18+

Канны-2015: Бог есть, живет в Брюсселе

Пока во Дворце фестивалей публика освистывает конкурсные фильмы, в «Двухнедельнике режиссеров» устроили 40-минутную овацию «Новейшему завету» Жако Ван Дормеля.

Вопрос, которым в Каннах задаешься почти все время: why so serious? Вопреки стереотипам о растленном артхаусе и западной цивилизации вообще, большая часть фильмов основной программы, кажется, посвящена семейным ценностям в самом тоскливом изводе. Жако Ван Дормель, автор долгоиграющего хита русского ограниченного проката «Господин Никто», снял комедию, которую сидящий в соседнем кресле киноман Михаил Друян назвал «Амели на спидах».

Главный герой и инициатор новой версии завета — десятилетняя девочка, дочь Бога, которого играет комик Бенуа Пульворд; он — домашний тиран, мелкое, мстительное существо, которое изобретает для подведомственных человечков коварные правила: если бутерброд падает, то всегда вареньем вниз; если стоишь в очереди к кассе, соседняя всегда движется быстрее. В момент творения Бог первым делом создал Брюссель и попытался населить его сначала жирафами, потом тиграми, потом курицами; будучи курицей, как выяснилось, ужасно неудобно смотреть кино. Жена Бога — бессловесная Богиня в кружавчиках и завивке, которая любит бейсбол и постоянно убирает, протирая пыль со статуэтки своего старшего сына JC. Девочка принимает решение бежать из герметичной квартиры в большой мир, найти себе шесть апостолов (вместе с 12 прежними они составят бейсбольную команду), написать новый Закон и устроить мир по справедливости.

«Новейший завет». Реж. Жако Ван Дормель, 2015«Новейший завет». Реж. Жако Ван Дормель, 2015

Главный предмет добродушной сатиры Ван Дормеля — идея патриархального Бога и весь следующий за этим перекос в доминирование, унижение и насилие, но возвращение к компьютеру Богини («Добро пожаловать назад!», — говорит ей система) — объект такой же иронии, ибо она добра, но глупа и выбирает для неба обои в цветочек, вслед за тем отменяя нажатием кнопки законы гравитации.

Весь фильм — каскад изобретательных гэгов (в городе, населенном курицами, курицы смотрят кино про куриц), никогда не знаешь, что увидишь в следующую секунду; пересказать все гэги невозможно, да и не нужно — их, как и персонажей, здесь десятки, если не сотни. В «Новейшем завете» Ван Дормель экранизирует незатейливую метафору про «компьютер Бога», придуманную, кажется, Кундерой в «Бессмертии» (1990), но приходящую в голову каждому: все события на планете Земля происходят потому, что герой Пульворда нажимает на кнопки старенького PC. Перед тем, как покинуть дом, девочка рассылает всему человечеству даты предстоящей смерти, сообщение приходит на мобильные телефоны и начинается обратный отсчет: 12 лет, 3 месяца, 102 года; под влиянием полученной информации люди начинают переоценивать свою жизнь. Некоторые становятся новыми апостолами: пожилой клерк, который знакомится с птичкой в парке и отправляется за ней на северный полюс; убийца, который всю жизнь мечтал убивать, но до последнего дня так и не отваживался; состоятельная домохозяйка в исполнении Катрин Денев, которая прогоняет мужа и приводит в спальню гориллу из зоопарка. Этот фильм, помимо прочего — еще и оммаж кинематографу (даже со стороны куриц): здесь много цитат, кадры из «Александра Невского», а линия Денев кажется потерявшимся сюжетом Марко Феррери, у которого Денев играла и  собаку, и белую женщину, но во вселенной которого ей по странному недоразумению так и не удалось встретиться с обезьяной.

Лопушанский
Идзяк
Кесьлевский
Beat
Триер
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»