16


Cразу ясно: это очень сложно выстроенный
целостный художественный образ.
В фильме каждый персонаж, каждый
эпизод, каждое произнесенное слово,
каждая деталь — одновременно и реальность,
и функция, и идея, и символ.
Ничего не выдернуть. Очень сложно
выстроенная достоверность, дотошно
воспроизведенная в деталях до мелочей
и вместе с тем завязанная в узел
недрогнувшей авторской рукой. Попробуйте
восстановить, например, внутреннюю
хронологию и соотнести ее с физическими
законами и Уголовно-процессуальным
кодексом — и обнажится взаимосвязь
исторической правды и режиссерского
своеволия.

Фильм не только отличается многоуровневой
и многофункциональной внутренней
структурой, — он абсолютно открыт
вовне. Весь в протесте, в споре — даже
не с учебниками, не с ностальгирующей
попсой, не с новыми мемуарами, а с нами,
когда мы готовы что-то забыть и чему-
то наново поверить. Он и сам-то с собой
все время спорит; это та самая полифония,
о которой кстати упомянутый
М. Бахтин писал в связи с кстати упомянутым
Ф. Достоевским.

Фильм Балабанова — это высокоорганизованная
материя. Может быть, он живой?


Читайте также

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: