18+

Подписка на журнал «Сеанс»

17 МАЯ, 2017 // Рецензии

«Большой» и маленькие

Уже неделю в прокате фильм Валерия Тодоровского «Большой». Если вы еще не посмотрели картину — обязательно это сделайте. Чтобы увидеть Алису Фрейндлих, открыть для себя мир русского балета, а потом поспорить или согласиться с нашим автором Ольгой Касьяновой.

Впервые со времен «Броненосца «Потемкина» в стенах Большого театра состоялся кинопоказ: фильм, названный в честь театра, рассказывает о пути двух юных балерин к главной сцене. У одной всё — техника, красота, упорство и призвание, у другой — ничего, кроме искры и ауры предначертанности. У одной стабильность, у другой — полет. История их дружбы и соперничества должна приоткрыть одну из самых закрытых и самодостаточных вселенных — в мир русского балета, сосредоточенный на пятачке конкретного здания на Театральной площади. Открылся этот мир или нет, есть ли ощущение, что нам позволили взглянуть на него из-за кулис — это, наверное, главный вопрос после просмотра, пусть даже смотреть придется не на исторической сцене, а прозаично, в кинотеатре.

Говоря об этом «подглядывании» недоступного мира, хочется вспомнить, как в 2008 году мюзикл Валерия Тодоровского «Стиляги», объединивший сильно приукрашенную контркультуру 1950-х с музыкой контркультуры 1980-х, запустил повальную моду на советский винтаж: студенческие вечеринки с буги-вуги, паблики с продажей бабушкиных шмоток, юбки-солнцеклеш по выкройкам и тонны отчаянно красной помады. Мода эта базировалась не на реальном образе московских стиляг середины века — а на его поэтической интерпретации в фильме: в противопоставлении серенькому советскому обществу яркость в одежде, поведении, песнях и танцах была выкручена на максимум. Это историческая ложь, но художественная правда. Подкрепленная реальными музыкальными высказываниями — пусть тоже адаптированными дальше некуда, — она ненадолго вернула обществу то, что когда-то ему принадлежало, зажгла тень давно потухшего огня, заразила очаровательной болезнью чьей-то чужой юности. Дала подглядеть некую субкультуру, которой по сути никогда и не было.

«Большой». Реж. Валерий Тодоровский. 2017

В новом «Большом» перед нами, пусть более элитарная, но тоже субкультура, и тоже молодежная (молодость — вообще излюбленная среда для Тодоровского, ее дыхание сочетается с легким и ясным режиссерским стилем). Будни балетной школы, муштра, байки о прыжке через пропасть и потере девственности в гран батмане, жесткий язык закрытого женского мира. Городские легенды о стеклах в пуантах кажутся шуточками для туристов, когда диетолог академии — мрачная постсоветская номенклатура в белом халате — просит определиться с ролями для выпускного спектакля: «Мне все равно, мне-то надо диету рассчитывать, ну давайте будем двух девочек убивать». Девиантная суровость балетного житья-бытья, поделенная на ежедневный быт и удивительную неубиваемость юности, создает слегка комичный и вполне правдоподобный образ (и этим напоминает цеховой ностальгический юмор «Оттепели»). А блестящие актерские работы Алисы Фрейндлих и Валентины Теличкиной добавляют не правдоподобия даже, а настоящей жизни. Но элементы балетного фольклора, вписанные в сценарий, оговорчивая речь Фрейндлих и улыбчивый ужас Теличкиной (актриса сравнивает свою героиню с медсестрой из «Полета над гнездом кукушки»), — это самое живое, молодое и про балет, что есть в фильме. Вся же прекрасная юность в пачках, эти белые и черные лебеди в бинтах и ссадинах, эти реальные молодые балерины, на которых потрачены годы и месяцы кастинга, — они не танцуют. И не только в переносном смысле — мол, в их речи, взгляде и дыхании нет сложной хореографии художественной правды, но и в прямом: здесь очень мало танца. Что, мягко говоря, странно.

Тодоровский называет «Большой» попыткой снять «фильм-роман» — и это, конечно, роман воспитания, coming-of-age drama. Здесь есть и жалостливая оливертвистовская предыстория, и ощущение хамоватой наивности, и момент открытия себя через принадлежность искусству, и личные отношения с наставником, и схватка с неравным соперником, и поражения, и даже мораль, которую в финале прописывает бывшая танцовщица из кордебалета, низвергнутая в костюмерши из-за выросшей груди. Но центральный драматургический рычаг, судья и мерило в истории об искусстве — это исполнение, а не слова вокруг него. Даже когда Алиса Бруновна в сороковой раз повторяет, что в сыроватой блондинке растет «будущая великая балерина», поверить на слово трудно. Нам, зрителям, в балете сведущем еще менее, чем в тусовках 1950-х годов, очень нужно обмануться и почувствовать, что мы видим на экране чудо зарождающегося гения, пусть при этом и плие от арабеска мы не отличим.

«Большой». Реж. Валерий Тодоровский. 2017

Главный вопрос фильма о творческом соперничестве — кому сочувствовать. Проще говоря, кто круче. Педант или оторва? Одержимость или человечность? Брюнетка или блондинка? Черный или белый? Четкости тут нет, приходится теряться в догадках, собирать по обрывкам репетиций и брошенным фразам впечатления, а самая зажигательная физическая сцена — это когда соперницы на спор напиваются с горла и крутят миллион фуэте. Соревновательная интрига и тут, кстати, ни к чему не приводит: тошнит их синхронно.

Тодоровский, объясняя, почему в фильме «Большой» мало танцуют при том, что играют не актрисы, а именно балерины, говорит, что без гениального танца нельзя доказать, что героини гениальны, и поэтому лучше уж ничего не показывать. Мне кажется, что по этой логике фильм самого Тодоровского «Стиляги», а также и весь жанр мюзикла, а то и весь кинематограф, который только и делает, что обманывает нас, показывая людей более талантливыми и интересными, чем они есть, нужно перестать показывать.

Проблема появляется не тогда, когда не получается показать правду гениальности, а когда по какой-то причине не удается гениально соврать. Притворяться великим — большая наглость, особенно под осуждающим взглядом тех, кто в деле как раз понимает. Но именно этой наглости фильму, кажется, не хватает.

поддержать
seance
Чапаев
Библио
Потенциал
СОфичка
Осколки
БокОБок
Malick
3D
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»