18+
// Блог

«Первый советчик и друг»: К юбилею Виктории Шамликашвили

Публикация подготовлена совместно с Катерина Гордеева

Сегодня еще один юбилей. Мецената Викторию Шамликашвили, нашего друга и советчика, попечителя фонда «Антон тут рядом», благотворителя фонда «АдВита», попечителя «Академии танца Бориса Эйфмана», а также спонсора ряда кинопроектов и многих, многих других культурных, образовательных, благотворительных проектов, поздравляют друзья на сайте «Сеанса».

Виктория Шамликашвили

Елена Грачева

Не помню, при каких обстоятельствах я познакомилась с Викторией Автандиловной, — кажется, нас представила Катя Гордеева на концерте «Желтые звезды» в Филармонии, но не удивлюсь, если это случилось гораздо раньше. Совершенно точно знаю, что к тому моменту Виктория Автандиловна уже много лет помогала фонду «АдВита». Особенностью ее помощи было то, что она (при всей сумасшедшей занятости), с одной стороны, была подписана на сугубо техническую рассылку про то, в какой больничке какая стиральная машинка сломалась и какому ребенку внезапно нужна прогулочная коляска, а с другой —была верный друг и советчик, когда речь шла о стратегии развития фонда, о мучительных поисках дороги, по которой уйти.

Елена Грачева

Такие «универсальные» друзья-помощники, чтобы и в главном, и в малом, — невероятная редкость. Редкость в том, как человек вникает в то, что ты делаешь. Редкость в том, что всегда можно описать состояние дел, как есть, не изобретая способы смягчить сказанное. Редкость в том, что всегда можно признаться в том, что не понимаешь или не получается, и размышлять и искать дорогу вместе. Если бы не Виктория, мы никогда не решились бы на создание эндаумента, никогда не увидели бы каких-то вещей, которых не заметны, пока сидишь внутри. В общем, спасибо дорогой Виктории за то, что она есть и есть с нами — и со всеми, кому она помогает. С днем рождения, и пусть все получится.

Борис Эйфман

Мое знакомство с Викторией состоялось во второй половине 2000-х годов. В то время она руководила компанией «Петербург Сити», занимавшейся созданием многофункционального комплекса «Набережная Европы» (в его рамках должен был появиться Дворец танца — новый мировой центр хореографического искусства). Необходимо отметить, что тогда проект находился в активной стадии, в его реализации был достигнут существенный прогресс. Именно в этот период Дворец танца становится подлинной смысловой и архитектурной доминантой пространства, расположенного между набережной Малой Невы и проспектом Добролюбова. Впоследствии концепция освоения данной территории неоднократно менялась. В 2012 году возникла идея строительства судебного квартала, а в 2019-м были озвучены планы по созданию Арт-парка. Однако статус Дворца танца как ключевого элемента проекта во всех случаях оставался неизменным. Я считаю, что в подобном осмыслении значения новой сценической площадки для городского пространства есть несомненная заслуга Виктории.

Борис Эйфман. Фото: Сергей Киселев

Виктория всегда оставалась и близким другом театра и Академии танца, и меценатом, оказывающим труппе и нашей балетной школе неоценимую поддержку. Незабываемы, к примеру, триумфальные гастроли в Лондоне в апреле 2014 года, состоявшиеся при ее активном финансовом участии. Также благодаря содействию Виктории театром были сняты и выпущены на DVD такие фильмы-балеты, как «Анна Каренина» и «Братья Карамазовы». Последняя картина, к слову, в этом году демонстрируется на больших экранах России, США, Канады, Великобритании. Виктория также является инициатором создания и председателем попечительского совета специализированного фонда целевого капитала, основанного для обеспечения полноценной жизнедеятельности Академии танца — социально ориентированной балетной школы инновационного типа. Виктории присущи удивительная щедрость, широта души, отзывчивость. И принципиально важно то, что наша дружба с ней базируется не на меркантильных интересах (ведь они, в конечном счете, сиюминутны), а на искреннем стремлении поддерживать живую связь с таким добрым и светлым человеком.

Александр Зельдович

Как и другие сферы, которые находятся на периферии государственного бюджета, культура, как и хосписы (в наше время есть что-то общее) поддерживается независимыми агентами, которые, в сущности, и являются гражданами той воображаемой России, которая никогда в гражданах не нуждалась, но, возможно, когда-нибудь будет нуждаться. Виктория Шамликашвили относится к этой не слишком многочисленной группе соотечественников. Ее усилия, впрочем, мало заметные постороннему глазу, тем более высоки, что, на первый взгляд вполне безнадежны. Но в конечном счете — спасительны. Была история про покинутый аэродром в Заполярье, охранять который был оставлен один уволенный в отставку прапорщик. И этот прапорщик на протяжении многих лет зачем-то каждый день чистил никому не нужную посадочную полосу. И спустя годы эту полосу нашел на картах терпящий бедствие пассажирский самолет и сел на нее, хотя шансов, что она в рабочем состоянии не было никаких. Но она была в рабочем состоянии.

Александр Зельдович

Виктория в каком-то смысле как этот человек. В сегодняшнем контексте те культурные побеги, которым она помогает существовать — не очень то и нужны. Но они создают необходимый всем кислород. Мы им дышим. А побеги вырастут. И кислорода станет больше. И дышать будет легче. И головы станут яснее. И жизнь рано или поздно начнет налаживаться! С днем рождения, Вика!

