18+
21-22

«Вторая мировая война». Фрагменты

Уинстон Черчиль Текст печатается по изданию: У.Черчиль. Вторая Мировая война. М.: Воениздат, 1991. ©

17 июля [1945 года] пришло известие, потрясшее весь мир. Днем ко мне заехал Стимсон и положил передо мной клочок бумаги, на котором было написано: «Младенцы благополучно родились». Я понял, что произошло нечто из ряда вон выходящее. «Это значит, — сказал Стимсон, — что опыт в пустыне Нью-Мексико удался. Атомная бомба создана». Хотя мы следили за этими страшными исследованиями на основании всех тех отрывочных и скудных сведений, которые нам давали, нам заранее не сообщили (или, во всяком случае, я не знал) даты окончательных испытаний. Ни один ученый, обладающий чувством ответственности, не мог бы предсказать, что произойдет при первом атомном взрыве большого масштаба. Были ли эти бомбы бесполезными или они оказались всесокрушающими? Теперь нам это было известно. «Младенцы благополучно родились». Никто еще не мог определить ближайших военных последствий этого открытия, и никто еще не осознал его значения.

Американские военнослужащие перед Парижским клубом Красного Креста «Rainbow Corner» празднуют безоговорочную капитуляцию Японии. 15 августа 1945 г.

На следующее утро самолет доставил полное описание этого грандиозного события в человеческой истории. Стимсон привез мне этот доклад. Я рассказываю все по памяти. Бомба, или нечто схожее с ней, была взорвана на вершине вышки в сто футов. […] Взрыв был ужасающим. Колоссальный столб пламени и дыма вознесся к внешним пределам атмосферы нашей бедной планеты. В радиусе одной мили было абсолютно все разрушено. Так, значит, вот что даст возможность быстро закончить вторую мировую войну, а пожалуй, и многое другое.

В связи с этим президент пригласил меня безотлагательно побеседовать с ним. При нем находились генерал Маршалл и адмирал Лэги. До сих пор мы мыслили себе наступление на территории собственно Японии при помощи массовых воздушных бомбардировок и вторжения огромных армий. Мы предвидели отчаянное сопротивление японцев, сражающихся насмерть с самоотверженностью самураев не только на поле боя, но и в каждом окопе, в каждом укрытии. Перед моим мысленным взором вставал остров Окинава, где много тысяч японцев вместо того, чтобы капитулировать, встали в строй и уничтожили себя ручными гранатами после того, как их командиры торжественно совершили обряд харакири. Для того, чтобы подавить сопротивление японцев и завоевать их страну метр за метром, нужно было бы пожертвовать миллионом жизней американцев и половиной этого числа жизней англичан или больше, если мы сможем доставить их туда, ибо мы твердо решили также участвовать в этом испытании. Сейчас вся эта кошмарная перспектива исчезла. Вместо нее рисовалась прекрасная, казалось тогда, картина окончания всей войны одним или двумя сильными ударами. Я сразу же подумал о том, что японский народ, храбростью которого я всегда восхищался, сможет усмотреть в появлении этого почти сверхъестественного оружия оправдание, которое спасет его честь и освободит его от обязательства погибнуть до последнего солдата. […]

Исторический факт таков — и о нем следует судить в исторической перспективе, — что решение об использовании атомной бомбы для того, чтобы вынудить Японию капитулировать, никогда даже не ставилось под сомнение. Между нами было единодушное, автоматическое, безусловное согласие, и я также никогда не слыхал ни малейшего предположения, что нам следовало бы поступить иначе. […]

На территории собственно Японии царил хаос, и она была на грани краха. Дипломаты были убеждены, что только немедленная капитуляция по повелению императора может спасти Японию от полного развала, но власть все еще почти целиком находилась в руках военной клики, исполненной решимости скорее вынудить страну совершить массовое самоубийство, чем согласиться на поражение. Этих фанатиков не смущала страшная перспектива разрушения, грозившая им, и они продолжали верить в какое-то чудо, которое склонит чашу весов в их пользу. […] В конце концов было решено направить Японии ультиматум с требованием немедленной безоговорочной капитуляции ее вооруженных сил. […] Военные правители Японии отвергли эти условия, и ВВС США стали готовиться к тому, чтобы сбросить одну атомную бомбу на Хиросиму и одну на Нагасаки.

Фрэнклин Д. Рузвельт и сэр Уинстон Черчилль в резиденции Шангри-Ла (ныне Кэмп-Дэвид), штат Мэриленд. 14 мая 1943 г.

Мы договорились предоставить жителям все возможности спастись. Эту процедуру мы разработали во всех деталях. Для того, чтобы свести к минимуму жертвы, 11 японских городов 27 июля были предупреждены листовками, что они подвергнутся усиленной бомбардировке с воздуха. На следующий день на 6 этих городов были совершены воздушные налеты. Еще 12 городов получили предупреждение 31 июля, и 4 из них подверглись бомбардировке 1 августа. Последнее предупреждение было сделано 5 августа. В общей сложности сверхмощные «летающие крепости» сбрасывали полтора миллиона листовок в день и три миллиона экземпляров ультиматума. Первая атомная бомба была сброшена 6 августа.

ALIEN
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»