18+
27 АВГУСТА, 2014 // Эссе

Якутский мир Алексея Балабанова

В продолжение разговора о «Реке» публикуем материал якутского кинокритика Майи Романовой, которая познакомилась с Алексеем Балабановым в детстве — ее отец, режиссер Алексей Романов, принимал участие в работе над картиной.

Декорация к фильму «Река» в КандалакшеДекорация к фильму «Река» в Кандалакше

Алексей Балабанов был скромным, немногословным, странным человеком. Для многих он был «чужим», «мрачным», «расистом», «мизантропом». После его смерти эти многие заговорят о нем, как о настоящем, честном, талантливом режиссере. Вдруг они все станут пересматривать фильмы, читать интервью, воспоминания… Потеря для отечественного кино внезапно стала сокрушительной, и оказалось — больше некому снимать «балабановское» кино: правдивое и сакральное, обнаженное, чувствительное до грани душевного смятения и, самое главное, пронизанное откровенной болью самого режиссера. Он ушел и оставил после себя притчевые истории, в которых память и настоящее и есть главные герои. Он все время пытался найти «героя нашего времени», и незаметно, неизвестно для себя, сам стал таким героем. Режиссер Балабанов — герой нашего времени, аналитик человеческой души и провидец, «пульсирующая вена» каждого отрезка жизни России.

По образованию переводчик, поначалу режиссер-документалист, Алексей Балабанов сохранит дипломатичность первой профессии в своем киноязыке: его камера воссоздает мир предельного реализма и широкой межкультурной коммуникации. По словам киноведа Кирилла Разлогова, Балабанов обладал удивительной открытостью разным культурам, он любил «странности» этих культур, умел видеть в этих культурах общее, то, что роднит все народы. Все мы люди в этой жизни — и, разные по цвету кожи, разрезу глаз, мы все одинаково чувствуем боль, страх, любовь и ненависть. Действительно, Балабанов на редкость тонко ощущал «кинематографичный» материал, будь то экранизация Кафки или малоизвестный рассказ польского ссыльного Вацлава Серошевского «Предел скорби», который ляжет в основу незавершенного фильма «Река».

Пожалуй, Алексей Балабанов стал единственным современным русским режиссером, который обратился к закрытой теме, особой культуре молчания, связанной со страшной болезнью — проказой, в старину унесшей сотни якутов. Фильм рассказывает о трагической жизни прокаженных, обреченных скрываться от людей в таежных якутских лесах. Отчего русский режиссер вдруг обратился к достаточно «экзотичному» материалу, к сложному драматическому сюжету о больных, покинутых, обездоленных людях? Как и Достоевского, его всегда интересовала тема «маленького человека», выживающего и бунтующего. «Балабанов был очарован восточным типом лица», — говорил Разлогов. Выходец с Урала, находящегося на границе европейской и азиатской части страны, Алексей Балабанов стал выразителем национальных настроений тех народов, с которыми соседствовал: русские, украинцы, башкиры, татары и не только. Он объездил всю страну — Дальний Восток, Сибирь, Курилы, Камчатку, Сахалин. Побывав на Севере Ямала и пожив с коренным малочисленным народом — ненцами, он познакомился с их бытом, культурой и обычаями. Уже тогда его заинтересовала эстетика северных народов. Но он видел не только их национальный колорит, но и нищету, заброшенность. Он считал, что надо снимать кино на Севере, где есть особая энергия, где другие люди. «Мне в Якутии очень нравится, и якутов я очень люблю. Правда, якутский язык не знаю. И когда якут — Герой Советского Союза, мне кажется, что это правильно», — скажет режиссер после выхода фильма «Кочегар».

Якутские актеры на съемках фильма «Река» Якутские актеры на съемках фильма «Река»

Кинокритики считают картину «Река» центральной и переломной работой Балабанова, которая значительно повлияла на дальнейшую фильмографию режиссера. После гибели якутской актрисы Туйары Свинобоевой съемки прекратились, не случилось той «Реки», которую надеялся увидеть режиссер. Сняли только треть запланированной картины, позже Балабанов смонтировал отснятый материал в 40-минутный фильм. Документально воссозданный старинный быт якутов, целостная картина жизни прокаженных, притчевый язык изложения, предельно драматическая трагедия «маленького народа» сохранились в этой короткой работе.

