18+
' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Прокат. Бум строительства кинотеатров

По количеству экранов и мест на душу населения мы сильно отстаем от средних европейских (не говоря уж об Америке) показателей. А люди снова стали ходить в кино, и они хотят ходить в современные кинотеатры. Это не бум, а преодоление былой ненормальной ситуации — именно поэтому данная сфера интенсивно развивается. Рано или поздно ниша будет заполнена, и «бум» останется в прошлом. Рынок саморегулируется.

Толстые кошельки почувствовали, что кино — это третий мировой бизнес после нефти, бензина и водки. Когда пять лет назад банкиры спрашивали меня, стоит ли финансировать кино, я говорил: да, но только если у вас есть лишние деньги. Назад ничего не ждите. Сегодня есть прямой смысл вкладывать деньги в кино — причем, с любого конца.

Да просто в стране стало спокойней, люди стали выходить из домов — вот главная причина. Как нас поражало раньше, что в маленьких западных городках в 7 часов вечера все кафе забиты — люди встречаются, пьют кофе или вино, кушают десерты. А у нас тогда в редких ресторанах очень специальные люди глушили свои вискари и с ними сидеть за соседним столиком было страшно. Но прошло время, и все стало так, как оно должно быть. Больше детей рождается, более разнообразным и цивилизованным стал досуг. Вы сейчас не найдете за два часа до спектакля билеты в Мариинку — их просто их нет, они раскуплены вперед. Появились какие-то модные молодежные места, где принято встречаться, общаться. Вот в этом же секторе расположился и кинотеатр, ставший симпатичным в бытовом смысле местом проведения досуга. Появился спрос. И практически одновременно с этим — предложение. А так всегда и бывает.

Иначе и быть не могло. «Отдельно взятая страна» — перспективная в качестве гигантского рынка — не может существовать в позапрошлом веке. Мы все равно, просто с опозданием, интегрируемся в общемировой процесс. Динамика роста количества залов все еще так же высока, как два-три года назад. При этом в больших городах зритель просто перераспределяется между старыми и новыми залами. Существенного увеличения аудитории здесь не происходит: слишком разнообразны возможности досуга. Число посещений на душу населения продолжает расти- причем хорошими темпами — именно за счет регионов. К 2006–2008 гг. Москва будет давать только 15–20% от общего количества зрителей. Еще три года назад ей принадлежало 80% посещений, сегодня — 35–38%. Думаю, что нынешняя динамика будет сохраняться до 2008–2010 гг. К 2010 г. в стране должно работать порядка 3, 5 — 4 тысяч экранов — эта цифра будет адекватной цифрой для нормального функционирования кинобизнеса. Увеличение числа кинотеатров неизбежно повлечет за собою снижение средней цены кинобилета. По моим прогнозам это произойдет уже в 2005–2006 гг.. Безусловно, русское кино начнет не только окупаться, но и зарабатывать. Даже средние проекты будут отбивать затраты на производство.

Причина бума одна и неутешительная — завоевание российского рынка западными, в первую очередь, американскими производителями и прокатчиками.

Долгое время, пока индустрия находилась в полном упадке, ни у кого не было никакой информации, насколько это экономически выгодно — держать кинотеатр. У солидных (портфельных) инвесторов кинопрокатная индустрия вызывала лишь оторопь. Всего несколько инициативных групп, главным образом те, которые сегодня объединены некоммерческим партнерством «Киноальянс» — их можно пересчитать по пальцам — пытались привлечь инвестиции. После того как были построены первые кинотеатры, мнение об этом рынке начало меняться. Мы привлекли в качестве консультанта Price Waterhouse Coopers — одно из крупнейших консалтинговых и аудиторских агентств. На международном рынке распространилась информация о нашем опыте — это увеличило количество желающих вложить деньги. Основные препятствия для развития — отсутствие опыта и специалистов. Кроме нас, с нашим пионерским сетевым опытом, и нескольких отдельных кинотеатров, в Петербурге никого больше нет. Мы в выгодной ситуации. Вместе с застройщиками торговых центров мы выбираем выгодные места, где могут располагаться современные кинотеатры. Кинотеатры нужны торговым комплексам, как якорные арендаторы. Арифметика проста — срок окупаемости торгового центра сейчас около пяти лет, а срок окупаемости кинотеатра пока — три года. И если застройщик вкладывает средства в строительство, значит, он сможет влиять и на арендные ставки, добиваясь того, чтобы кинотеатр окупился еще быстрее. Этот рынок и по сей день перегрет спросом. До стагнации, до настоящей конкурентной борьбы, здесь еще четыре-пять лет. Мне кажется, государство за это время не пойдет на какие бы то ни было ограничения в строительстве кинотеатров. Будущее, конечно, за сетевыми кинотеатрами. Во-первых, меньше проблем с репертуаром: сетям проще договариваться с дистрибьюторами. Во-вторых, очевиден маркетинговый эффект, связанный с количеством экранов. В-третьих, сетью проще управлять. В дальнейшем сети могут укрупняться, объединяться, интегрироваться. И при таком сложении коммерческий эффект будет колоссальным. Два плюс два будет равно не четырем, а восьми. Что в свою очередь будет привлекать дополнительные инвестиции.

