18+

Подписка на журнал «Сеанс»

20 МАЯ, 2009 // Блог

Умер Олег Янковский

Журнал «Сеанс» выражает глубокие соболезнования семье, друзьям, коллегам, театру Ленком и всем, кто любил его.

С какого-то момента, после какого-то числа подобных известий, после того, как меняются конфигурации твоей собственной перспективы жизни, душа научается не то что равнодушию, но отключению воображения и мгновенному «сглатыванию» факта. Скорей бежишь по каким-то делам, чтобы не додумать и не впустить всерьез. Как будто срабатывает инстинкт самосохранения.

Сегодня так не получилось. Его портрет в новостийной ленте с этим заголовком — и как будто нутро ополоснули кипятком. Он не был ни другом, ни даже близким знакомым — несколько вполне случайных разговоров, ничего особо не значили; этот элегантный господин в белоснежном костюме, посасывающий трубку на кинотавровском пляже, был для меня чем-то совсем отдельным от того близкого человека, которого я знала с детства по экрану.

Поразительно, как с его появлением в кадре, неизменно возникали объем, масштаб, смысл.

Кто еще так умел? Ну, скажем, Смоктуновский. Но Смоктуновский все-таки при этом играл: у него для всякой роли был припасен огромный выбор мимик, пластик, жестикуляций, походок, осанок, хохотков, улыбок и т. д.

Скорей всего, Янковский тоже прибегал к каким-то актерским средствам и применял некий инструментарий, варьировал его. Но это как-то не помнится. Потому что он мог ничего и не делать. Ему достаточно было прищуриться.

Прищур его.

Как будто один и тот же — а прищуренные эти глаза-щелочки, в зависимости от, то лучились добротой, то полыхали гневом, то змеились ядом, то светились умом, то исходили тоской — ведь бесконечно можно продолжать, при этом чаще всего все это было вместе в каких-то микроскопически выверенных пропорциях, которые могли меняться и в пределах фильма, и в пределах одной сцены, или даже нескольких секунд экранного времени. Достаточно вспомнить Сергея Макарова в «Полетах во сне и наяву». Перелистните мысленно кадры, и вы увидите, так и есть.

Страшно представить, что переживает сейчас его семья.

Как тяжело его режиссерам, особенно друзьям-режиссерам и тем, кто хотел с ним работать. Замены не будет.

Но я сейчас про то, что чувствуют миллионы людей — не Олег Иванович Янковский умер для них сегодня, а Волшебник, Мюнхгаузен, декан Свифт. Часть их жизни, их души, их восторга перед искусством, их желания любви, надежды и вдохновения.

поддержать
seance
Чапаев
Библио
Потенциал
СОфичка
Осколки
БокОБок
Malick
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»