18+
' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Сюжеты и герои. Госзаказ

Образ положительного милиционера — это возвращение советского штампа. Сериал «Участок», например, задуманный как римейк старого доброго «Анискина». Реакции на заказ власти, по-моему, нет — это власть реагирует на общественный заказ.

Это не государственный заказ, это инстинкт самосохранения художников, которые начали понимать, что если мы скатимся в безнадегу, то жить дальше не захочется.

Конечно, существует. Стоит посмотреть, какие у нас по телевидению идут сериалы: «Менты», «Агент национальной безопасности», «Спецназ»… Другое дело, такой заказ, как фильмы к юбилею Великой Отечественной войны. Хорошо, что они снимаются. Плохо, что их качество пока оставляет желать лучшего.

Не ощущать это влияние очень сложно. Я однажды заинтересовался одной историей, шукшинской такой, деревенской. Этот сюжет выигрышно отличался от нынешнего теле- и кинорепертуара, да и помочь дебютантке хотелось. Я пронес заявку по кабинетам и получил везде отрицательный ответ. Только про бандитов или про людей в форме: ничего другого и не рассматривалось.

Вопрос формирования положительных героев, которые служат большому государству, так или иначе существует везде. Другой вопрос, что у нас как всегда это носит максималистский характер. Это наша черта — быть папее папы римского. Когда нас заставляют молиться, мы разбиваем себе лоб. Лозунг вроде «давайте делать классных силовиков» — это не столько проблема заказа, сколько проблема тех, кто этот заказ выполняет. Со всей неистовой неискренностью.

Это происходит само собой, государство же не проплачивает каждого милиционера или спецназовца, появившегося в кадре. Сейчас главный работодатель для кинематографиста — это телевизор. А телеканалы являются структурами прежде всего политическими, соответственно они и принюхивается к тому, что происходит наверху.

Первый канал производит такую продукцию на свои деньги, и поверьте, что главное слово в лексиконе Максимова — «рейтинг», а никакой не «госзаказ». Важно переиграть все остальные каналы — это их лейтмотив, это их главный заказ. Что же касается государства, ему неплохо было бы сформулировать хоть какую-то идеологию — чтобы все уже, наконец, перестали бы путаться и блуждать в потемках. В госзаказе нет ничего плохого или страшного; рынок все равно регулируется экономикой, поэтому кто-то будет делать госзаказ, а кто-то не будет.

Разумеется, речь идет о государственном заказе, быть может, еще не оплаченном, но уже осознанном и воспринятом как руководство к действию самой чуткой частью кинематографической общественности. А в телевизионных сериалах заказ откровенен — это просто идеологическая цензура каналов.

Есть, скорее, общественная цензура. Я имел счастье убедиться в этом, когда мыкался с проектом «Дом Черчилля». Пришлось столкнуться с сопротивлением ветеранов-подводников. После чего мне посоветовали не снимать эту картину, пока не пройдет празднование шестидесятилетия победы. А госзаказ рано или поздно все равно появится — с ростом кинотеатров, с развитием прокатной сети, в т.н. коридорах власти на кино взглянут по-иному, более пристально — как на эффективный идеологический инструмент. Тот же «Ночной дозор» в этом смысле уже сослужил плохую службу — раз такое огромное количество зрителей посмотрело его, значит это инструмент, значит можно этим пользоваться, манипулировать.

Недавно я был в городе Полярном — это от Мурманска в сторону Баренцева моря еще надо проехать — и я вам скажу, государства у нас нету на самом деле, никакой России нету, нас обманывают. Москва есть, телевизор есть. И дали неоглядные. И никакого государства. А, следовательно, и государственного заказа. Образы положительных милиционеров, спецназовцев и прочих культивируются в сериалах. В кино это не может быть успешным, там оптика очень разоблачающая. Что правильно. Совесть все-таки надо иметь.

Я несколько лет потратила на то, чтобы найти ту тайную комнату, в которой сидят умные люди, которые придумывают стратегию для России. Их нет. Там заняты все исключительно тактической, сложной и не лишенной интеллектуальной привлекательности чехардой, но никакого целого нет, поэтому никакой заказ сформировать невозможно. МВД сформирует один заказ, Минкульт может сформировать совершенно другой заказ, а бизнес-сообщество — третий. И дальше что? Куда же бежать бедному кинематографисту — пусть кому-то придет охота бежать, задрав штаны, за новым госзаказом?

Госзаказ, наверное, существует, но не сформулированный. Хорошие милиционеры, правильные спецназовцы, умелые спасатели — они не столько «заказаны», сколько востребованы аудиторией. Как удачные женихи (невесты), верные мужья (жены) и романтические любовники (любовницы). Потому что люди хотят видеть на экране то, чего им не хватает в жизни. Они хотят лекарства от страха, от неудовлетворенности. Это нормально.

Я воспринимаю это как немыслимую страсть к подмахиванию. Которая у нас в крови. Никто же на этом не настаивает?! Но нам не надо, чтобы настаивали. Мы сами предложим свои услуги, и еще будем с этими услугами страстно навязываться. Вот я помню как раньше было, при советской-то власти: к седьмому ноября или к первому маю вынь да положь очередное «славься» большевикам. А не то — вынь да положь парбилет, право на профессию, еще что-нибудь… Теперь никто не орет, никто не угрожает. Так, обмолвится: ну, надо про хороших милиционеров что-нибудь сделать, ну что, они такие плохие, что ли? И тут же! Десять человек! Хором! С огромным нашим удовольствием! Опа! У кого лучше милиционеры?!

В госзаказе ничего плохого нет, его появление свидетельствовало бы, что государство начинает что-то осознавать, как-то функционировать, имеет какие-то отношения со своими гражданами, задумывается о том, что эти отношения с ними завести… Но для начала необходимо перестать врать. Никто никогда не поверит, что спецназовец за зарплату в 500 долларов рискует жизнью и здоровьем. Не может он этого делать, ну не может! Он ночью переодевается и идет грабить на большую дорогу. Утверждать обратное, это тотальное фарисейство: оно уничтожает и государство, и искусство, и, в частности, кинематографию.

Штамп это или госзаказ — в любом случае это отвратительно. Какие могут быть положительные образы милиционеров? Слово-то такое «милиционер» стыдно произносить, а уж смотреть на их «положительные образы» просто невозможно.

Vertov
BEAT
Канны
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»