18+

Подписка на журнал «Сеанс»

26 ОКТЯБРЯ, 2009 // Блог

Кинокадры

На этой неделе в Петербурге открывается сразу две — 28 октября в галерее Bulthaup, 29 октября в «Доме кино» — выставки Никиты Павлова, фотографа, чей почерк во многом определил сегодняшний облик журнала «Сеанс». Мы приглашаем на выставки всех читателей журнала и публикуем в блоге написанное Любовью Аркус вступительное слово к готовящемуся в «Сеансе» фотоальбому Никиты.

Алексей Герман. Фотография Никиты Павлова

Никита не пришел в редакцию, а возник в ней, материализовался, воплотился из воздуха. Потом стало понятно, что это характерно для него — не то, чтобы, как все люди, открыть дверь, поздороваться, войти и сесть, к примеру, в кресло. Нет, с ним не так: вот не было Никиты, поворачиваешь голову, а он уж стоит у полки с книгами и их перелистывает, или корпит за компьютером, или тихонько что-то шелестит по телефону. Если нет срочного дела, то через минуту уже забываешь о его присутствии — в жизненном пространстве он легче воздуха и незаметен как воздух.

Почему я об этом пишу? Мне кажется, это как-то объясняет важное для меня качество Никитиных съемок: отсутствие напряжения в лицах его героев, чудная естественность их существования в фотокадре; как будто они забыли о съемке, не слышат щелчков и не замечают вспышек; как будто они забыли про то, что «я сегодня выгляжу не очень», про годы, усталость и вообще необходимость «сделать лицо». Никита ласковый и вкрадчивый, как хороший детский доктор, но дело не в том, что он работает с «подходцем» и тем нивелирует искусственность ситуации (а ситуация фотосессии в любом случае искусственна, даже для профессионалов). Дело в том, что этот самый «подходец» сам Никита и есть: дружелюбный к героям, напрочь лишенный в отношении к ним предвзятости, не хищный охотник за мгновением, а терпеливый посредник между человеческим лицом и камерой.

Александр Родионов. Фотография Никиты Павлова

Я люблю его камеру, потому что она человечна, и тем самым мудра. Ни один из его портретов не претендует на то, чтобы исчерпать человека, очертить границы его мира, его внутреннего пространства. Я люблю его портреты, потому что они никогда не приговор, никогда не сплетня, никогда не претензия на истину. Зазоры и пустоты меж тем, каким мы видим человека и тем, что сокрыто от наших глаз — входят в условие задачи и являются ее решением. Для меня — правильным.

Алишер Хамидходжаев. Фотография Никиты Павлова

Вообще-то он импрессионист, который пишет набережную в эту погоду, переулочек в это время суток, женщину сейчас влюбленную, мужчину, который в замешательстве, ребенка, разгоряченного игрой. Никита снимает человека в этот данный момент его жизни — портретируя состояние, в котором с той или иной мерой допущения можно догадываться о характере, судьбе и биографии. Зона мерцания этой догадки иногда велика, иногда не слишком, но она всегда есть — и это самое важное для меня в Никитиных фотографиях.

Я плохо себе представляю постановочную съемку Никиты. Волею случая заделавшись репортажным портретистом (за год для проекта «Сеанса» — более ста фотосессий участников российского кинопроцесса) — он довольствовался тем, что диктовали житейские и рабочие обстоятельства героев: места действия — двор, улица, кафе, офис, гримерка, курилка, площадка, монтажная… Его камере не помеха ограничения — по времени: иногда у героя 10 минут между съемками и репетицией; по пространству — бывало и так, что возможность снимать была предоставлена только в автобусе до аэропорта.

Сергей Соловьев. Фотография Никиты Павлова

Мне кажется, что в серии репортажных портретов кинематографистов нулевых годов XXI века ему удалось портретировать время. Представьте себе такую книгу о людях, делающих кино в 30-е годы или во времена оттепели. Они ведь тоже были очень разными, но мы и без датировок узнали бы по их лицам, к какому времени они принадлежат. Время накладывало на них свой отпечаток, время объединяло их.  Что объединяет эти, такие разные лица книги Никиты? Ничего. Они все выглядят пришельцами из разных эпох, каким-то чудом оказавшимися соотечественниками, современниками и коллегами по ремеслу. Получился групповой портрет безвременья, коллективный портрет одиночества, когда ты один на один с собою, с ремеслом, с необходимостью это безвременье преодолевать и воплощать его в художественный результат. И то ли платить за это подчас непомерную цену, то ли соглашаться с тем, что задача невыполнима. И потому, на мой взгляд, это не каталог выставки, а книга Никиты Павлова о русском кино нынешнего момента — грустная, нежная, сострадательная.

поддержать
seance
Чапаев
Библио
Потенциал
СОфичка
Осколки
БокОБок
Malick
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»