Рецензии

Если не Смауг, то кто?


Хоббит: Битва пяти воинств. Реж. Питер Джексон. 2014

Первыми, как известно, уходят лучшие, самые яркие и красивые. Картина открывается десятиминутным полетом Смауга. Шестьдесят лет чахнувший на злате в гномьих пещерах дракон расправляет, наконец, во всю ширь затекшие крылья и квартал за кварталом слизывает языками пламени ненавистный Озерный город.

Вот оно, как поет группа «АукцЫон», счастье, я прилетел. «Битва пяти воинств» — дембельский аккорд Питера Джексона, который в общей сложности пятнадцать лет пробродил по Средиземью и неоднократно норовил из него выйти. В минуты душевной слабости пробовал сдать проект Дель Торо или Бломкампу, как Фродо — проклятое кольцо Гэндальфу во «Властелине колец». Но всякий раз возвращался на ту же заколдованную тропу, как Бильбо в Лихолесье. Девочек дайте, вслух почитайте, где стюардесса, разрешите курить, снять что попроще. В 2016-м ждем новую работу режиссера — «Приключения Тинтина: Узники Солнца», мультфильм про необыкновенного мальчика и его собаку.

Дерзкий полет дракона прерывается, как и положено короткому безудержному счастью после долгой тоски, коварным выстрелом: стрела находит дырочку в неуязвимой, как представлялось самонадеянному Смаугу, стальной чешуе. Прореха в свой черед обнаруживается и в режиссерской броне Питера Джексона — в заключительной части, где презентуется то, ради чего все мы здесь как будто собрались, собственно, битва пяти воинств. Да, она сделана не хуже, чем аналогичные эпизоды «Властелина колец» 12-летней давности. Но проигрывает по азартному монтажу хотя бы и конной битве в новом «Исходе» Ридли Скотта (при том, что от Скотта, в отличие от Джексона, особо ничего не ожидалось). Летят боевые крылатые мыши, бегут ездовые кроли, бредут великаны с головами-кувалдами, скачут на хряках гномы, ползут черви-оборотни. Но куда им всем, положа руку на сердце, до величественного выхода боевого олифанта в «Возвращении короля».

Хоббит: Битва пяти воинств. Реж. Питер Джексон. 2014

Вожди-союзники надолго застывают в объятиях друг у друга посреди сечи, будто на советских полотнах маслом «Товарищ Сталин встречает товарища Ворошилова на передовой»; стрелы, раз такое дело, замирают в воздухе. Дуэль главных оппонентов, в свою очередь, обставлена, как коронный выход почтенных оперных теноров: пока эти двое не выведут все положенные рулады, гусары из массовки тактично смолкают, а время останавливается. Орды врага повергает в смятение атака крошечного отряда крошечных гномов, которых только зритель и может разглядеть среди долговязых эльфов и массивных орков. Добавить сцене сколько-нибудь убедительности не способны даже эпические струнные композитора Говарда Шора.

Плохая война хуже худого мира. «Битва пяти воинств», к счастью, и не про войну, а про то, как в самой безнадежной и непролазной грязи нащупать, слепить, попытаться уберечь мир. «Хоббит», который на протяжении первых двух частей не претендовал стать сном о чем-то большем, нежели семейная сказка, на финише оборачивается первоклассным политическим триллером. Допустим, таковой сейчас легко разглядеть в каждом первом молодежном фэнтези, будь то «Белоснежка и охотник» или «Голодные игры». Но в «Битве» конструкции куда более основательны, реальность узнаваема, авторский взгляд трезв и совсем не сентиментален (попсовую лирическую линию с участием Леголаса, Тауриель и Кили Джексон безжалостно рубит, не видать нам деток-килек).

Хоббит: Битва пяти воинств. Реж. Питер Джексон. 2014

«Битва пяти воинств», чему не приходится радоваться, как родная натягивается на геополитический глобус хоть предвоенного мира 75-летней давности, хоть сегодняшнего. Убийство общего врага-дракона, пускай на миг и представляется освобождением, оказывается только поводом для остервенелой свары в стане победителей. Благородный изгнанник, под триумфальный народный рев возвратившись на родину, вскоре превращается в тирана-параноика, и иногда проклевывающиеся в нем остатки человечности не должны никого обманывать — как «глаза такие ласковые-ласковые» у фольклорного Ленина. В нормальное состояние одержимого «драконьим недугом» Торина Дубощита авторы возвращают явно неохотно — поэтому получается не убедительно. Кумир оппозиции, умница с ясными глазами, придя к власти, оставляет при себе идеолога предыдущего режима, представителя той попахивающей серой формации, которая выживает везде и всегда — просачивается ртутью, прошмыгивает в игольное ушко, звеня накладными сиськами, набитыми деньгами. Одна надежда на честного обывателя Бильбо, самого приземленного и здравомыслящего персонажа среди волшебников, эльфов и фей, но и самого, увы, небывало-сказочного. Поскольку не-книжный Бильбо, пока мир за окном летит к чертям, к походам на край земли и выходам на площадь не расположен, сидит дома и втыкает в сауроново око государственного ТВ.

В какой-то момент точность авторского анализа страстей политических настолько, без дураков, впечатляет, что возникает романтический соблазн сперва спроворить Джексону Нобелевскую премию мира, а затем делегировать его в председатели земного шара (так Гумилев за несколько месяцев до расстрела сочинил доклад «Государственная власть должна принадлежать поэтам»). Однако впоследствии отрезвляют как явные косяки (невесть куда укатывается из сюжета принципиально важный камень раздора Аркенстон), простительные для кинорежиссера, но не для вершителя судеб, так и отсутствие сколько-нибудь позитивного сценария развития дальнейших событий.

Послевоенные сумерки в финале «Битвы» набухают мраком грядущего «Властелина колец». Мизантроп Джексон пускает под нож больше гномов, чем гуманист Толкиен. Печальнейшая сказка с возрастным цензом 6+, про которую маленькому зрителю никак не скажешь, что все кончится хорошо. Ну, «Хоббит» — возможно, оптимальный пропуск в реальность.


Читайте также

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: