18+

Подписка на журнал «Сеанс»

17 ФЕВРАЛЯ, 2016 // Рецензии / Фестивали

Берлин-2016: Гений упрямится

В берлинском конкурсе — фильм про Томаса Вулфа и Максвелла Перкинса британского театрального постановщика Майкла Грандажа. Наталья Серебрякова пишет о сложностях редакторско-писательских отношений.

«Гений». Реж. Майкл Грандаж. 2016«Гений». Реж. Майкл Грандаж. 2016

Максвелл Перкинс (Колин Ферт) — усталый редактор, который носит шляпу даже с пижамой, а авторские труды вычитывает, сидя в кладовке (потому что все другие помещения заняты его многочисленными дочерьми). В руки ему попадает рукопись молодого, но уже зарекомендовавшего себя Томаса Вулфа (Джуд Лоу). Гений, между тем, сидит на мели, и, получая сто долларов в качестве аванса за публикацию новой книги, танцует от радости. Но тысячу страниц необходимо сократить до трехсот, и борьба разворачивается за каждую строчку. Дело осложняет еще и ревность молодой жены Вулфа (Николь Кидман), обделенной писательским вниманием: она склонна к истерикам, театрально совершает попытку самоубийства, а однажды даже приносит в редакцию пистолет.

«Гений» — полноценный режиссерский кинодебют театрального постановщика Майкла Грандажа (в кино он делал только сериал «Электронные жучки», в 90-е). Взять лучших британских актеров — Ферта и Лоу (Кидман год назад играла у него в спектакле; ее возвращение на театральную сцену тогда громко обсуждалось), и сделать большое британское кино (насколько британское кино вообще может быть большим), ему не составило особого труда. Получилось как минимум очень убедительно. Ближе всего «Гений» к картинам оскароносца Томаса Хупера, и будет неудивительно, если осенью заговорят о номинации по меньшей мере для Ферта — фильм Грандаджа можно смело ставить в ряд хотя бы с «Король говорит!». И еще один плюс: такой самоотверженной игры от Николь Кидман не добился даже Вернер Херцог в прошлогодней «Королеве пустыни» (конкурс Берлинале-2015).

Грандаж крупными штрихами выводит отношения «автор-редактор» со всем свойственным этим профессиям буквоедством. Например, в фильме есть упоительная сцена, в которой Вулф описывает, сколько может быть оттенков у слова «розовый». Диалоги и монологи в «Гении» выстроены настолько блестяще, что даже ребенок поймет, почему Скотт Фицджеральд был обижен на Томаса Вулфа. Взрослый, впрочем, тоже порадуется чистоте адаптации романа А. Скотта Берга — сценаристом Джоном Логаном («Авиатор», «Скайфолл»).

Ближе к концу фильм меняет интонацию и превращается в настоящую драму, что вышло, пожалуй, не столь удачно — с момента, когда Вулф попадает на больничную койку, начинаешь ерзать в кресле и поглядывать на часы. Еще и досадная для знатоков литературных биографий выдумка: Вулф умер, не приходя в сознание; в «Гении» же он с туберкулезом мозга открывает глаза, чтобы тут же попросить карандаш. Что ж, любая редакторская работа (а Грандаж хороший редактор) требует каких-то компромиссов.

Библио
Skyeng
Чапаев
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»