18+
9 ФЕВРАЛЯ, 2019 // НОВОСТИ

100 лет Александра Володина

100 лет Александра Володина

Сегодня исполняется сто лет со дня рождения замечательного ленинградского драматурга, который умел находить героев там, где их никто не искал, автора «Пяти вечеров» Александра Володина. Поздравляем всех, кто перечитывает его книги и пересматривает фильмы, сделанные по его сценариям, и публикуем текст Елены Горфункель, написанный для «Новейшей истории отечественного кино»:

Первая пьеса Александра Володина называлась «Фабричная девчонка». Она появилась на ленинградской сцене в 1956 году. Главную роль сыграла юная Татьяна Доронина. Товстоногов заметил эту Женьку Шульженко и пригласил актрису к себе в БДТ. Заметил он и драматурга, потому что в 1959 году поставил другую пьесу А. В. «Пять вечеров», потом «Старшую сестру», репетировал «С любимыми не расставайтесь» и совсем в финале, в 1984, выпустил «Киноповесть с одним антрактом».

«Пять вечеров» перевернули умы. Спустя десятилетия Никита Михалков вернулся к этой пьесе и экранизировал ее. Правда, для него, Михалкова, «Пять вечеров» — красивый этюд о прошлом, а для послевоенного поколения он был откровением.

А. В. всегда был в моде — хотя слово «мода» не идет к нему, и вернее было бы сказать, что он всегда был любим. До «перестройки» — опальным и желанным (для режиссеров и зрителей) автором. После 1986 года — избалованным успехом и вниманием. В шестидесятые годы он писал «Оптимистические записки», в девяностые — пессимистические (называя их «Записками нетрезвого человека»). И то, и другое было правдой его мироощущения. Так устроен этот лирический человек, из лирики создавший явление драматургии.

С первых шагов на литературном, театральном, кинематографическом поприще он установил для себя два правила: писать от первого лица и никогда не писать о войне, на которой он был. Что касается первого правила, то оно не совсем точно: от первого лица писали до него, и А. В. тоже осматривается, вглядывается, обобщает, только у него другой угол зрения. Угол, которого не замечали или делали вид, что не видят. Но он видел — фанерные перегородки, некрасивые лица, будничные дела, вообще скучную жизнь, которую можно расцветить лишь бедным фейерверком утешений. Он писал о мелочах жизни и неуверенных людях.

Справедливо сравнение А. В. с Чеховым, к которому сразу же стали прибегать проницательные читатели, и хотя володинские будни жалки по сравнению с чеховскими, уют все-таки из них не вытравлен до конца. Его пьесы уютны и тихи. Его герои не спорят, они терпят. А. В. не признает драм. Его истории заканчиваются вопросительным знаком: «что же делать?»

Что касается второго правила, то оно тоже не точно: последние слова «Пяти вечеров» — «Ой, только бы не было войны!». Автор хотел забыть и изгнать из памяти войну, как и все его сверстники, а она все же присутствовала и помнилась. Две девочки из «Старшей сестры», сироты, блокадницы, наверное, сейчас дождались льгот и ездят в метро бесплатно. Им тяжело досталась не только война, но и победа. Когда это играла Доронина в начале шестидесятых в театре и еще раз в кино, то становилось ясно: глотать слезы и нести свой крест — единственная льгота такого «светлого пути» в стране «смелых людей».

У А. В. люди робеют перед реальностью. Они признаются: «У меня мало было радости в жизни». Или: «Как-то все не клеится». И никто не распускается, потому что надо жить, да еще честно. В «Назначении» — пред-производственной драме А. В., Алексей Юрьевич Лямин превращает оловянных солдатиков в хороших трудящихся, правда, неизвестно, надолго ли. Превращение — художественное средство А. В., панацея, изобретенная им для своих героев. Чудо в стоматологическом кресле или неземная женская красота у него спасают мир — правда, тоже на время.

В нашем отечестве сначала любили маленького человека. Из этой любви возникло целое умонастроение, а характер обиженного бунтаря из подполья был отмечен вниманием всего мира. Потом его разлюбили и стали презирать; ему предпочли гордого и сильного строителя новой жизни. После второй мировой войны весы снова качнулись — тут-то и появились у Товстоногова, один за другим князь Мышкин и инженер Александр Ильин. Первый — старый знакомый, трагический герой; а второй — новый человек советской закалки. Они равно понадобились одному режиссеру, да и одной публике — «Идиот» 1957 и «Пять вечеров» 1959 сплюсовали и срифмовали радость-страдание.

А. В. уврачевал раны времени кротким юмором, своим бессменным бальзамом. Позднее народ единодушно подхватил песню о «радости со слезами на глазах», потому что она верно передавала дух страны и времени. Но именно он подал пример счастья в горе, свободы в неволе, покоя в страхе, спасения на краю пропасти. И вот что важно: рецепт оказался долго действующим, на все времена. Прошло более тридцати лет с тех пор, как зрители едва ли не впервые увидели на сцене комнату в коммуналке, услышали песни, звучавшие во дворах, узнали себя, провели с собой пять вечеров и поняли, что «Все будет хорошо», надо жить.

А. В. не ненавидит пафос, он его выбирает. Первая роль учетчицы и актрисы Нади Резаевой состояла из одной реплики: «Доброе слово и кошке приятно». Она стала программной. А. В. пробил брешь в идеологии коллективизма, выставив против него не супермена, а обыкновенного нашего человека, члена коллектива, которому доброе слово не только приятно, но и совершенно исчерпывает его претензии к жизни в каждый отдельный момент ее.

Коротко

Умер Альберт Финни

Умер Альберт Финни

Умер Сергей Юрский

Умер Сергей Юрский

© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»