18+
// Хроника

Сеанс-дайджест №72

Мартин Скорсезе всех обманул, и сам не знает, зачем. — Джон Кассаветис ушел от профсоюзов к будущему оператору Джармуша. — Проблемы колоризации: Питер Джексон промахнулся с цветами. — Полин Кейл в Голливуде. — Робин Уильямс как авторитарный лидер в «Обществе мертвых поэтов».

 

 

Андрей Смирнов поговорил с Сергеем Сычевым о своем фильме «Француз» — его показали на «Кинотавре». Почитайте фрагмент о сложной производственной судьбе этой картины.

«Я закончил сценарий в 2014 году, книга вышла в 2016-м. И как раз тогда я должен был снимать фильм — к концу 2015-го мы собрали спонсорские деньги и начали работу. Съемки были назначены на май. 12 марта мне стукнуло 75, а через четыре дня лопнул банк, в котором лежали не только деньги на фильм, но и все, что мы с женой заработали за последние 40 лет. Мы остались просто голые. К счастью, мы оба в это время снимались и на первые же заработанные деньги купили 10-дневную путевку на Кипр. Только там мы кое-как пришли в себя. Полтора года мы заново искали деньги на фильм, и „Француза“ в итоге я начал снимать в феврале 2018-го».

 

● ● ●

Смешную историю рассказывает заслуженный критик Variety Оуэн Глейберман: в новом доке Мартина Скорсезе о Бобе Дилане Rolling Thunder Review есть 10 минут постановочного материала — и никто об этом не знает. Глейберман устроил опрос на премьере во время афтепати, и собрал реакции зрителей на это откровение.

«Большинство людей, с которыми я разговаривал, остались с округлившимися от неверия глазами, они были несколько разочарованы. Вновь и вновь я слышал, что они чувствовали себя одураченными, обманутыми, а то и преданными. Из двадцати или около того человек, с которыми я поговорил, никто не сказал: „Правда? Да это же здорово!“ Никого из них обманка не оставила в восхищении вроде того, что вызывал Энди Кауфман».

Глейберман затем рассказывает, как и в чем Скорсезе надул зрителя: например, журналист Джек Таннер — персонаж из старого телепроекта Роберта Олтмена, а Шэрон Стоун, одна из говорящих голов в фильме, никогда и не думала отправляться в тур с фанатами Дилана.

 

● ● ●

Гаспар Ноэ и «пасхалки»: режиссер рассказывает о том, что и почему припрятал в «Экстазе».

 

 

● ● ●

Дмитрий Буныгин о бабочках: текст про «Осенние свадьбы» режиссера Бориса Яшина, который ушел из жизни в начале этого года.

«О таком же фантастическом кружении упоминал в своём наблюдении крупнейший историк отечественной кинематографии Евгений Марголит, когда описывал идиллический пролог ленты Бориса Яшина: „в сцене свидания юных влюбленных перед камерой начинает порхать бабочка“. Здесь стоит говорить не о зоркости глаз, а скорее о зоркости сердца: дело в том, что никакой бабочки в картине нет, по крайней мере, порхание крылатого насекомого не привлекает внимание и при повторном нарочном просмотре. Видна она была, по всей вероятности, или тем, кто смотрел на большом экране, или тем, кто просто захотел её увидеть. Не столь уж важно, кто кому приснился — бабочка Марголиту или Марголит — бабочке. Пожалуй, как раз такой зритель и нужен „Осенним свадьбам“ — не застывший в ожидании аффекта, а ищущий бабочку».

 

● ● ●

Действительно интересный текст о проблемах колоризации в кинематографе — и, в частности, проблемах «Они никогда не станут старше» Питера Джексона.

