18+

Четыре журнала в год

Подписка!
' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Линия жизни

России нужны свои Тарантино. Так, очевидно, полагает Лунгин. Я же в этом не уверена. Тем более неуместной и неуклюжей показалась мне его попытка создать любовно-комедийную ситуацию на мафиознодетективном фоне. Мне кажется, что русская мафиозно-детективная реальность еще не превратилась в историческое прошлое, так что время над этим смеяться для нас пока не настало. Лунгин слишком поторопился.

В третьем своем полнометражном фильме Павел Лунгин, пообещав «линию жизни», мистифицирует зрителя, как его мафиозные герои — ближневосточных компаньонов. Однако шейхи не простаки и быстро разоблачают обман. Фильм тут же набирает обороты, но «линия жизни» истончается окончательно. И лишь обаяние Венсена Переза и ирония Армена Джигарханяна — крестного отца «а ля рюсс» — спасают фильм, который был, казалось, на волосок от гибели.

Павел Лунгин чутко слушает мир. Он понимает основные задачи человечества. Он очень переживал ссору части русских с частью евреев и выражал свои переживания в нервной форме киноискусства. Наконец, все позади, линия жизни Лунгина проступила четко. Русские помирились с евреями совершенно, и Лунгину надо снимать комедии и ничего, кроме комедий. Это — первая.

Даже если смешение стилей (вернее, бесстилье) призвано служить метафорой нашей жизни, режиссер мог быть повеселее и посвободней в реализации этой метафоры.

Лунгин а очередной раз хочет сделать честный китч, а от него ждут глобальной метафоры, развернутой в аттракционы. Критика и заказчики добились своего. Получилось нечто холодно-экспрессивное, жестокое и несентиментальное. Излюбленная (во всех смыслах) идея режиссера «вместе — тесно, врозь — скучно») на этот раз не находит опоры в фабуле. Автор почти с самого начала бросает на произвол судьбы ход, то есть взгляд Чужого, делая из Венсена Переза наивного идиота.

«Кавказский пленник» Сергея Бодрова — это сочетание цинизма и буржуазного человеколюбия. «Линия жизни» Павла Лунгина — того же цинизма и детского простодушия. Обе картины непосредственны и на свой лад успешны. Русские критики, громящие одновременно и Бодрова, и Лунгина, делятся на глупых и завистливых. Первых грех обижать, они с детским простодушием твердят о буржуазном человеколюбии. Вторые — циничны, и в то же время пафосны.

Все встало на место, как только Павел Лунгин понял, кто его настоящие герои. Это своевременная сказка для народа, который зовет бандитов «бантиками». И вообще, за серьезный базар надо отвечать по понятиям.

Линий в картине две: одна (с претензией на серьезность) о невероятных похождениях простака-француза в современной России; другая — пародийная, с желанием высмеять клише криминального фильма. Если режиссер хотел испечь двуслойный пирог, из которого просвещенная публика выедала бы одну половинку, а непросвещенная — другую, то его постигла неудача, ибо эти линии существуют не параллельно, а последовательно, сменяя друг друга. Из француза не вышло «естественного человека», остраняющего нашу жизнь (вроде мусульманина у Хотиненко); герой не простодушен, как вольтеровский гурон или «симплициссимус» из плутовского романа, а просто ничего не понимает — равно как и наивный зритель. Что же до второй линии, то после Тарантино работать с материалом pulp fiction — значит нарываться на заведомо проигрышное сравнение. Хотя местами копия достигает того же эффекта, что и оригинал: нагнетание ужасов вызывает смех. Но в целом приходится признать, что Павлу не удалось перетарантинить Квентина.

Фильм окончательно убедил меня, что жанр вообще, и «кровь — кишки» а ля Тарантино в частности, не хочет приживаться в России. Основное блюдо нашего национального Макдональдса — ни рыба ни мясо, комедия-драма. Фантазия и сказка существуют лишь в меню разного рода резерваций, массовым кушаньем не становится. Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, а не наоборот.

Фильм «Линия жизни», на который так яростно обрушились, кажется мне вполне достойным и милым. Лунгин предстает в нем настоящим русским Тарантино. Единственное, что вызывает печаль: Лунгин сделал «Линию жизни» чуть позже, чем нужно. Если бы она появилась раньше, чем «Pulp fiction», цены бы ей не было.

После фильма Павла Лунгина для меня стало совершенно очевидно, что настоящий китч-хит рождается не тогда, когда автор идет на это намеренно и декларативно. Крутой китч всегда является порождением наивной веры во всенародное чувство прекрасного, неадекватной самооценки и плохого, вкуса. Поскольку режиссер «Линии жизни» этими свойствами не обладает, его попытка создать российского «Крестного отца» сбивается на пародию, а отсутствие простодушия не компенсируется присутствием чувства стиля.

Павел Лунгин, как и всякий автор, много умнее своего произведения. Но чтобы настолько?!..

Павел Лунгин уже третий раз старательно балансирует между жанром и метафизикой, пытаясь уловить, что же в данный момент моднее и правильнее. Это — нормальная и очень цивилизованная кинополитика, и она могла бы оправдать чисто эстетические провалы его картин, если бы не была так явственно и так лакейски сориентирована на европейский прокат. Впрочем, не уверена, что он сулит Лунгину новые удачи. Что же касается проката российского, то зрители здесь, как известно, уже давно предпочли оригиналы спискам и, желая поднять уровень адреналина, могут посмотреть что-нибудь более крепко сколоченное и менее отягощенное рефлексиями.

На восприятии «Линии жизни» сказывается эффект завышенных ожиданий: устав искать в фильме французского Лунгина, тщетно ждешь появления хотя бы обещанного русского Тарантино. Фильм подтверждает мысль о том, что линия творческой жизни режиссера не всегда складывается по его собственной воле. А прочерчивать линию своей жизни самостоятельно — слишком кровавое занятие.

Похвальный замысел и по существу актуальные намерения. К сожалению, вышло несмешно и без блеска. Может быть, деконструкция отечественной макулатуры требует другого типа энергию и отстраненность.

Panahi
Subscribe2018
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»