18+

Я буду рядом. Пресса о фильме

Такой сюжет нельзя оснащать побочной «чернухой»: мы тоже на грани нервного срыва и не хотим дополнительных перегрузок. Баланс субъективного добра и объективного зла в картине выверен так скрупулезно, что может показаться искусственным. Смерть объективна, и она уже близка, поэтому на пути героини попадаются только очень хорошие люди. <…> А после ее ухода из жизни, конечно же, последует финал в духе «жизнь продолжается». Все разыграно как по нотам: соблюдены все законы голосоведения, душевной гармонии и неизменного завершения трагической мелодии утешительно стабильной тоникой. Самые душераздирающие эпизоды фильма тоже обусловлены развитием по-оперному запредельного сюжета: прощаясь с жизнью, Инна пересматривает видео своего недолгого счастья, мешая реальные записи с галлюцинациями. Конечно, это можно назвать игрой на зрительских нервах, но что такое искусство, как не эта игра!

В. Кичин
«Российская газета»

 

Идеальный выбор для тех, кто не прочь поплакать в кино, при этом не чувствуя стыда за употребление какой-нибудь низкопробной слезовыжималки. «Я буду рядом» не изобретает велосипед, а просто старательно и с чувством обыгрывает неновый сюжет об умирающей матери маленького ребенка. Главные герои до мурашек реалистичны, а невероятно обаятельного ребенка Рому Зенчука так и вовсе хочется усыновить немедленно, по выходе из кинозала.

М. Чемоданов
The Village

 

Что случилось с Руминовым? Здесь не избежать аналогии с происходящим на экране. Чувствуя, что ее мозг перестает функционировать, героиня решает обеспечить лучшее будущее сыну, — а фильм переключается с имитации какой-нибудь «Танцующей в темноте» (на нее намекает даже манера съемки) на сентиментально-прямолинейную драму, без следов концептуальности или интеллектуальности. Руминов отключил голову, дав волю интуиции. Глаза боятся, руки делают, а сердце начинает наконец-то реагировать на происходящее. И возникает — впервые — шанс прямого контакта со зрителем. Того контакта, которого жаждет (увы, как правило, тщетно) абсолютно весь молодой российский кинематограф. <…> Главная претензия звучала и прозвучит еще: «Это же обычное „мыло“». Какое угодно, но не обычное. «Я буду рядом» лишен резких сюжетных поворотов и сюрпризов, которые делают смотрибельным любой «житейский» сериал. Напротив, происходящее на экране скучновато-последовательно и именно поэтому жизненно-узнаваемо. Никаких драм, кроме неотвратимой смерти героини, объявленной в самом начале.

А. Долин
«Эксперт»

 

Сам режиссер в интервью говорит, что, вот, делал-делал свое «кино не для всех», а потом вдруг захотел снять именно такой фильм. Но вряд ли это единственная причина. Руминов об этом никогда особо не распространяется, но известно, что он много занимается благотворительными проектами, в том числе и в качестве волонтера, и что проекты эти связаны с онкологическими больными. В концепции фильма рак — это некое новое обстоятельство жизни, которое не отменяет самой жизни. Во всяком случае, до тех пор, пока ты можешь выполнять свои обязательства.

Л. Юсипова
«Известия»

 

Сюжет легко представить рожденным в процессе написания социальной рекламы. Будни же героев сняты талантливым оператором Федором Ляссом с обманчивым самоустранением: вроде как максимально приближенная к документальной съемка, но с высококлассной работой с лицами и живым светом. Так работают в независимом американском кинематографе. Павел Руминов давно вглядывается в жизнь, в том числе собственную, через объектив и умеет позволять событиям в кадре развиваться своим чередом, не форсируя движение на съемочной площадке, а выстраивая темп и расставляя акценты в монтаже.

В. Лященко
«Газета.ru»

 

Разговор в «Я буду рядом» идет о страшных вещах, но фильм не превращается в эксплотейшн, не опускается до истерики, не становится «добрым кино» (хотя производством занималась специализирующаяся на этом жанре студия Enjoy Movies). Кажется, Руминов пережил важный урок после неудачи переконструированных и в то же время наивных «Мертвых дочерей», прохладного приема формальных и диковатых «Обстоятельств» и многое узнал о себе и мире, работая над безбюджетными короткометражками и документальными фильмами для фонда «Подари жизнь». И знание это не исчерпывается деталями протекания онкологических заболеваний.

В. Степанов
Empire

 

Это ода к радости, микромасштабное исследование на тему жизнелюбия, не поддающегося никаким жизненным же обстоятельствам — включая самые страшные и даже те, что кажутся непреодолимыми. Болезнь, разлука, даже смерть — все эти драматические коллизии проходят по фильму пунктиром, его же основное содержание составляют сцены из жизни матери и ребенка, почти хоум-видео по своей интимности. Героиня Шалаевой не перестает смеяться (плачет же лишь раз) и острить над ситуацией, в которую попала, и ей здесь — а значит, и режиссеру — всерьез удается заговорить все трудности. Мать с сыном вот-вот расстанутся и, возможно, навсегда — но продолжают обсуждать Годзиллу и мюкл из «Петсона и Финдуса», императора Ситхов и PSP. Более того, это работает — и из истории распада одной частной жизни «Я буду рядом» возвышается до уровня кино о великой силе историй, которые мы слушаем, придумываем и рассказываем тем, кто рядом.

Д. Рузаев
«TimeOut Москва»

 

Как бы хороша ни была Мария Шалаева в амплуа умирающей приколистки, на протяжении всего просмотра не покидает ощущение разлитой по экрану лжи, которая повсюду, не только в деталях (быт как раз протеста не вызывает). Пишут, что проект был задуман как мини-сериал и мы увидели его в укороченном варианте; взяли просто уже отснятый материал и смонтировали в фильм. Говорят (но не пишут), что в полной версии героиня Шалаевой не умерла и попыталась отнять ребенка у взбесившихся усыновителей, — вкрадчивая, ласковая владелица цветочного магазина и в существующем варианте заставляет насторожиться, выдавая первоначальный замысел. Так или иначе, то, что могло бы стать неплохим триллером, стало слащавой мелодрамой, за которую бывшей надежде российского кино аплодируют те, кто раньше на него фыркал, — и это в некотором смысле так же страшно, как плохие результаты томографии.

М. Кувшинова
«Афиша»

 

Фильм Руминова, откровенно жмущий из публики слезу, однако делающий это в высшей степени достойными средствами, не обвинишь в неприкрытой эксплуатации эмоций, но это и не далекое от народа арт-кино. Сюжет лобовой, музыка за кадром расчетливо давит на эмоции, но виртуозная Мария Шалаева, нисколько не перегибающая палку в роли решительной матери, и монтаж в духе новой волны не позволяют обозревателю попенять картине за излишний мелодраматизм: все тут в меру, все сделано, как надо.

О. Шакина
«Ведомости»

 

Оценки Руминова в прессе — от гения до халтурщика. А фильм «Я буду рядом», в котором умирающая молодая мать-одиночка решает перед смертью спокойно-трезво лично выбрать приемных родителей для своего любимого и любящего шестилетнего сына, многие после «Кинотавра» объявили спекулятивной слезовыжималкой. То, что фильм старается выглядеть артистическим и, в частности, снят ручной камерой а-ля Ларс фон Триер времен «Догмы», лишь увеличивает число недоброжелателей. В любом случае понятно, что это редкий фильм, про который каждый посмотревший сделает собственные выводы, и сторонники с противниками никогда в оценках не сойдутся.

Ю. Гладильщиков
«Московские новости»

Клуб
Subscribe2018
Канны
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»