18+

Подписка на журнал «Сеанс»

5 ДЕКАБРЯ, 2017 // Фестивали

Артдокфест-2017: 17 фильмов о войне, истории, свободе и людях

Завтра, 6 декабря, в Москве, Санкт-Петербурге и Екатеринбурге стартует «Артдокфест», за десять лет превратившийся в самый представительный и важный фестиваль документального кино в России. «Сеанс» представляет краткий гид по конкурсным и внеконкурсным показам: от Олега Мавроматти до Анатолия Васильева.

Конкурс

 

 

«Обезьяна, страус, могила» (Реж. Олег Мавроматти)

Фильм Мавроматти — то, что сегодня принято называть словом «постдок». Удивительный эксперимент, сделанный минимальными средствами. Герой — чудаковатый, если не блаженный, видеоблогер Геннадий Горин, он живет в Луганске, в 2014-м видел НЛО и был похищен «лунатиками». После плена у Горина появились сверхъестественные способности: он может лечить головную боль мокрой туалетной бумагой и поджигать газеты силой мысли. Для этого надо сосредоточиться и завыть, как уличная сирена противовоздушной обороны. «Обезьяна, страус, могила» до последнего прикидывается компиляцией безумного, но все же реального видеоблога (таким был предыдущий фильм Мавроматти — «Дуракам здесь не место» о православном человеке-меме Сергее Астахове), пока постепенно за шапочками из фольги, аудиозаписями сказки «Маленький принц» и рецептами компота из яблочных огрызков не начнет проглядывать полноценный жуткий фикшн о «зеленых человечках» Жеглове (или «Жиглове») и Шарапове, который идеально ложится на шокирующие кадры воюющего Луганска.

 

 

«Полет пули» (Реж. Беата Бубенец)

«Украинская» тема представлена в конкурсе довольно широко, но большинство фильмов довольно предсказуемы. Работа Беаты Бубенец, в которой режиссер продолжает следить за героем «Чечена», выделяется на их фоне формальным приемом — «Полет пули» снят одним кадром, что отчасти снимает неизбежные вопросы относительно объективности. Зрителю предлагают погрузиться в ожидание развязки и военный быт с обстрелами, допросами, почувствовать перманентную агрессию людей и пространства.

 

 

«Девушки и мед» (Реж. Питер-Ян де Пью)

Короткая, почти неприлично красивая притча о деревенском стоике-пчеловоде, оставшемся в селе под Донецким аэропортом. Жужжат и танцуют пчелы, ритмично распускаются и закрываются цветы, а за оградой идет бесконечная и по-своему завораживающая пляска смерти.

 

 

«Вера Надежда Любовь» (Реж. Катя Федулова)

Война по другую сторону. Режиссер снимает трех молодых женщин в Москве: бывшую «королеву красоты», поехавшую воевать на Донбасс и страдающую от посттравматического расстройства, либерального депутата, которая вынуждена скрывать связь с местным олигархом, отцом ее детей, и православную «феминистку», требующую запретить аборты. Не пытаясь отгородиться камерой от своих героинь, Федулова участвует, насколько возможно, в их жизни, даже вступает в яростный спор по поводу абортов и дает редкую возможность пристальней взглянуть на тех людей, которых многие из нас привыкли видеть через идеологический фильтр.

 

 

«На краю свободы» (Реж. Анита Матал Хопленд и Йенс Лендерке)

Неожиданный европейский фильм о России и Украине — история руферов, московской девушки и киевского парня, которым мало обычной городской свободы. Они лезут в «заброшки», забираются на высокие крыши и башенные краны, обыденно рискуя жизнью. Вокруг — социальные потрясения, безработица, чернобыльская зона, болезни, облавы и призраки погибших руферов. Но там, на вершине мира, все это неважно. Бывает, экстремалы спускаются и под землю, в брошенные бункеры, в туннели метро. Вспоминают, как сидели в темноте, не заметив, что рядом с ними — зев шестидесятиметровой шахты. Операторы не идут со своими героями дальше определенной нормальному человеку высоты или глубины. Лучшие кадры, обещающие большинству зрителей головокружение и холодок в животе, снимают сами герои откуда-нибудь со стрелы крана, занесенной над бездной.

