала оказались сразу восемь кинопродюсеров. Авторы посчитали, что это автоматически компрометирует дальнейшие высказывания о французском кино — вне зависимости от того, лестными они будут или прохладными. Также новое руководство отметило, что хочет больше «шика», и вообще звучит как Филипп Киркоров в фильме «Чикаго». О временах, когда продюсер не диктовал волю критику «Кайе», читайте в нашей книге о легендарном издании.

Вот по этому хорошо известному вам адресу можно посмотреть короткий метр «Такси!» этого года. Три минуты — таких, словно братья Сафди встречают «Ла-ла-ленд».

На сайте «Настоящего времени» выкладывают фрагменты проекта «Россия глазами фотографов», которым занимался Александр Абатуров («Сын»).


Читайте также

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: