Смотреть и слушать
![](/img/blog/2010.12/chidgasornpongse_01.png)
Сомпот Чидгасорнпонгс | Sompotboat.com
— Сначала вы, как и Апичатпонг Веерасетакун, изучали архитектуру в Университете Чулалункорна [Chulalongkorn University]. Почему вы выбрали такую специальность, неужели в Таиланде нет хороших киношкол?
— На самом деле в юности я хотел стать мультипликатором. Но в Таиланде тогда не было хороших анимационных школ. А изучение архитектуры было для меня
Мысль стать режиссёром пришла ко мне позднее, когда я уже закончил университет. В Таиланде были киношколы, которые чаще всего были подразделениями факультов коммуникативных искусств [communication arts]. Но это преимущественно мейнстримные заведения.
— И вы отправились в Калифорнийский институт искусств на магистерскую программу. Почему? Как был устроён вступительный процесс?
— Мне было 26 лет, я тогда работал вторым ассистентом режиссёра на «Синдромах и столетии». Прошло уже четыре года, как я работал с Апичатпонгом, и я понимал, что пришло время получить магистерскую степень по кинорежиссуре. Честно говоря, сначала я планировал подождать ещё год, но Джо [сокращённое прозвище Веерасетакуна] посоветовал мне не медлить и сразу же поступать. Потому я подал документы только в одну школу, чтобы испытать удачу. Если бы не получилось, то можно было подождать ещё один год, как я и планировал изначально.
Этой школой стал институт CalArts, о котором я мечтал с детства — ещё с тех времен, когда собирался стать мультипликатором. Я думал, что эта школа известна только благодаря анимации, но Джо сказал мне, что она славится и в мире экспериментальной режиссуры. Потому это был лучший выбор.
Я сделал всё, что они просили: отправил свои короткометражные фильмы, резюме, рекомендательные письма (одно — от Апичатпонга), написал три эссе и сдал тест на знание английского TOEFL. В общем, это все те требования, что указаны на их сайте.
![](/img/blog/2010.12/chidgasornpongse_02.png)
California Institute of the Arts | Скотт Гроллер, Flickr.com
— Как устроена их программа обучения? Какова её структура и как долго она длится?
— Моя программа называлась «Кино и видео», это трёхлетний курс. В киношколе в CalArts четыре направления: «Кино и видео», «Режиссура кино», «Анимация персонажей» [Character Animation], «Экспериментальная анимация». Соответственно, моя программа — это первая, акцент в ней ставится на документальные и экспериментальные работы.
Обучение очень свободное. Можно делать практически всё, что тебе хочется, очень ограниченное количество требований. Они заключаются в том, что каждый семестр необходимо брать, как минимум, девять образовательных блоков, что для меня — ничто. Иногда я выбирал двадцать блоков или даже больше, не говоря уже о посещении чужих занятий. CalArts поощряет посещение уроков, выходящих за рамки составленной программы. Потому я ходил на занятия школ музыки, танца, театра, искусств. Они, действительно, любят междисциплинарные пересечения.
И потому мы с однокурсниками выбирали совсем разные курсы. Одинаковые занятия у нас были только в первом семестре, а затем каждый выбирал собственный путь в соответствии со своими интересами. Прелесть CalArts заключается в том, что эта школа предлагает множество занятий и программ. Всегда есть из чего выбирать.
— Много ли теоретических курсов и как оценивается работа студентов?
— Как я уже заметил, там множество курсов, из которых ты выбираешь то, что тебе интересно. Потому, конечно, представлены и теоретические курсы тоже. Например, я дважды брал курс «Делёз и кино», который вёл потрясающий Том Андерсен, ставший моим куратором. Есть занятия с показами, практические уроки. Курсы, на которых нужно писать эссе, а есть те, где нужно самому снимать работы.
Как их оценивают? Это зависит от занятия. Но замечательная вещь заключается в том, что здесь нет стандартных «пятёрок», «четвёрок», «троек» и «двоек». Вместо них — зачёт с отличием [high pass], зачёт, удовлетворительный зачёт [low pass]. Ответственный студент с легкостью получает зачёты с отличием. Поэтому ты можешь сконцентрироваться на собственной работе, а не пытаться получить хорошие отметки. Никто, в сущности, не беспокоится
![](/img/blog/2010.12/chidgasornpongse_03.png)
Кадр из фильма Сомпота Чидгасорнпонгса Пейзаж 101 01 1101 01… (2007) | Sompotboat.com
— Во время учёбы вы сняли экспериментальную зарисовку «Пейзаж 101 01 1101 01…» [Landscape 101 01 1101 01…] о том, как Джеймс Беннинг учит своих студентов…
— «Пейзаж 101 01 1101 01…» не совсем о том, как Беннинг преподавал. Это всего лишь экспериментальная документация путешествия, в которое нас взял Джеймс. Хотя можно сказать, что именно в этом и заключалось его преподавание. Он всего лишь позволял нам исследовать мир самостоятельно.
Джеймс Беннинг стал большим открытием для меня. Я ничего не знал о нём, пока не попал в CalArts. Думаю, вы скажете, что я вообще ничего не знал о мире экспериментального кинематографа и его представителях. Когда я впервые увидел его работы, я был ошеломлён. Я почувствовал большую связь с его картинами — настолько значительную, что для меня это было так же важно, как мои собственные фильмы, только в сто раз лучше.
— Расскажите о занятиях, которые вёл Беннинг. В чём они заключались?
— Это были занятия, где новые студенты показывали свои работы и рассказывали о них. Джеймс тоже высказывал собственное мнение. В этот момент я и понял впервые, что зачастую он говорит то, что я сам пытаюсь сформулировать. Я хорошо помню, как рассказывал однокурсникам о том, что уделяю гораздо больше внимания структуре фильма, нежели его сюжетной линии или деталям. Джеймс сказал, что понимает, о чём я.
Затем последовало занятие «Беннинг про Беннинга». Оно соответствовало своему названию. Джеймс показывал свои работы и говорил о них. Сначала я отнесся к этому скептически, поскольку считал слишком самонадеянным предлагать студентам разговаривать о собственных фильмах. Впрочем, это оказалось одним из лучших курсов, которые у меня
А другое занятие называлось «Играть плохо» [Acting Bad]. Разумеется, это не про плохую актёрскую игру, а про другие разновидности игры, идущие вразрез с принятыми нормами. Это актёрская игра, не ставящая перед собой цель быть «реалистичной». Это было скорее
![](/img/blog/2010.12/chidgasornpongse_04.png)
Кадр из фильма Джеймса Беннинга Он и я (1982) | Independencia.fr
— В своём интервью он ещё упоминал курс «Смотреть и слушать».
— Это было моё любимое занятие. Оно длилось весь день. Каждую пятницу Джеймс отводил нас в
Это лучшее занятие, которое
Я очень многое понял, благодаря его фильмам, способу снимать и даже стилю жизни. Для меня он стал
— Получается, что в CalArts ставится акцент на
— Ну, «Анимация персонажей» — это весьма коммерческое направление. Большинство студентов этой программы мечтает впоследствии пойти работать в «Дисней», «Пиксар» или подобные им большие компании. Но вообще да, для других программ целью точно не становится встраивание в коммерческую систему. Но это не значит, что все настроены против этого.
На курсе «Кино и видео», конечно, учат заведомо некоммерческим вещам. Их задача — выявить собственный взгляд, уникальность твоих работ. В конечном счёте, они поддерживают всё, что ты делаешь, даже если это выглядит странно или дико.
— Какова стоимость обучения в CalArts? Существуют ли
— Когда я учился, стоимость составляла 32 860 долларов в год, что, конечно, весьма дорого. Насколько я знаю, на первый год обучения не предлагается никаких грантов или стипендий. Но затем тебе уже могут предложить финансовую помощь — на второй или третий год. Мне компенсировали весь семестр последнего года.
Такая стипендия напрямую зависит от деятельности студента. Это значит, что они оценивают твои работы, снятые во время обучения в CalArts, когда ты подаешь заявку на стипендию. Ещё они обращают внимание на твою финансовую ситуацию. Конечно, никто не знает точно, но в особых случаях они могут дать и больше денег. Некоторым из моих друзей удалось полностью покрыть стоимость обучения.
Мне оплатили только половину, но я ещё и работал в школе.
![](/img/blog/2010.12/chidgasornpongse_05.png)
Кадр из фильма Апичатпонга Веерасетакуна Тропическая болезнь (2004) | Kickthemachine.com
— Почему для вас было важным отправиться на учёбу, несмотря на то, что у вас был опыт работы на настоящих съёмках?
— Потому что я хотел знать, что есть ещё в мире. Возможность учиться должным образом дала мне хотя бы уверенность в себе. Я знал, что мне предстоит изучить множество вещей — так оно и оказалось. Есть множество видов режиссуры, о существовании которых я не имел представления, пока не отправился в CalArts. Кроме того, это же не только кинообразование, это ведь и жизненный опыт. Узнавать новых людей со всего мира, жить в другой стране, путешествовать— это всё может тебя многому научить.
В
— А чему вы научились на съёмочной площадке у Веерасетакуна? Мне кажется, что вот это и есть лучшее кинообразование…
— Работа с Апичатпонгом стала бесценным опытом. Для меня он был словно отец, кинематографический отец. Я пришёл к нему на стажировку, ничего не зная о кинорежиссуре. И в некотором роде он «породил» меня — в мире кинематографа.
Я работал с ним почти четыре года до того, как отправился на учёбу. Я был вторым ассистентом на двух полнометражных фильмах и на множестве короткометражек. Это были близкие, творческие отношения. Он позволял мне высказывать своё мнение и делиться мыслями о съёмочном процессе. Вообще, насколько я понимаю, это не было работой второго ассистента в обыкновенном её понимании. То есть и это тоже, конечно, но было много всего ещё. И поскольку группа была такой маленькой, я получил возможность попробовать делать своими руками множество вещей.
Но Джо никогда не садился рядом и не «учил» меня кинематографу, а мне хотелось бы, чтобы он это делал. Я учился у него, просто работая рядом, наблюдая за ним. Его мышление, мнения сильно повлияли на меня. Я был против этого в начале, а потом вдруг осознал — в чём же смысл работы с Апичатпонгом, если я не буду учиться у него? Мне не хотелось быть уже наполненной чашей, потому я словно опустел и позволил ему наполнить меня. И я должен был способен понимать его настолько, чтобы возникла эта близость в работе. Вот ещё одна причина, почему я хотел учиться заграницей — мне нужно было узнать
Потому так сложно в точности пояснить, чему я у него научился, поскольку мне бы пришлось исписать больше двадцати страниц. И я не уверен, что смогу это правильно объяснить. Но, тем не менее, я хочу произнести здесь одну важную вещь. Веерасетакун — самый трудолюбивый человек из всех, кого я вообще только знаю. Он никогда не перестает работать, он работает всё своё время. И то, что он оказался сейчас на вершине карьеры, это не случайность. Он это
![](/img/blog/2010.12/chidgasornpongse_06.png)
Кадр из рабочего материала фильма Сомпота Чидгасорнпонгса Мы уже здесь? | Kickthemachine.com
— Ещё я знаю, что вы руководили массовкой на съёмках «Спасительного рассвета» Вернера Херцога.
— Это было забавно, но длилось всего несколько дней. Ему понадобились люди, чтобы сыграть солдат. Потому мы собирали мужчин в туристических местах. Я помогал приводить этих людей на площадку и объяснял, что нужно делать. Я включил этот пункт в своё резюме, поскольку это было клёво и запомнилось мне. Я вспоминаю, как Херцог пожимал руки всем участникам массовки перед началом съёмки… Каждому, одному за одним, а их было очень много… Мне показалось, что это очень красиво и изящно. Говорят, что съёмки «Спасительного рассвета» были адскими (как и многих других его картин), но я ничего такого не заметил.
— И последний вопрос. А как дела с вашим фильмом «Мы уже здесь?», я вот его очень жду.
— Я до сих пор в процессе монтажа! Кажется, что на это уйдёт целая вечность, уже два года, как я им занимаюсь. А до этого год снимал. Я планирую закончить его в начале следующего года. Посмотрим, удастся ли…
Читайте также
-
Жизнь за работой — «Комната по соседству» Педро Альмодовара
-
Все хороши — «Плохая девочка» Халины Рейн
-
Киномеханик — К 80-летию Анатолия Загулина
-
Территория свободы — Польша советского человека
-
Почему у тебя такие большие туфли? — «Планета Джанет» Энни Бейкер
-
«В нашем мире взрослые сошли с ума» — Кирилл Султанов о «Наступит лето»
Сомпот Чидгасорнпонгс [Sompot Chidgasornpongse] работал ассистентом Апичатпонга Веерасетакуна — лауреата каннской «Золотой пальмовой ветви» этого года — на фильмах «Тропическая болезнь» и «Синдромы и столетие». После получения практических навыков на съёмочной площадке он уехал учиться в Калифорнию, где его наставниками стали Джеймс Беннинг и Том Андерсен, не понаслышке знакомые всем поклонникам авангардного и экспериментального кино. Фильмы Андерсена и Беннинга вошли в десятку лучших фильмов нулевых по версии синефильского журнала Cinema Scope, а в Калифорнийском институте искусств оба режиссёра делятся со студентами секретами своего мастерства. Короткометражные работы самого Сомпота выставляются в музеях современного искусства и показываются на международных кинофестивалях. В качестве куратора он представлял на фестивале в Бангкоке программу «Короткометражки CalArts: Документальные портреты с женской точки зрения» [CalArts Shorts: Portrait Documentaries from Women’s Perspective]. Последние несколько лет он работает над своим полнометражным дебютом, который продюсирует Веерасетакун, — документальной картиной «Мы уже здесь?» [Are we There Yet?].