Поддержать «Сеанс»
Станислава Лаппо
Станислава Лаппо

Праведник как ребенок


Франц Биберкопф. «Берлин, Александерплац», 1980, «Кулачное право свободы», 1975;
Вальтер Кранц. «Сатанинское зелье», 1976,
реж. Райнер Вернер Фассбиндер

Франц Биберкопф. Рабочий. Отсидел четыре года за убийство любовницы. Выйдя из тюремных ворот, он оказался в новом мире — в Берлине конца 20-х годов. Город меняется с безумной скоростью. Антиутопический город-машина, он подавляет живое в своих гражданах, обращает человечков в шестеренки — с тем чтобы затем их пожрать. А наш герой — сама наивность и честность, и нет у него той дубленой шкуры, которая наросла у прочих жителей мегаполиса, эволюционировавших вместе с ним. Если они порою и задумываются о странностях своего бытия, то редко, вернее — никогда; Франц же охвачен первобытным ужасом. Человек без скафандра, без одежды, без кожи. С детскими глазами. «Я всегда хочу оставаться честным!» — твердит главный герой «Берлин, Александерплац». Но здесь это невозможно. Весь ужас страны сосредоточен в ее лживой столице. Здесь разруха и полный упадок, здесь большинство голодает без работы — за марку человек готов убить ближнего. С удивлением глядя в глаза этих людей, он недоумевает, как такое может твориться. Люди, словно обезумевшее овечье стадо, бегут вперед, паникуя до икоты. Пройдя все круги ада (у Фассбиндера их четырнадцать, Данте был на пять кругов милосерднее), потеряв руку, любовницу
и душу, Франц повзрослеет и станет столь же послушен, как прочие. Но это уже будет Берлин начала 30-х. Другое дело Франц Биберкопф из «Кулачного права свободы». До последней минуты он не осознает ужаса, кольцами извивающегося вокруг него. Беспечный Франц выигрывает в лотерею — и тут же на запах денег слетаются те, кому до Франца нет никакого дела. Вытянув все до последней марки, они бросают его подыхать, как забитую собаку. Последние пфенниги выгребут уже из карманов трупа пробегавшие мимо детишки. Не имея иммунитета ко злу и приняв чересчур большую его дозу, Франц погибает грязной и страшной смертью. Не справился, не образумился, не повзрослел.

Кулачное право свободы, 1975, реж. Райнер Вернер Фассбиндер

Главный урок невзрослеющим оболтусам Фассбиндер, впрочем, дает не «Кулачным правом свободы», а «Сатанинским зельем» — фильмом о мальчике, которого жизнь никогда не била и не заставляла быть мужчиной. Он просто переходит «из рук в руки»; и характерно, что руки эти сплошь добрые, заботливые и любящие. Трагедия «женского воспитания»: мама с сына сдувает пылинки, юнец растет, и вот уже жена ходит перед ним на цыпочках, а он, знай, покрикивает да притопывает, что капризная красавица. И вот из-за одной из его прихотей супруга погибает. Кто виноват больше — наивный эгоист, как будто не имеющий понятия о зле, или те, кто испортил его своей слепой любовью. Да, конечно, детей нужно любить. И потому — не стоит бояться, что они научатся чему-то сами, когда проведут своей уже не такой уж нежной ладошкой по грубоватой шерсти зверя, именуемого «жизнью».

дата первой публикации

Читайте также

Нашли ошибку?
Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

18+

правила пользования и политики конфиденциальности

Разработка сайта: 101media

2026 © Seance

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам:

Отправить