Балабанов метафизически «проживает» историю вместе с общиной прокаженных-изгоев, «чуждый» мир воплощен на экране как реконструкция прошлого наших предков. «Река» тянет нас к истокам, в языческое и сакральное действо, в котором генетические тени просыпаются в подсознании. Кажется, что мировоззрение режиссера находит параллели в нашей культуре: это не просто воссозданные быт и уклад жизни якутов, это «шаманская» способность заглянуть за черту, где тебя поджидают духи нижнего мира. Прокаженная община живет в единстве с природой, родная земля дает им пищу и кров. Балабанов наталкивает нас на мысль, что человечество нисколько не изменилось, поменялась только внешняя составляющая жизни, а внутри мы все такие же люди, гонимые «бесами», «прокаженные» грехами, мы — «наследственные» носители моральных пороков; ревность, жестокость, дурные поступки. Этот христианский мотив режиссера встретится и в фильме «Кочегар». Зрителя держит завораживающая энергия фильма, этнографический контекст здесь не самоцель режиссера, на передний план выходят первобытные инстинкты, борьба за выживание, замкнутый круг страстей, столкновение характеров.

Проказа — неизлечимая болезнь, которая не щадит никого, и лучшим спасением кажется смерть. У главной героини Мергень (Туйара Свинобоева) болит не тело, а душа. Глубоко внутри она затаила обиду на возлюбленного, и будучи не в силах больше держать свои страдания, она вершит «самосуд» над общиной пламенем огня. Осознав свой страшный грех против любимого, Мергень сама бросается в пылающий огонь. Огонь съедает всех прокаженных, остается только маленькая девочка Бытархай со спасшимся младенцем Анчик, жены возлюбленного Мергень. Духи воды, кормившие прокаженных, теперь дадут надежду на новую жизнь. Ребенок чист, безгреховен, его колыбелью станет сама Природа. Режиссер оставляет финал фильма открытым: лодка со спасенным младенцем плывет по течению реки, далеко в неизвестность, оставляя за собой боль, отчаяние, смерть… Образ младенца во власти водной стихии является архетипическим символом перехода от Хаоса к Творению.

Якутская юрта в КандалакшеЯкутская юрта в Кандалакше

Незавершенная «Река» станет импульсом для другой картины Балабанова. Образ младенца в лодке — это начало пути, замысел, дите режиссера, которое он лелеял все эти годы и наконец явил миру в «Кочегаре», как будто якутские духи завладели им и не давали творческого покоя. Наш земляк, актер Якутского академического театра им. П. А. Ойунского Михаил Скрябин, уже снимавшийся ранее «Грузе 200» и «Реке», блестяще сыграет в нем главную роль. В основу «Кочегара» ляжет произведение Вацлава Серошевского «Хайыылаах» («Каторжник»). В фильме мы видим мотивы из «Реки»: все тот же покинутый, но сильный духом человек, готовый отстоять любыми средствами самые главное: выбор между добром и злом, любовь к родине (он — Герой Советского Союза за Афганистан), любовь к дочери, ненависть… Переплетенное с животными чувствами насилия и крови, мести и коллективных приношений Злу, все вместе создает полотно отчаяния и тлеющей надежды. Метафора из неснятой картины отзвуком эха возвращается в фильме «Кочегар», где отрезвляющая энергия северной реки трансформируется во всеочищающий Огонь печи.

«Кочегар» — это катарсис режиссера, выносившего боль, страдания, муки, и, наконец, это душевный крик художника, превращающийся во вселенское Всепрощение. Он все сказал. Сказал о плохих и хороших, о рае и аде нашей земли. Вот они, вечные темы человеческого существования. Маленький якутский народ, который считали таким наивным и простым, диким и чужим, был для Балабанова самым близким и своим. Несчастный, незаметный, юродивый Якут в конце фильма становится мощным, красивым Героем. Мы вдруг заметили Якута-Кочегара, разглядели его настоящую душу, бездонное человеческое сердце. «Бей меня, но не очень больно» — реплика Керемес из «Кочегара» звучит болью человека любящего и всепрощающего, звучит как библейская заповедь: если тебя ударят по левой щеке — подставь правую. Кажется, будто фильм Алексея Балабанова — о Зле, на которое надо отвечать Добром.

Реквием по Алексею Балабанову? Он не нужен. Режиссер бесконечно существует в самой Жизни, а его герои рядом с нами, мы ведь все такие разные…

Коммивояжер
Бок-о-бок
Шерлок Кино ТВ
Лендок
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»