18+
// Рецензии

«Дамбо»: Человек-слон

Некогда Тим Бертон получал от «Диснея» отказы, а теперь размашисто поставил «Дамбо», ремейк нетленки о цирковом слоне, которому уши мешали. Сергей Синяков рассказывает, почему из всей диснеевской библиотеки режиссер выбрал именно этот сюжет.

 

 

Дела в бродячем цирке швах, да еще и купили слона. Однако беременная слониха — животное полезное: она вот-вот разродится и, поскольку доставлена из экзотических краев, уж наверняка кем-то необыкновенным и коммерчески перспективным. Ожидания оправдываются только отчасти. Слоненок рождается с неликвидными ушами. Эти уши слишком велики для исполнения нормальных слоновьих обязанностей на манеже (путаются в ногах). Но в то же время не делают его уродом, достаточно колоритным для пополнения штатного паноптикума на потребу зрителям, пресыщенным бородатыми женщинами. Скажем прямо: слоненок не страшный, а няшный, только этого мало.

Директор цирка (Дэнни Де Вито, занимавший ту же должность в бертоновской «Крупной рыбе») и однорукий ковбой-инвалид войны (Колин Фаррелл) пытаются найти животному сценическое применение. Но первый же номер оборачивается пожаром, наводнением, трупом, шоком и, как представляется, последним широким шагом в финансовую бездну. Истину, как водится, нащупывают и транслируют младенцы. Ковбойские дети, мальчик и девочка, выясняют, зачем маленькому Дамбо такие большие уши — чтобы летать. «Ты бы почаще с детьми разговаривал» — педагогический стандарт, которых в фильме немало.

 

 

Одноименный диснеевский мультик — не из числа must see, однако годится для просмотра не только по инфоповоду. Картина, к примеру, впечатляет непредставимой в сегодняшнем Голливуде первобытной широтой нравов — из тех времен, когда добрые няньки баловали питомцев ложечкой портвейна на ночь, чтобы дитю слаще и занимательнее спалось. Детское пьянство здесь не категоричный указатель, направляющий случайно хлебнувшего бормотухи подростка на дорожку к зрелому алкоголизму, но магический эликсир, который буквально окрыляет: слонята учатся летать, но прежде — бухать. Похмелье — небольшая и легко отсчитываемая мзда за ярчайшее позитивное переживание. Пятиминутному танцу розовых слонов многим обязана «Желтая субмарина» и едва ли не весь визуальный психодел 1960-1970-х.

На финальных титрах Дамбо № 1, похоже, находят актуальное бомбометательное применение в ВВС (премьера состоялась в 1941-м), но в целом оригинал не из тех, которые надо перетаскивать в ремейк пинцетом. Недавно взятый Disney курс на перелицовку собственной классики (уже в ближайшие месяцы нас ждут обновленные «Король Лев» и «Аладдин») по подходу сравним с ремастерингом исторических московских зданий. То есть, множа седину на висках экспертов, сносится в труху примерно всё, а на святом месте, где Есенин называл Дункан скверной девочкой, вырастает некая вариация на тему оригинала, адаптированная под современные вкусы, тенденции и нужды в виде гендерного равноправия, расовой корректности и подземной парковки. Другое дело, что пленки не горят и не гибнут под ковшом, но остаются с нами, да и кинематографической классике больше везет с реставраторами.

 

 

Новый «Дамбо» — это, во-первых и в-пятнадцатых, красиво (но еще бы Тим Бертон не сделал красиво) и зрелищно; опять-таки, можно ли было бы ожидать другого. Если не два, то полтора экранных часа проходят соколом (наименее динамична первая четверть, где авторы ведут учет мышей, отвешивая реверансы первому фильму, прежде чем пуститься в полностью автономное плавание). Аттракцион согласно купленным билетам сменяется аттракционом, розовые слоны лихо пляшут трезвыми, цирки горят, но клоуны не разбегаются. Драматургия прирастает могущественным злодеем-антрепренером (Майкл Китон) и красавицей непростой судьбы (Ева Грин), летающей почти так же волшебно, как слон. Всё красиво и богато, но, чего не скажешь про оригинальный мультик, нет сцены той визуальной мощи и степени творческой свободы, увидев которую, зритель из 2097 года скажет: оп-па.

«Дамбо» — крепко сработанный блокбастер, да. Но при этом, по зрительскому счастью, и личное кино Тима Бертона, чью не особо мрачную тень иной раз можно углядеть в его фильмах — причем не только и даже не столько в лучших. Бертона не сыщешь в затейливом «Доме странных детей» или в «Алисе в стране чудес» — бессмысленной, беспощадной и рекордной по сборам в карьере мастера. Но его повстречаешь в осатанелом «Суини Тодде» и в заплаканных «Больших глазах». В новой ленте альтер эго режиссера легко приметить, потому что здесь Бертон — ясное дело, слон (не зря же он на правах карт-бланша вытянул за уши из шляпы со студийной классикой именно «Дамбо»). Странный, нелепый, ни на кого не похожий, с чудо-пером в хоботе, слишком талантливый и слишком большой для посудной лавки индустрии.

 

 

Лучший момент — буквально 10-секундное явление слона-зомби, и по нему можно судить, какое это могло бы быть кино в идеальном для творцов мире. Ах, какое кино.

В пылающем на экране гигантском дворце развлечений опознается Диснейленд. А сам «Дамбо», не особо напрягая зрение, можно прочитать чуть ли не как манифест, подводящий итоги многолетним и противоречивым, знававшим падения и взлеты (отвергнутый в 1984-м «Франкенвини», золотая несушка «Алиса») отношениям художника с Disney и Голливудом в целом. Версия зыбкая и притянутая опять-таки за них, за уши — но если спроецировать вольнолюбивый финал картины на дальнейшие творческие планы Бертона (а там, где им полагается быть на IMDb — в общем, прочерк), вполне рабочая.

Канны
BEAT
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»