«…пленка начала двадцатого века была не панхроматической, а ортохроматической, и потому неточно отражает цвет с самого начала. Ортохроматические пленки в целом запечатлевали красные тона как глубоко черные, и синие как светло-серые (химическая хитрость, которой небезызвестно пользовался Мельес, выкрашивая декорации в синий, чтобы сделать ярче итоговое изображение). Для процесса колоризации это означается, что ортохроматическая запись цветов будет переведена в градации серого, вводящие в заблуждение, и когда информация о цвете будет интерполирована в градации серого, возникнут проблемы с тонами: то, что может восприниматься как уходящее в темноту, на деле было ярко-красным объектом».

 

 

● ● ●

Оператор Фредерик Элмс (читайте его в рубрике «Стоп-кадр») вспоминает, как поработал с Джоном Кассаветисом — титры помнят хуже.

«Все началось с „Женщины под влиянием“. Я начал в качестве ассистента оператора, и затем все разбежались, потому что с творческой точки зрения Джон был недоволен. Но Джон монтировал в AFI [Американский киноинститут в Лос-Анджелесе, где учился и работал Элмс — примеч. ред.] рядом со мной, когда я там работал, и я знал всю команду монтажеров, потому что они также были частью съемочной группы. Так что началось все в монтажной. Джон познакомился со мной, и когда взялся за „Убийство китайского букмекера“, он обратился ко мне. Ему нужен был хороший оператор, который мог выстроить свет. Но ему не нравилась идея с профсоюзами, ему не нравились фильмы, выглядящие по-голливудски. Он должен был выглядеть неровно, иначе, сходу. Мы сняли его, и хорошо поладили, так что мне удалось снять „Китайского букмекера“. А полтора года спустя я снимал „Премьеру“».

Элмс указан на этих фильмах не в качестве оператора-постановщика, но как один из операторов за камерой.

 

● ● ●

На «Кольте» читайте новое интервью с Александром Золотухиным, чей «Мальчик русский» после Берлинале все же добрался до России — в июне он был показан на фестивалях в Сочи и Иванове.

«Воспоминания всегда неконкретны, они расплывчаты. А кино обычно очень конкретно, это его родовой недуг (в отличие, например, от литературы). Если в кадре человек — мы видим, какого он роста, во что одет, какого цвета его волосы и так далее. Мы стремились не показывать все, оставить какую-то степень умолчания. Поэтому одним из референсов при работе с изображением были нечеткие цветные фотографии времен Первой мировой войны. Цвет, оптика, структура пленки — нам это было интересно. Также мы ориентировались на живописную традицию — в первую очередь, художников-передвижников начала века: Левитана, Шишкина, Сурикова, крестьянские портреты».

 

● ● ●

Сто лет исполнилось на этой неделе со дня рождения Полин Кейл. Газета «Гардиан» подготовила здоровенный материал о выдающемся критике — как она была битником, как стала знаменитой только в 48 лет, как вдохновляла критиков и пленяла режиссеров. А вот фрагмент о ее попытке стать продюсером.

«Она согласилась на предложение поехать в Голливуд и стать продюсером. Это был благонамеренный жест от Битти [Уоррен Битти — звезда и продюсер „Бонни и Клайда“, о котором Кейл написала один из наиболее известных своих текстов — примеч. ред.], ставка его была на то, что блистательный критик сможет делать фильмы (ведь именно так случилось с французской „новой волной“). Эксперимент закончился горестно, поскольку Битти и Джеймс Тобак, чью картину „Любовь и деньги“ она пыталась организовать, были зациклены на себе даже больше, чем она могла помыслить. И вот она оказалась в Лос-Анджелесе, хотя даже не умела водить».

 

 

● ● ●

Франко Дзеффирелли ушел из жизни — ему было 96 лет. О режиссере и его постельном режиме написал Андрей Плахов.

«Когда Дзеффирелли спрашивали, как он ухитряется переплавлять столь разные материи искусства, он отвечал: „Я же флорентиец. Не сравниваю себя с гигантами Возрождения, но вспомните, с какой легкостью те переходили от живописи к скульптуре, к архитектуре. Разумеется, ты не станешь хорошим скульптором, если не владеешь рисунком. У меня три жены — опера, драма и кино, они приходят в мою постель попеременно“».