Количество новых кинотеатров ежегодно прирастает едва ли не вдвое. Но система нового кинопоказа, на самом деле, развивается уродливо. Проблема проста: все кинотеатры в нашей стране до сих пор принадлежат муниципальным органам власти. Также как и земля, которая нужна инвесторам для строительства новых кинотеатров. Поэтому есть регионы, где охотно пускают те или иные компании. Есть регионы, где охотно пускают очень те, а не иные компании. А есть регионы, где их просто не пускают

Как ни парадоксально, обвал 1998 г. в немалой степени повлиял на рост инвестиций в этой области. Люди поняли, что деньги нужно вкладывать в отрасль, которая поможет их сохранить при любой погоде. Вложение в строительство и реконструкцию кинотеатров — это вложение в недвижимость и оборудование, которое окупает себя в среднем за 2–4 года. Кинотеатры будут объединяться в сети. Конечно, есть независимые кинотеатры, имеющие свою постоянную публику и индивидуальный менеджмент. Но будущее все-таки за сетями. Мне как прокатчику сейчас приходится связываться напрямую с 200–300-ми кинотеатрами. Какой штат надо для этого содержать? Насколько проще переговорить с пятью или десятью владельцами сети. И отчетность прозрачнее и деньги проще вынимать. Сейчас по 150 кинотеатрам Москвы и 600 кинотеатрам России бегают порядка 250–280 картин в год. В году — 52 недели. Каждый прокатчик желает крутить свою картину минимум 2 недели. Спрашивается: сколько фильмов можно показать, принимая во внимание, что мультиплексов у нас не так много? Вот поэтому сейчас в однозальниках и начинают одновременно пускать по две, а то и по три-четыре картины в день. Залов катастрофически не хватает. Ситуация придет в норму, когда будет в России будет хотя бы 3000 залов. И ведь сейчас растет российское кинопроизводство. В прошлом году было выпущено 75 картин, сейчас по прогнозам должно выйти 110. А 250 картин импортируется. Так что ни о каком перенасыщении и даже о насыщении кинопрокатного рынка пока говорить не приходится. В бывшем СССР было 4 500 полноценных кинотеатров а еще передвижки — 154 тысячи установки. Посещаемость достигала уровня 17 посещений в год на человека. К этому уже вряд ли удастся вернуться. Но европейского уровня — 3,5 посещений на человека в год — мы, вероятно, достигнем. Будущее, конечно, за мультиплексами. Маленькие магазинчики — рыбный, булочная, мясная лавка — гораздо менее эффективны, чем супермаркет, который, во-первых, удобнее для покупателя, во-вторых, оказывает на него нужное психологическое воздействие. То же и мультиплексы. Сейчас в Москве их начали строить в спальных районах. Многие — в крупных торговых комплексах, обеспеченных всей инфраструктурой — гаражами, стоянками, детскими комнатами и т.д. Это перспективный и взаимовыгодный симбиоз.

Я слышал такие суждения, что русское кино сможет стать на ноги, когда в России будет 1000 малтиплексов. Но эти прогнозы совершенно не согласуются с историей строительства мультиплексов и их сегодняшней ролью в США. Мультиплексы возникли в ответ на конфигурацию рынка в провинциальной Америке. Здесь вся страна поделена на графства, в которых существуют райцентры — небольшие городки. У нас например есть загородный дом в графстве Алстер, райцентр у которого городок Кингстон (40 тысяч жителей). Если тебе что-либо надо купить, ты должен ехать в райцентр. В округе на 60 километров ничего нет, кроме супермаркетов (продуктовых). Поэтому в Кингстоне существует невероятный по размерам «молл», какого нет и в Москве. Это огромная конгломерация гигантских магазинов. Туда едут иногда по часу, и редко удается больше недели там не бывать. Но когда люди уже совершают часовую поездку за какими-нибудь носками, то, конечно, заходят и в иные магазины по соседству. На уик-энд провинциалы могут целый день провести в таких моллах, занимаясь шопингом, развлекая детей, поглощая пиццу и т.д. Именно в них появились впервые мультиплексы. Задача их была простая — предоставить «шоперам» хотя бы минимальный выбор фильмов, чтобы те, намаявшись в магазинах, могли два часа отдохнуть и пожрать хлопьев перед экраном. Один зал в молле не годился, потому что если человек уже видел единственный фильм в этом зале, он, что называется, срывался с крючка. Но к чему это привело? К сокращению выбора фильмов и окончательному выдавливанию «хорошего» кино из провинции. В больших городах люди тусуются в поисках развлечений и ресторанов в центре и могут забрести в какой-нибудь нешикарный кинотеатр поглядеть новинку из Канн. Но в провинции все не так. Дело в том, что любой магазин или кинотеатр в молле дорого стоит и окупается только на коммерческих лентах и ходких товарах. Дешевые старые кинотеатры, показывавшие не только блокбастеры, не выдерживали конкуренции мультиплексов и закрывались, хотя бы потому что люди перестали ходить за кино в центр городка (где те обычно гнездились). Нужно понять, что мультиплексы для кино как искусства не несут ничего хорошего. Идея, что рядом со «Спайдерменом» может скромно идти отечественный фильм — наивна, все равно, что считать, что в Макдональдсе рядом с Биг Маком можно готовить какое-нибудь изысканное блюдо. Так не бывает. Отечественное и европейское кино должно иметь свой угол в стороне.

Просто все короткие дороги исчерпали себя. Нефть продолжала дорожать, и на рынке образовались серьезные финансовые ресурсы. А потом появились пионеры, и стало очевидно, что кинотеатры — не такая уж и долгая история по окупаемости. Никакого перенасыщения рынка в этой области не наблюдается и не предвидится. Оно произойдет только в том случае, если произойдет очередная коммуникационная революция.

Наверное, сошлись звезды на небе. Время пришло. Первая волна реконструкции кинотеатров, которая началась в 1996 г., после открытия «Кодака-киномира», не требовала миллионных вложений. Переоборудовать зал в те времена стоило от 300 до 600 тыс. — это были абсолютно реальные деньги, которые мог вложить не только крупный нефтяной бизнес. Предложение стало рождать спрос — и какой! Был момент, когда доллар стоил 6 рублей, а билет на «Титаник» — 120. То есть 20 долларов. Западные коллеги были шокированы такими ценами. Дальше все покатилось, как снежный ком: появились кинотеатры, пришли мэйджоры, увеличилась посещаемость, забрезжили новые инвестиции. В 1998 г. деньги были дешевы, и многие вложились в кинотеатры. Грянувший дефолт создал очень интересную ситуацию: телевидение было не способно предложить достойный киноассортимент, а видеоконторы позакрывались, потому что стали невыгодны — даже пиратские. И кинотеатры не стали повышать цены, хотя все резко подорожало. Это привело к невероятному всплеску посещаемости: кинотеатр оказался не только новым привлекательным аттракционом, но и возможностью отвлечься от неуютной действительности за разумные деньги. Рост рынка продолжился. Были случаи, когда инвесторы, планируя вернуть свои деньги за год, возвращали за 3 месяца. И это подстегивало интерес новых инвесторов. Рынок был не насыщен, фильмы шли при полных аншлагах. Это странно, но именно 1998 г. сработал на развитие кинотеатрального бизнеса. Но сейчас бум строительства и реконструкции новых залов в Москве и в Питере заканчивается. Первичное насыщение произошло. Увеличение в два раза количества экранов в Питере не привело к увеличению в два раза кассовых сборов и посещаемости. Просто зрители перетекли из центральных кинотеатров в сеть «Кронверк», который находится в спальных районах. То есть рынок неадекватно отреагировал на предложения кинотеатров. Теперь рост бизнеса сможет происходить только за счет привлечения новых зрителей — то есть за счет снижения цен на билеты. Оно уже началось во многих кинотеатрах. Поэтому сегодня в этом бизнесе уже не та ситуация, когда из палки, воткнутой в землю, вырастает дерево. Происходит значительная коррекция тех масштабных планов по строительству новых залов, которые были объявлены два-три года назад. Сейчас одна за другой с карты Петербурга вымарываются эти белые точечки, обозначавшие запланированные кинотеатры. Потому что инвесторы отказывается от строительства. И это нормально. Рынок не может ежегодно расти в два раза. Сегодня темпы роста кассового сбора аккуратно падают, он должен выйти на свои 15–20 % в год.

Уровень жизни вырос: люди готовы вернуться к традиции, которой сто лет в обед — раз в неделю ходить в кино. В советские годы кинематограф был вторым по объему источником поступлений в союзный бюджет. В девяностые годы эта индустрия разрушилась в силу объективных причин. Но она не может не возродиться — это слишком серьезный рынок, чтобы ему позволили бездействовать. Одно из условий для вступления России в ВТО — обеспечение мировым компаниям возможности вкладываться в кинотеатральные сети и в копродукцию. Это очень серьезный бизнес — здесь возможны сверхдоходы. Сейчас, безусловно, рост инвестиций в кинематографию — и в строительство, и в производство, и в PR — будет носить бумовый характер. Главное, в этом буме не захлебнуться. Я надеюсь, что к началу следующего года количество экранов уже перевалит за тысячу. Но для такой страны, как наша, тысяча экранов — это ничто. А вот когда их количество будет исчисляться полутора-двумя тысячами — объем рынка приведет к тому, что прокатчики начнут сами вкладываться в производство. Пока у тебя пять экранов, выгоднее покупать за три рубля права на «Килл Билл». Но когда у тебя серьезная сеть, тебе уже за три рубля не продадут права. Возникнет выбор: за двадцать миллионов купить «Килл Билл», или за десять сделать национальный продукт. Это уже начинает происходить: многие из прокатных компаний теперь активно участвуют в продюсировании.

Чаплин
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»