 

 

«Король Лир», реж. Денис Клеблеев

Пожилой артист врастает в образ шекспировского героя, проживая свой разрыв с женой и детьми как драму короля Лира. Он видит себя таким же добровольным изгнанником, одержимым последней миссией, а потому, конечно, должен сыграть роль, как никто до него на сцене. Актер, бизнесмен, бывший зэк, в восемьдесят лет отказывается признать себя стариком. Пронзительная любовь к младшей дочери, конечно же, любовь к своей недостижимой молодости. Важная и на первый взгляд оптимистичная мысль фильма: есть страсти, которые никогда не угасают, и вещи, которые поражают до конца жизни. Не значит ли это, что до конца жизни мы ничему не учимся?

Герой готовится к роли усердно: один дома, на сцене и в компании надрывно читает монологи Лира. Идет по кругу без попыток измениться. Великая трагедия не дается нашей жизни. Камера пытается отследить, как жизнь превращается в сюжет большого искусства, но этот момент никак не наступает.

 

 

«На никелевой луне» (Реж. Франсуа Жакоб)

Норильск — одно из самых страшных и вместе с тем завораживающих мест на свете. Франсуа Жакоб назвал его никелевой луной: заснеженные скалы и бескрайние белые пустыни гипнотизируют камеру, как и вечный смог заводов и опустевшие хрущобы. Еще больше поражают люди — актеры и рабочие, выпускники школы, историк-активист, бывший заключенный. Норильск не из тех городов, где можно просто жить, полярные дни и ночи оставляют след в душе и тех, кто решил уехать, и тех, кто должен остаться. Герои фильма — дети подлинной истории. Будь то активист, который устанавливает над музеем черный флаг в годовщину лагерного восстания 1953 года (полиция тут как тут, тоже своего рода наследники). Или школьники, которые отказываются продолжать «заводскую династию» и едут учиться в Петербург, где смеются от счастья и плачут от тоски по городу детства. Или мужики, что ждут пенсии и болезней от работы на вредном производстве, а после бани весело плещутся в темной ледяной воде. Советский «проект» уже живет загробной жизнью, но тех, кто его пережил, ждет настоящее будущее, всех.

 

 

«Песни для Кита» (Реж. Руслан Федоров)

Бездомная женщина без возраста, с изможденным лицом, яркими глазами, мальчишеской пластикой, куда-то спешит по Москве. Середина фильма — это весна и лето, которые она проводит со своим спутником по имени Кит. Она без остановки говорит и поет, а он лишь преданно смотрит. Песни важны. «Эх дороги, пыль да туман», «Мурка», «Кабы не было зимы», — их можно петь Киту, плюшевым зверушкам, себе самой. Их весело исполнять на разные лады, объясняя, например, что «бурьян» — то самое слово, которое делает всю песню.

А обрамляет фильм зима, которая прогоняет героиню с чердака в приют. Зимой на песнях не проживешь, и Кит куда-то пропал, и работать говорящей рекламой в метро невмоготу. «Я сама виновата», — повторяет героиня. Но в чем?

 

Спецпоказы

 

 

«Картинки с востока» (Реж. Гидон Кремер)

Сильно упрощая, можно сказать, что сплав анимации, скульптуры и музыки, который представляет собой фильм великого скрипача Гидона Кремера, посвящен проблеме беженцев. Для фестиваля, который в этом году нырнул в документальную мультипликацию, эта работа еще одного подтверждение того, как широко сегодня раздвинулись рамки термина non-fiction.

 

 

«Осел» (Реж. Анатолий Васильев)

Великий и непредсказуемый Анатолий Васильев представляет на фестивале work in progress-версию своего эпического кино про осла. 8 декабря в Петербурге состоится творческая встреча с режиссером.

 

Среда

 

 

«******» (Реж. Кирилл Сынков)

Фильм (название лучше всего уточнить у автора картины или Роскомнадзора) на несколько затертую уже тему трудного подростка, у которого тоже есть чувства: весь он, как и первая сцена с дракой, родом из мира интернет-роликов про рэп, насилие и «уморительные» школьные шутки, со взрывным обрывочным действием, несвязной речью и неизвестными, но узнаваемыми лицами. Дениса, младшего в компании, толстого, с неломавшимся голосом, «воспитывает» друг Вова и с ним все старшие пацаны. Учат простому: получать за базар, ходить в спортзал, стоять ровно. Инициация дается с трудом, юность бесприютна и холодна. Герой пытается подзаработать, протирая фары машин на дороге. Под ногами — грязная каша, в наушниках рифмуют «юность» и «тупость».