 

● ● ●

Кайл Бьюкенен подготовил материал, в котором голливудские режиссеры, продюсеры и начальники студий говорят о будущем кинематографа. Публикация имеет удручающий эффект. Почитайте, как режиссер «Охотников за привидениями» 2016 года Пол Фиг «порой хочет сделать кадр типа одного из величайших» — но мешают люди с телефонами.

«В „Лоуренсе Аравийском“ есть один из величайших кадров всех времен, когда он появляется посреди бескрайнего пейзажа маленькой точкой верхом на верблюде. Порой ты хочешь сделать крутой кадр типа такого, но потом ты начинаешь: „Люди в конце концов будут смотреть это на телефоне, и ничего не разглядят“. Ужасно так рассуждать, но приходится держать это в своем мозгу. Даже когда мы делаем кадр, в котором показан компьютерный экран, я такой: „Надо сделать его побольше, потому что если кто-то это увидит с телефона, то не сможет прочитать“».

 

● ● ●

Вот-вот начнется фестиваль плохого кино What the Film?! Но что конституирует негодность в кинематографе? Этому посвятил часть своих трудов исследователь В. Ф. Перкинс, который ушел из жизни в 2016 году. Почитайте опубликованный недавно текст о том, как фильм «Общество мертвых поэтов», критикующий авторитаризм обучения, по сути приводит зрителя к другой авторитарной концепции, выраженной в фигуре либерального преподавателя Китинга. Иными словами, как кино не справляется с заявленной идеей на уровне самой эстетики. Перкинс разбирает сцену, в которой Китинг издевается над введением в поэзию некоего Эванса-Причарда, предлагающего оценивать всё по шкале «совершенства» и «важности» — и предлагает ученикам вырвать эти страницы из книги.

 

 

«В этой сцене, как и во всем фильме, Китинг не оказывается в неловком положении, ведь его суждение не ставят под вопрос. Он всегда прав. Если бы он и впрямь учил ребят самостоятельно мыслить, стоило бы ожидать, что один или несколько из них могли бы усомниться в его суждении, спросить, что он сам думает о значении „совершенства“ и „важности“ в оценке искусства, и не мог ли Эванс-Причард сказать что-либо полезное о Теннисоне. Но никто из ребят не задает вопроса, к которому фильм отнесся бы серьезно. Ни один из них не отказывается из принципа присоединиться к насилию против идей, которое отражено в уничтожении книг — и фильм даже не подразумевает такой возможности. Лишь вызывающий неприязнь Кэмерон пытается сопротивляться».

 

● ● ●

Два незамеченных эссе другого Китинга — Патрика: об освещении в фильме «Жизнь дается один раз» Фрица Ланга, и еще о том, как освещали Марлен Дитрих (замечателен термин butterfly lighting).

 

 

 

● ● ●

На сайте Le Cinéma Club выложили фильм «Тайна Коумико» Криса Маркера, в хорошем качестве его можно увидеть до пятницы. Фильм был снят в 1964 году в Японии, где тогда проходили Олимпийские игры.

 

● ● ●

А вот лекция о Уильяме Кляйне, которого ценил Крис Маркер — на сайте «Искусства кино».

 

 

● ● ●

Николас Кейдж получает первую кинонаграду в жизни — ему 17 лет.

 

 

● ● ●

Джим Джармуш комментирует сцену «Мертвые не умирают»: Билл Мюррей импровизирует по-малому, Адам Драйвер вовсю машет мачете, зомби просит шардоне.

 

 

● ● ●

Брюно Дюмон говорит о том, как снимал промышленные фильмы и увлекался философией — а в 39 лет вздумал попробовать себя в игровом кино.

 

 

Клуб
Subscribe2018
Канны
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»