Любовь Аркус

Спустя примерно год, как я поступила на службу редактором киностудии «Ленфильм», в лексиконе сотрудников появилось сначала слово «хозрасчет», а затем слово «спонсор».

От «хозрасчета» веяло чем-то советским: бухгалтерскими нарукавниками, деревянными счетами, складами и накладными на синей копирке. «Спонсор» было слово круглое, новомодное, загадочное. Произносили его с придыханием, чем дальше, чем чаще — и вскоре стало ясно, что без помощи «спонсора» студии никак не справиться с этой новой ситуацией «хозрасчета». Когда мне объяснили значение этого слова, я поняла, что в русском языке такое слово уже было: прекрасное «меценат» — чем не угодило?

Впрочем, на меценатов те, кто тогда давал деньги на кино, похожи не были. Это потом все станет понятно про «отмывание» денег, про то, зачем и кому их нужно было «отмывать», и какой поток кино-хлама принесло это явление… Для него даже придумают термин «кооперативное кино».

Впрочем, в какой-то момент все стало очень медленно и очень постепенно меняться.

Любовь Аркус

Деньги на культуру, науку, образование, городскую среду начали поступать от людей очень богатых, и не очень богатых, а иногда и среднего достатка. Если, конечно, речь не идет о патриотическом воспитании, с нашим министерством культуры, в сущности, без спонсорских денег можно сделать только ну ооочень малобюджетные фильмы, спектакли и выставки. Науку (да и то не всю) отчасти спасают гранты, фонды. Так и ведь и там все те же частные деньги.

Мне почти всю жизнь с этим не везло. В качестве «спонсоров» журнала «Сеанс» выступали в особо кризисные моменты друзья. Так что впервые живого мецената я увидела в январе 2013 года — в преддверии открытия фонда «Антон тут рядом». Мне позвонила милая дама, и, к стыду своему, я даже не поняла, кто это. Оказалось, что на аукционе проектов именно она сделала первый вклад в фонд, и позвонила мне, назначив встречу в лобби гостиницы «Астория».

История Фонда только начиналась, это была моя первая встреча, и я очень хорошо помню, как нелепо я себя чувствовала в этом лобби в ожидании встречи. Она опаздывала. Она очень опаздывала. Может быть, еще поэтому, когда, наконец, с шумными извинениями она появилась у столика, я почувствовала, что совсем не способна к нормальному разговору.

«Ну, рассказывайте!», — радостно предложила она.

«О чём?», — ответила я.

«Как о чем? О Центре, о Фонде, презентация мне понравилась, но ведь в презентации не все скажешь…»

Сказать, что я отвечала скомкано, путано, косноязычно — ничего не сказать. Примерно минут через пятнадцать возникло стойкое ощущение, что остается только извиниться, предложить ей забрать обратно свой первый взнос, и тогда мой замок на песке уж точно рухнет, не дожидаясь начала этого безумного строительства. И вдруг она сказала: «Люба, Вы можете не отвечать ни на какие вопросы. Я могу просто помогать Вам какое-то время, пока Вы не определитесь. Но это не будет конструктивно. Вам ведь, как я вижу, нужны не только деньги. А может быть, и не столько деньги. Вам предстоит с нуля отстроить, по сути, компанию, и для этого нужны менеджерские, юридические и прочие навыки. Так что моя помощь может выражаться не только в деньгах. Но это только мое предложение, а решение за Вами».

Виктория Шамликашвили

С этой минуты и по сей день, когда я пишу этот текст, Вика — наш первый советчик и друг, без которого (здесь нет ни малейшего преувеличения) никакого «Антон тут рядом» бы не было. Без нее не принимаются не только никакие важные решения, но и в самые мельчайшие тонкости, в которых мы чувствуем себя часто дураками, она находит время и силы входить.

Когда из-за новой политики Минкульта и моего отсутствия в «Сеансе», в журнале начался свирепый кризис, она включилась по-настоящему и в боевую операцию «Спасение журнала „Сеанс“». И опять не только тем, что несколько самых тяжелых месяцев оплачивала пополам с другом Сельяновым наши счета, не только тем, что поддержала «Чапаева» и двухтомное издание выдающего труда Миши Трофименкова «Красный нуар Голливуда». Но и всевозможными советами по разным поводам. Можно со всей уверенностью сказать, что в нашей жизни шесть лет назад появился меценат, который очень скоро стал нашим другом.

Есть простое и очевидное достоинство в деловых с ней отношениях. Очень часто меценаты (или благотворители) дают деньги и не интересуются тем, как они будут потрачены. И в таких случаях этими деньгами распоряжаются не художники, ученые, издатели, режиссеры, создатели благотворительных фондов и некоммерческих организаций — потому что среди них ничтожно мало эффективных менеджеров. Так, немалая часть средств, бывает, просто улетает в трубу — от элементарной некомпетентности. Не так с Викторией. Вместе с помощью ты получаешь еще и ценнейший консалтинг.

Я уверена, что институт меценатства у нас развивается медленно не потому, что одни проявляют скупость, а другие недостаточную активность. А потому, что отсутствует культура «оказывать помощь» и, не меньше того, «принимать помощь».

Возможно, потому что искренняя потребность помогать, и природная способность к благодарности предполагают прежде всего взаимное уважение. Именно уважение.

С Викторией оно по умолчанию основа всей совместной деятельности и взаимоотношений.

Спасибо, и с днем рождения!

Proskurina
Allen
Каро
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»