 

 

«Андрей Звягинцев. Режиссер» (Реж. Дмитрий Рудаков, 2017)

Несколько сцен со съемочной площадки «Нелюбви» Звягинцева, призванные убедительно рассказать о том, как работает большой режиссер. Смотреть, как Звягинцев запускает в кадр целлофановый пакетик, можно вечно. Немного труднее наблюдать за тем, как десять дублей подряд режиссер убеждает актрису-эпизодницу не говорить одно случайное слово. Но и в этом, пожалуй, можно увидеть что-то важное.

 

 

«Кулебаки»Реж. Дмитрий Кубасов, 2017

Главный герой этого «заводского» фильма — шум. Незамечаемый людьми, которые провели здесь годы, он не успевает за двадцать минут стать просто фоном для зрителя. Слов почти неслышно, а если кто-то перекрикивает станки, ускользает смысл. Вроде кто-то увольняется, вроде кто-то умер, а может, радуются, что наступила весна. Неожиданно появляется главная героиня. «Выход королевы!» — комментирует она свое появление оператору. Полная, стеснительная и притом яркая, она так и не отпускает от себя, то кокетливо опуская глаза, то ускользая в раздевалку и прощаясь воздушным поцелуем. Когда подруги сплетничают, она больше молчит, глядя вдаль. Понятно: она не слышит ни людей, ни заводской гул, она мечтает. Не производственный роман, а романтика среди производства.

 

 

«Атаман» (Реж. Мария Седяева, 2016)

Монолог дедушки, возомнившего себя атаманом очередного традиционалистского войска, на экране превращается в макабрический танец фигурок и символов, связанных лейтмотивом насилия. Особенно удался многоглавый зверь ЦК КПСС, питающийся кровью. Мультфильм — лаконичная визуализация культурно-исторической каши: казак, монархист, космополит, иудей — набор впечатляющий. И все же, где-то в самой глубине, не очень противоречивый.

 

 

«Наш город» (Реж. Кирилл Проскурин)

Занятная зарисовка из специфической московской жизни: молодой юрист на автомобиле борется с кучами снега на парковочных местах. Казалось бы, неравный, обреченный бой с городскими службами, но нет. Тут, очевидно, активист нападает, а уборщики — защищаются, как могут. Обе стороны вызывают вопросы и время от времени живое недоумение. First world problems. Остроты повествованию добавляют названия московских улиц: Феодосийская, Коктебельская, — да морской, крымский пейзаж на трансформаторной будке. А так, боремся с сугробами, конечно.

 

 

«Тиндер-сюрприз» (Реж. Денис Прокошев, 2017)

Девушка-режиссер готовит спектакль о знакомствах в приложении Tinder. Ходит на свидания, но всякий раз убеждается, что с самой собой интереснее. Или, может быть, камере с ней интереснее. По крайней мере, в символической дуэли со смартфоном она пока побеждает. Героиня ищет сюжет в жизни, а в результате сюжет находит ее сам.

 

 

С видом на жизнь (Реж. Дмитрий Степанов, 2017)

Одна героиня из своей квартиры смотрит на ежедневные свадьбы, а сама одинока. Другая — на роддом, из которого каждый день выносят детей, а ее собственные уже давно выросли. Есть еще мужчина с котом, ему жаль, что на кладбище под окном лежат не его родственники — мог бы к ним ходить хоть каждый день. Люди живут в квартирах, но ритуалы, свидетелями которых они становятся, намекают: было в этой жизни и что-то еще — какая-то другая рутина. Или будет. Вот камера отправляется в поле, где бывший научный сотрудник, раздевшись по пояс и добродушно рассуждая о своей роли проводника в другую жизнь, роет могилу в промерзшей земле. Камера на неизбежном в современном документальном кино квадрокоптере эффектно взмывает над кладбищем. Припорошенные снегом квадраты могил напоминают квадраты окон.

Артхаус
Party
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБибилиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2016 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»