Битва на небесах


Завтра. Реж. Андрей Грязев, 2012

Несмотря на настойчиво предъявляемую в кадре достоверность, всё показанное Андреем Грязевым в фильме о Войне — ложь и не отражает предмета съемок. Показано многое, пропущено главное.

Стоит, наверное, оговориться, что Андрей — очень честный режиссёр, и речь идет не о лжи как таковой, а об отсутствии в его произведении художественной правды. В документальном авторском кино монтаж и последовательность эпизодов — единственное, в чем проявляет себя автор.

За последние полтора года с Войной произошло довольно много всего. Лишение свободы, объявление в розыск, несколько акций, связанных с прямой агрессией против полиции — всё это эскалация хаоса, в котором живет Война. Это само по себе могло бы стать прочной основой сюжета — драматическое развитие каждого из героев происходит прямо на глазах, ни одного мгновения они не находятся в покое. Но в фильме они не меняются. Получился фильм-портрет, отсюда, видимо, и хронологические неточности — можно предположить, что режиссёра интересовал не реальный порядок событий и не их суть, а общее впечатление, которого он добивался.

Камера полтора года следила за активистами, наблюдая их в самых разных ситуациях. Она наверняка видела и самые неприличные проявления, и некрасивые поступки, и бессилие, и ликование, и пьянство, и хамство, но ничего из этого в фильм не вошло. Странно, конечно, упрекать режиссера в том, что он не снял пасквиля. Но если бы это было чуть более спорное, скажем так, произведение — было бы что обсуждать.

Возможно, мы найдем этому объяснение, проследив творческий путь Андрея Грязева. Андрей, как известно, тренер по фигурному катанию, увлекшийся кинематографом, который он называет своим хобби. Свой метод режиссёр пояснял в интервью: откатавшись всё детство, юность и молодость на коньках, он захотел увидеть что-то за пределами льда.

Начал снимать в ВКСР с дипломной короткометражки про странного чудака, который заливает пол в квартире водой, чтобы сделать каток.

Андрей, правда, очень честный режиссер.

Назвал «Ледниковый период». Это игровое кино, постановочное, то есть полностью зависящее от фантазии автора и содержания его внутреннего мира. К счастью, продолжать эту линию в своем творчестве режиссер не стал.

Стал снимать поденных рабочих, с которыми познакомился в Москве на стройплощадке. Поскольку камера исправно наблюдала, а приёмами монтажа Грязев уже владел, получилось, опять же, честное и ладное кино про двух бедолаг-гастарбайтеров из заброшенного шахтерского городка: «Саня и Воробей». Ленту заметили, надавали ей призов на фестивалях в Австралии, Польше и других местах. Продолжение он снял про них же, но в фильме «День шахтёра» уже присутствовал политический подтекст — сцена секса наркоманов монтировалась встык с выступлением Путина по телевизору. Это был многообещающий ход — Андрей обратился напрямую к референтной группе, к аудитории своих фильмов, и предстал перед ней как человек с принципами и убеждениями. И как человек честный — наркоманы же действительно трахались, а Путин действительно выступал.

Что делает Андрей дальше? Он решительно прислушивается к себе: героев надо искать в интернете. И когда Лёня Ёбнутый взбегает по крыше автомобиля ФСО с пластмассовым ведром на голове, Андрей понимает, что героев он нашёл.

Завтра. Реж. Андрей Грязев, 2012

Простой и честный парень не вызвал у группы подозрений, они впустили его в свою жизнь и разрешили снимать всё, а он взамен должен был документировать и монтировать всё значимые для группы события. Творческий почерк Андрея, в частности, заметен в документации акции «Дворцовый переворот» — идея с мячиком, который закатился под полицейскую машину и который надо достать любой ценой, чтобы дети в России не плакали, принадлежит ему. Такая креативная подача не спасла активистов от тюрьмы, но позволила обществу проглотить четкую и агрессивную акцию — а точнее, превратила её из документации факта прямого нападения на полицию в милое кино про малых деточек. Ровно то же самое Андрей сделал и с фильмом о группе Война.

Андрей поясняет, что его фильм — про людей. В центре внимания — Коза. Она действительно красивая, но у Грязева она уже просто какая-то Водянова, а когда моет Каспера в душе, то вообще хоть отдавай скриншот в журнал «Счастливые родители». Вор — милый шалопай, подросток, который просто тырит продукты из супермаркета и прыгает по припаркованным машинам. Лёня — крепкий орешек — дан и вовсе скупо. Человек он закрытый, раскрыть героя, видимо, не вышло.

В сухом остатке мы имеем месседж для Берлина: радикальные художники тоже люди, а каждая мать любит своего ребенка, даже если таскает его с собой на митинги. (В общем, не про людей, а про тожелюдей). А еще они хорошие и спасают замерзающего дядю на улице — это большой и жирный эпизод. Тут Андрей пережал — группа Война, как бы это получше сказать, не тимуровцы.


Трейлер к фильму «Завтра». Реж. Андрей Грязев, 2012

Чтобы объяснить суть претензий к документальной работе «Завтра», нужно согласиться хотя бы в том, что искусству постмодернистского периода свойственна трансгрессия — нарушение границ, которое постоянно практикует Война в искусстве и в жизни.

Но искусство Войны режиссера, похоже, не заинтересовало — все, что в фильме касается акций, мы уже видели в интернете. Монтируя свой бесценный материал, он применил тот же подход, что и к шахтерам: фильм должен быть круглым, складным, показывать разные аспекты жизни героев, быть достоверным, и ему нужна хорошая концовка. Почему бы не использовать самую популярную акцию Войны, раз уж она есть в материале? И действительно: в конце фильма пафосно и торжественно, как неродной, встает Литейный Хуй.

Олег Воротников как-то говорил про Бренера. Акции у Бренера уже много-много лет одни и те же — прийти в галерею на открытие какой-нибудь выставки и измазать всё вокруг говном, успев до прихода полиции. Поначалу каждый раз был скандал, потом сообщество решило Бренера просто игнорировать, а пресса объявила ему бойкот.

Олега восхищает именно то, что Бренер не получает от своих акций никаких дивидендов. Наоборот, статус сумасшедшего, тупого, отвратительного: его перестают пускать на порог, а он всё равно продолжает их делать. В этом Олегу видится подтверждение того, что Бренер делает настоящее искусство.

Надо сказать, что Олег исправно внедряет этот подход и в свою жизнь — Войне живется чем дальше, тем хуже. А с рождением Мамы Ненаглядной (так они назвали сестру Каспера Ненаглядного, провозгласив появление нового рода людей Ненаглядных) вообще непонятно, что будет: мама в розыске, папа в розыске и под заочным арестом, жить негде, холодно, голодно, обогреваются исключительно подожженными автозаками — в общем, все звезды указывают на то, что надо продолжать делать акции. «Зажечь вокруг себя беду» по Хармсу — Олегова любимая цитата.

И вот про этих людей Андрею каким-то загадочным образом удалось снять комфортный продукт, парадный портрет, который удобно обсуждать в гостиных.

Сопоставляя реальную жизнь и акции Войны с тем, что и как нам показывают в этом беспроигрышно успешном фильме, мы получаем два абсолютно противоположных подхода к искусству: простота хуже воровства.


Читайте также

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: