Весь кризис вышеназванного возраста состоит в том, что и Сукачеву, и Харатьяну, и младшему Бондарчуку всегда будет семнадцать, а в паспорте уже сорок. До седых волос им доказывать, что они уже не гардемарины, не папины дети и не пьяные ребенки. Чуть особняком здесь стоит Охлобыстин, которого ждет та же участь, если будет водиться с двоечниками. Гляди, Иван.
Читайте также
-
Человек идет на стену — «Мегадок» Майка Фиггиса
-
«В кино мы больше философы, чем в жизни» — интервью с Эдгаром Мореном
-
«Пока небо смотрит»: фрактальная вселенная Романа Михайлова
-
Правда и ничего кроме правды — «Ломаный английский» Иэна Форсайта и Джейн Поллард
-
Двойная доза от реальности: «Убить Билла» Квентина Тарантино
-
Парадоксы русского космизма: о фильме «Космос засыпает» с Марком Эйдельштейном