18+
' . $issue->category_nicename .'

Сеансу отвечают: Утомленные солнцем

По сравнению с трагическим накалом и эпической мощью «Утомленных солнцем» даже признанная удача Никиты Михалкова — «Неоконченная пьеса для механического пианино» — кажется школьным сочинением. «Утомленные солнцем» — это русский вариант «Гибели Богов» с исключительным проникновением в тайну русской истории и русского человека, вбирающий, кажется, все достижения европейского кинематографа двух последних десятилетий.

Порой мне мешает «концептуальный» Михалков, который прибивает гвоздями смыслы и не вполне доверяет себе другому, который творит нутром. «Бывает все на свете хорошо. В чем дело, сразу не поймешь…» И не надо. У михалковской органики я всегда на крючке, а вот с его концептами всегда внутренне ссорюсь.

В «Утомленных солнцем», как и в ранних его фильмах, многие кадры напрашиваются в кинематографические хрестоматии. Перечислять их нет нужды. Но это фильм не об утомленных солнцем, а о сломленных людях. Все они сломлены — от энкавэдэшника Мити, очевидно вписанного с Сергея Эфрона, до самого комдива, которого, ничего, казалось, сломать не может и который ведет свою родословную из «Конармии» и «Своего среди чужих».

В этой грандиозной картине Михалков продолжает разбирательства с самим собой, пытаясь выбрать между мужиком-кавалеристом и барином в кресле-качалке. Но впервые он не скрывает этих внутренних противоречий. Напротив, в «Утомленных солнцем» он предельно открыт. Некоторый рой происходит при попытке соединить энергетику Большого стиля и кружевную нежность чеховской интонации. Однако, в любом случае этому фильму сегодня нет конкуренции — ни один фильм не положить на противоположную чашу весов.

Это лихое кино, сделанное холодной рукой профессионала без эстетического риска. Мелодрама и историческая парабола явно мешают друг другу. Артистическая природа Михалкова разрушает схемы, в которые он бы хотел как идеолог вписаться. Думаю, что это не лучший, но переломный фильм Михалкова. Он стоит перед выбором: начать делать идеологическое кино и окончательно загубить себя — либо довериться собственному артистизму.

Странно думать, что Никита Михалков снимал кино о нашей истории — он снимал кино о себе. Помня об этом, легко понять, почему необарство и псевдоварварство, сомнительные идеи и очевидный эгоцентризм сложились в такой мощный художественный результат.

Киносцена
Чапаев
Библио
Московская школа нового кино
Петербургская школа нового кино

Друзья и партнеры

Порядок словTour de FilmRosebudМузей киноКиносоюзЛенфильмKinoteИное киноAdvitaФонд киноВыход в ПетербургеЛегко-легкоКиношкола им. МакГаффинаБиблиотека киноискусства им. ЭйзенштейнаМосковская школа нового киноКинотеатр 35 ммРоскино
© 1990–2018 МАСТЕРСКАЯ «СЕАНС»