18+

«Разносчик». Критика о фильме

«Разносчик» Андрея Стемпковского — попытка европейского по стилю реализма в подмосковных условиях. Попытка, надо сказать, не вполне удачная — Стемпковский держит медитативный ритм, пытаясь передать зрителю кататоническое, полупризрачное состояние своего героя, разносчика пиццы, вследствие случайности выполнившего заказ профессионального киллера, — но истории не складывается, мотивации не считываются, очень многие кадры, сцены, эпизоды не добавляют ничего сюжету, оставаясь лишь чисто техническими упражнениями. Примерно от того же, судя по всему конкурсу в целом, страдает сейчас почти все авторское российское кино — демонстрирующее уверенный уровень владения киноязыком, но далеко не всегда еще понимающее, что собственно сказать.

Variety Russia

 

Эта умопомрачительно дурная картина, проходящая по разряду чистого издевательства над зрителем, словно бы специально пародирует русское артхаусное кино, даром что снята со свинцовой серьезностью.

Денис Корсаков, Комсомольская правда

 

Мы видим Россию ржавых, покинутых хайвеев и забегаловок, из которых нет выхода. К этой окрашенной в сепию повседневности Стемпковский добавляет дозу классического криминального жанра. <…> Что касается сбалансированного, размеренного стиля Стемпковского — фильм наполнен длинными планами и исполнен внимания к повседневным процессам, показанным в реальном времени — то автор таким образом, кажется, пытается стать где-то между Тарковским, Сокуровым и Тарром. Пейзажи Стемпковского — сельские или городские — всегда продуваемы ветрами инерции и бессмысленности. Едва ли кто-то сможет оспаривать и родство Стемпковского с великими европейскими формалистами типа Шанталь Акерман и Корнелиу Порумбойю. Жесткая цифровая картинка наводит на мысль об арт-хаусных опытах Содерберга, «маленькие фильмы», которого («Пузырь», «Эффект подружки») совмещают в себе строгий, «объективный» визуальный стиль с прямой, взвешенной социальной критикой.

Донал Форман, dе Film Krant

 

Легкость, с которой главный герой включается в чужую игру просто поражает… украл конверт, нашел симку и карточки, вставил симку, получил указание — выполнил, почти не задумываясь… где — то режиссер говорил, что специально заставлял главного героя не демонстрировать эмоции, а играть именно несколько отрешенное, абсолютно безэмоциональное лицо… и это получилось. Лица у всех героев не меняют своего выражения на протяжении всего фильма, будь это убийство, будь это драка, будь это сцена с сексом в коровнике… лицо одно и тоже. Эмоций нет, желаний нет, вместо людей будто пустые, бездушные машины, которые будто животные, просто живут, покорно следуя прихотям судьбы.

Денис Абрамов, Букварь

 

<Для> Стемпковского разделение мира на «наших» и «ненаших» и состояние войны всех против всех — ненормальный закон современной жизни, к которому адекватный человек не в состоянии приспособиться. <…> Андрей Стемпковский верит в человека. Для него кино — культурный проект, напоминающий о том, что европейская традиция гуманизма и есть тот гамбургский счет, с позиций которого можно оценивать поступки героев и в любом уголке российского пространства. Правда, сам Стемпковский слово «гуманизм» не любит, считая, что оно слишком часто мелькает в дурном контексте, и предпочитает говорить о любви к человеку. <…> Фильмы Стемпковского трагичны, поскольку показывают, насколько тяжело приходится героям сохранять человечность в современной российской действительности, агрессивно навязывающей всеобщее недоверие и противостояние. Режиссеру порой предъявляют претензию, что он подражает европейским авторам, и в частности Брюно Дюмону, снявшему «Человечность». Но это не слепое подражание, это скорее духовная преемственность, в которой скрыто своего рода сопротивление и социальная ответственность, а также возможность сохранить культурную память в стране, охваченной почти что тотальной амнезией и стремлением к самоизоляции.

Анжелика Артюх, Искусство кино

 

«Разносчик» — криминальная драма, в которой драма тиха и сдержанна, а криминал случаен и нелеп. Кинематографическую манеру Стемпковского сравнивают с Брессоном и братьями Дарденн. У героя «Разносчика» нет денег на операцию смертельно больному отцу. Но это не «социалка» — это просто рассказ о повседневности, в которой иногда приоткрывается дверь не пойми куда: то ли в новую жизнь, то ли в новую смерть. Герой развозит на мотоцикле пиццу, болтается между своей подмосковной мутью и московскими фастфудами. И однажды случайно получает чужой заказ. Нет, не на пиццу.

Ксения Рождественская, Ведомости

 

Разносчик пиццы становится киллером. Но это, увы, не комедия с Лесли Нильсеном, а серьезная драма. «Разносчик» — это один большой когнитивный диссонанс. Сбой в реальности. Ошибка в матрице. Ошибка эта заключается в том, что он, как и совы из «Твин Пикс», не то, чем кажется. Где-то в глубине своей души «Разносчик», наверное, хочет быть самодостаточным фильмом, но на деле он оказывается римской копией греческого оригинала, в которой больше синефильства, чем самого кино. Может быть, дело в том, что французская криминальная драма (поклонником которой очевидно является Стемпковский) не настолько универсальный жанр, чтобы его с легкостью можно было препарировать в российские реалии. (Вот вы можете себе представить Алена Делона в лампасах? Я тоже не очень). А, может быть, дело в том, что главный герой никакой не самурай, а вообще непонятно кто. В итоге получается очень грустная штука: человек хотел разыграть историю на территории Мельвилля, а вместо этого просто разнес плохую весть.

?Евгений Ткачев, Кинопоиск

Proskurina
Allen
Каро
Subscribe2018
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2019 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»